Чтение онлайн

Рьяно чищу зубы, смываю шампунь с волос и обтираюсь махровым полотенцем. Буду вести себя по ситуации. Ничего не изменилось.

Саша сидит за столом, пьет кофе и что-то пишет в телефоне. Я сажусь за стол напротив него. Передо мной тарелка с яичницей с помидорами. Кружка кофе и тарелка с нарезанным сыром.

Саша поднимает на меня голову.

— Не знал, кофе пьешь или чай, по привычке сделал кофе.

— Спасибо, я кофейный маньяк, — вдыхаю аромат кофе и добавляю туда стоящие на столе сливки.

— Как спалось?

— Отлично, — заношу кусок яичницы в рот, — у тебя очень удобная постель.

Он улыбается, откидывается на стул.

— Что? — смеюсь я.

— Ничего…, - Саша опускает глаза в пол.

— Боже, у меня петрушка в зубах застряла? Я забыла надеть штаны? — начинаю паниковать, — в чем дело?

— Просто…

Сашу перебивает громкий звонок моего телефона, от которого я подскакиваю. На экране высвечивается «Мама».

— Черт, — смотрю на часы на стене, стрелки подползают к 11 часам, — алло? Да, мам, я помню. Буду к пяти. Да, хорошо, корм куплю по пути. До вечера!

Я виновато улыбаюсь Саше, и снова беру в руки вилку.

— Корм? — спрашивает с улыбкой.

— Даа, мама как приехала с севера на пенсию, купила домик и завела миленького щеночка Далматина. Выросло все такое же милое, но неутомимое чудовище, которое может залюбить тебя до смерти.

— Зато нескучно.

— Это точно, — я сделала большой глоток кофе и встала, — На семейные посиделки нужно настраиваться заранее, так что мне нужно идти, спасибо за завтрак.

Я взяла тарелку и кружку и направилась с ней к раковине.

— Оставь, я помою, — Саша тоже встал.

— Ерунда.

Я быстро вымыла свою и его посуду.

Саша стоял, прислонившись плечом к стене, пока я надевала ботинки. Я встала взглянула на себя в зеркало и прилизала рукой наэлектризованные волосы.

— Тебе идет эта стрижка, — я повернулась к парню, он мягко смотрел на меня, — помню тебя только с длинными.

— Спасибо. Давно хотела это сделать, — я убрала густую прядь за ухо.

Я потопталась на месте и подняла глаза на Сашу. Он просто смотрел с легкой улыбкой. Я почувствовала, как щеки заливает румянец и выругалась про себя. Ну почему я веду себя как малолетка на первом свидании? Откуда это смущение?

— Эээ, спасибо, все…Все было здорово, — я поджала губы, стараясь улыбнуться.

— Мне тоже было здорово, — Саша коротко усмехнулся и оттолкнулся от стены, приблизившись ко мне.

Я замерла, боясь и желая того, что он собирается сделать, и внутренне сжалась. Но он лишь легко касается губами моей щеки.

— Пока, Вера, — он произносит мое имя как-то особенно, нежно и мягко, и сердце замирает.

— Пока. — тихо выдохнула я.

— Хорошего вечера с семьей.

Я кивнула, наконец оторвала от него взгляд и выскользнула за дверь.

На улице было прохладно, но солнце уже совсем по-весеннему пригревало. Я закрыла глаза и втянула свежий воздух. Быстро зашагала в сторону остановки. Воспоминания заполонили мой разум, не давая подумать ни о чем другом. Жалею ли я? Кажется, что нет. Повторила бы? Возможно. Кажется, что это безопасно. Чувства не накрыли меня. Это были приятные воспоминания о моей ранимой, хрупкой молодости, в которой Саша учавствовал и был не последним человеком для меня в то время. Что-то зашевелилось внутри вчера. Этот трепет от осознания невозможности происходящего. То, что я его встретила здесь и сейчас. То, что у нас никогда раньше не было секса и сама эта мысль уже возбуждала. То, какой он стал взрослый и притягательный. Все это сложилось вместе с парой стаканов пива, легкой депрессии от развода и почти восьмимесячным отсутствием секса.

Я облегченно вздохнула. Определенно, у нас не может быть ничего серьезного. Ему названивает какая-то Катя, а я ношу кольцо на пальце, не позволяя себе забыть Илью.

Может, мы даже больше не увидимся?

— Лилу, нельзя!

Я отпихиваю от себя развеселившуюся собаку. Я ее обожаю, но когда это чудовище прыгает на тебя в полный свой рост, пиная лапами в живот, тут некогда думать о любви, только бы избежать зацепок на одежде и исцарапанных рук.

Мы уже пару часов проводили в мамином доме. Мама купила миленький домик в черте города, но довольно далеко от центра. У нее было около пяти соток для мини огорода и сада и красивая терраса, которая в холодное время года была застеклена.

Мы с Лешей вышли во двор. Леша покурить, я — как будто подышать воздухом. Лилу, конечно же, увязалась за нами.

— Долго будешь скрываться от них? — Леша держит сигарету в руке, вторую руку заснув в карман.

— Зачем им знать об этом? — Я выпускаю сигаретный дым с холодным мартовским паром, — я редко это делаю.

— Таня догадывается.

— Да ну? Не думаю, что ей есть до меня дело.

— Тебе так кажется. Она тебя любит и беспокоится.

Я с улыбкой смотрю на серьезный профиль парня. Леша мне всегда нравился. Таня была холодная, словно льдинка в сердце Кая, так что я была очень удивлена, когда она нас познакомила с Лешей — блондином с голубыми глазами, светлым, веселым и по-домашнему теплым парнем. Они были одногруппниками. Начали встречаться на втором курсе. Через год после выпуска поженились и еще через год родили милую Сонечку — светлую и голубоглазую как ее папа.

Я обернулась на веранду, за стеклом мама играла с Соней, которая бегала вокруг нее и что-то кричала. Таня сидела с бокалом вина в руке и с улыбкой на них смотрела.

Я затушила сигарету и повернулась к дому. Рядом побежала Лилу, маха хвостом, Леша замыкал строй.

— Вера! — Соня, раскрыв руки побежала на меня.

Я ее поймала и закружила вокруг совей оси.

— Ой, моя голова, — Соня растопырила руки и покружила к папе.

— Сонечке повезло с папой, — мама повернулась к нам с Таней.

Я села и отхлебнула из своего бокала.

— Это точно, — Таня тоже сделал глоток и подняв бровь, повернулась ко мне, — самое главное в рождении ребенка — выбрать правильного папу.

— Кстати, папа мне звонил на днях, — сказала я, не подумав.

— Конечно, любимая дочка, — язвительно процедила Таня.

— Лучше б с Днем рождения вовремя поздравлял, — вставила мама.

Я закатила глаза и потерла устало лоб.

— Когда ты снимешь это кольцо, Вера?

— Мам, — растерялась я, — когда захочу.

— Тебе пора избавиться от этого, — поддержала маму Таня.

Я посмотрела на сестру. Мы никогда не ладили. Мы помогали и поддерживали друг друга всегда. Но повзрослев я поняла, что это было лишь из чувства долга и семьи. Мы были очень разными. Начиная с внешности, Таня была вся в маму — высокая, тонкая, с длинными, никогда не стриженными выше лопаток темными волосами и заканчивая твердым, непреклонным характером. И я: среднего роста, с вечными экспериментами с волосами, то толстеющая, то худеющая, но все же пришедшая к идеальной форме, благодаря разводу и бегу. Вечно все ставящая под сомнения, неуверенная, любящая папу — неприкаянного, непонятого, часто пьяного работягу.