Чтение онлайн

Мы стоим на кухне, я тру глаза и пытаюсь остановить поток слез, а Илья уже не в силах сдерживаться, кричит:

— Ты меня душишь, ты понимаешь?! Займись уже своей жизнью! Я даю тебе столько сколько могу! Даже если бы и хотел, больше не получится! Чего ты еще от меня хочешь?!

Залпом допиваю напиток и оглядываюсь назад. В баре многолюдно, но есть свободные столики. Здесь достаточно шумно, чтобы отключиться от собственных мыслей, но нет громкой музыки и галдежа, так что при желании можно подслушать даже разговор соседей. Что я и делаю, стараясь вытряхнуть из головы уже ненужные воспоминания. Сбоку сидит парень, я не вижу лица, он отвернут от меня, разговаривая со своим собеседником. Напрягаю слух и сердце замирает от до боли знакомого необычного голоса — низкого, грудного как будто из глубокой бочки. Поворачиваю голову, упираясь в спину. Сколько мы не виделись, три, четыре года? Это не может быть он. Немного наклоняюсь, стараясь заглянуть мужчине в лицо. Локоть неловко соскальзывает со столешницы, и я чуть не клюю носом, вовремя вцепившись рукой в стул.

— Бл…! — вырывается негромко и, прежде чем я успеваю выпрямиться, мужчина поворачивается ко мне.

— Вы в порядке? — он застывает, заканчивая фразу почти беззвучно.

Я выпрямляюсь, изучая такое знакомое, но уже забытое лицо. Русые волосы, коротко стриженные, немного грубые черты лица, всегда такие пронзительные и живые глаза, цвет которых — светло-серый, сейчас не видно из-за приглушенного барного света. Как и не видно тонкий шрам на щеке, теперь покрытой короткой густой щетиной, но знаю, он там. Сглатываю, жалея, что не заказала добавки, чтобы смочить пересохшее горло.

— Саша? — выходит хрипло и я прочищаю горло.

— Вера, — на его лице наконец появляется улыбка, легкая и неуверенная.

— Сколько лет, сколько зим, — прихожу в себя и говорю единственную фразу, что приходит в голову.

Он улыбается шире, разворачивая корпус ко мне:

— Сложно сосчитать сейчас, но на вскидку три дерьмовых лета и четыре тоскливые зимы.

Из меня вырывается смех — смех удивления и облегчения. Да, это он, это Саша.

Август, 4 ГОДА НАЗАД

Я захожу во двор дома Катиных родителей. Была здесь очень давно последний раз, когда мне было лет семнадцать. Навстречу выходит Катя, раскрыв широко руки:

— Привет, милая! — она меня крепко обнимает и чмокает в щеку.

— Привет! — сжимаю ее в ответ.

Я закрываю глаза, вдыхая запах бывшей подруги. Каждое лето с детства, когда моя память стала фиксировать события, я проводила с ней. Приезжала с родителями в отпуск к бабушке, а семья Кати жила по соседству. Мы были настоящими подругами, играли в куклы, воровали яблоки у соседей, тискали местных котов и лазали по всем ореховым деревьям в округе. Мы писали друг другу письма, когда я уезжала на север на долгих девять месяцев, после переписывались в аське и вконтакте, когда технологии стали захватывать наш мир. С возрастом интересы менялись: мы стали уходить дальше своих дворов. Однажды, когда нам стукнуло по 16, Катя познакомила меня с компанией ребят, которые на все лето стали моими лучшими друзьями, с которыми я гуляла, убегала из дома, купалась голышом на речке и пела песни под гитару. В то лето я и встретила Сашу. Он был старше меня на пять лет, ниже на два сантиметра и через всю его щеку тянулся тонкий, но заметный шрам. Он сложно шутил, много курил, и совсем не вызывал симпатии.

— Как ты? — вопрос может показаться стандартным и бессмысленным, но для нас он значит много.

Мы не виделись год, может два. Редкие встречи в станице не считаются. Учеба и взрослая жизнь раскидала нас по разным концам города. Моя сумасшедшая любовь к Илье убила все желания видеться с кем-либо еще, так что контакты с бывшими друзьями были почти порваны.

— Все отлично! Скоро женимся с Лёней! — Катя светилась счастьем.

— Это замечательно! — Я снова касаюсь ее рукой, будто боясь, что она исчезнет, — мы тоже женимся в сентябре!

— Вау! — Катя радостно смеется и снова меня обнимает.

Она обхватывает меня за плечо и вводит во двор, где громко играет музыка. Мы не успеваем обсудить подготовку к свадьбе, как ко мне стали подходить ребята. Здесь собралась вся старая компания, с которой было так много незабываемого времени проведено. Три лета подряд, пока я не провалилась с головой в отношения — сначала пытаясь забыть Сашу, но почти сразу влюбившись по уши в Илью по-настоящему. Ребята подходили ко мне, обнимая, целуя, кто-то втиснул мне в руку бутылку холодного Туборга, как будто вновь напоминая о днях нашей молодости. Я сделала глоток пенистого напитка и уткнулась взглядом в парня в углу двора. Он стоял, облокотившись о стол, в одной руке сигарета, в другой — бутылка пива как у меня. Я замерла на секунду, ловя его взгляд, потом медленно подошла:

— Привет.

— Привет, — произнес ровно, поднимая на меня голову.

Мы немного помолчали. Он докурил и кинул окурок в банку, стоявшую на столе.

— Рад тебя здесь видеть.

— Но не ждал, — я улыбнулась, продолжая смотреть ему в глаза.

— Не ждал.

Я делаю глоток из бутылки и прислоняюсь к столу рядом с ним.

— Как дела? — сдается первым Саша.

— Все отлично, — я поднимаю правую руку, растопырив пальцы, — вот, замуж скоро выхожу.

Я демонстрирую золотое колечко на безымянном с маленьким брильянтом.

— Поздравляю, — он делает снова глоток, — и как оно — почти замужняя жизнь?

Я думаю около минуты, размышляя: сказать правду или приукрасить?

– Это… Странно, резко, местами больно до дрожи, местами страшно до колик, местами ты отговариваешь себя от убийства, местами плачешь до икоты, — я снова поворачиваю лицо к нему, — но в промежутках… Оно того стоит.

Он усмехается и поворачивается ко мне.

— Звучит так, как будто я делаю все правильно.

Я коротко смеюсь:

— Значит, до сих пор одинок?

— Да, — Саша снова отворачивается, — но встречаюсь с девушкой.

— Рада за тебя, — стараюсь придать голосу радостный оттенок.

— Не переборщи с радостью, — Саша замечает мою реакцию и улыбается.

— Постараюсь, — делаю длинный глоток, — но она наверняка уникальна, раз ты влез в отношения.

– Не то чтобы уникальна, но неплохая это точно.

— Неплохих много, — улыбаюсь уже широко.

— Верно, — Саша наконец поворачивает голову ко мне, — а уникальных по пальцам посчитать.

Я тихо смеюсь, принимая нашу обычную игру. Он никогда не расскажет о своих чувствах ко мне или к кому-то другому, и я никогда не пойму, что он чувствует. Сейчас ничего не изменилось. Когда-то я готова была отдать все за еще один откровенный разговор с ним, но не сейчас. Сейчас я любила Илью. Но почему я никогда не прекращала думать о Саше?

***

Мы вышли на улицу из бара. Уже было около трех ночи. Коля, приятель Саши, ушел примерно час назад, а мы еще немного посидели, разговаривая обо всем и ни о чем.

Я выдохнула клубок пара вверх, поежившись от ночного холода, и сцепила руки в замок.

— Точно хочешь пойти пешком? — Саша кивнул на мои сморщенные дрожащие руки, — одета, ты конечно…

— Все нормально, — улыбнулась, дрожа, — сейчас пройдемся и согреюсь.

Не знаю почему я так упрямо настаивала на прогулке. Мы решили немного пройтись до улицы, откуда легче будет вызвать такси. Встреча была такой неожиданной, что я до сих пор не верила в ее реальность. Мы не виделись года четыре, с того лета в доме Катиных родителей. Если до этого, мы хотя бы поздравляли друг друга с днем рождения, то после моего сообщения о замужестве, общение прекратилось совсем. Но я не забывала его. Это было удивительно, потому что то, что между нами было, сложно назвать отношениями. Это были долгие разговоры, длинные ночные прогулки, жаркие споры и бесконечные обиды с моей стороны. Мое отношение к нему скакало от «да пошел бы ты» до «как же мне хочется всегда быть рядом». Это была игра, флирт, не переходящий границ. Это было короткое лето рядом без обещаний и долгие осень, зима и весна за 5000 километров от него, полные почти ежедневных переписок. Мы не говорили о личном, но я знала, что у него были девушки. Я же ни с кем не сближалась, но периодически, конечно, влюблялась в мальчиков.