Чтение онлайн

Я посмотрела в зеркало заднего вида, словно все еще видела там силуэт незнакомца с отчаянными глазами и открыла рот, пока, еще не придумав, что сказать сестре. Меня прервал звонок телефона и я, чертыхнувшись, затараторила, не дав и слова сказать Вале:

— Прости, прости! Я уже лечу, еще буквально минут двадцать!

— Сорок минут назад, ты говорила, что тебе нужно всего пол часа.

— Извини, — кроме этого слова, мне больше нечего было сказать подруге, — я все объясню.

Таня напряженно посмотрела на меня, но я проигнорировала ее взгляд и снова заверила Валю:

— Дождись меня, ладно? Угощаю весь вечер!

— Судя по всему, ты успеешь только на один коктейль, — Валя все еще была недовольна, но голос немного смягчился.

Я наигранно засмеялась и, пообещав не задерживаться сильно, положила трубку.

— Надеюсь, ты не будешь ничего рассказывать ей, — Таня наконец подала голос, я быстро повернулась к ней и снова сфокусировалась на дороге.

— Рассказывать о чем?

— Хмм, ты сама знаешь, — она поерзала на сиденье и приоткрыла окно, пустив в салон прохладный воздух.

— Вообще-то нет. Но я очень надеюсь, ты объяснишь.

— Не нужно говорить со мной в таком тоне, я ничего тебе не должна.

Я сжала зубы до скрипа и крепче стиснула руль, сдерживая себя от грубых слов.

— Я тоже не должна была приезжать за тобой, — я сглотнула, решая, говорить ли то, что собираюсь сказать, — и прикрывать твои измены тоже не должна.

— Ты не знаешь, о чем говоришь! — моментально ощетинилась сестра.

— Тогда расскажи мне! — я повысила голос, пытаясь достучаться до сестры.

— Нечего рассказывать, — она сжалась в спинку сидения, всем своим видом показывая, что не собирается со мной откровенничать.

Я сглотнула, собираясь с мыслями. Я могу ведь просто отвезти ее домой, высадить и поехать отдыхать с Валей. Я делала так тысячу раз. Таня делала так тысячу раз. Разве нам не хватает своих проблем, чтобы еще разбираться с чужими?

— Как же Леша? — говорю я тихо.

— О, господи! — Таня взмахивает руками и со всей силы разворачивает корпус ко мне, — ты как маленькая, Вера!

— Если быть взрослой — это предавать любимых, то я отказываюсь взрослеть.

Таня смеется — громко и надменно, закинув голову вверх.

— Давно ты…? — я испуганно смотрю на сестру в истерике, не в силах закончить предложение.

Танин смех затихает, и она отворачивается к окну. Она молчит так долго, что мне кажется, она уже не произнесет ни слова. Я смотрю на ее отражение в стекле и голос ее звучит глухо:

— Около года.

Я закрываю глаза, остановившись на долгом светофоре и пытаюсь не провалиться в пустоту, которая накрывает изнутри, захватывая все нутро по частям.

— Почему?

«Почему с ним? Как давно ты его знаешь? Как хорошо? Любишь ли ты его? Любишь ли ты Лешу?». Вопросы, вопросы, вопросы. Есть ли на них ответы?

— Ты не поймешь, — поворачивается ко мне и ее улыбка похожа на оскал, — и не смей меня осуждать.

Горло сдавливает судорога, но я все же произношу:

— Главное, чтобы ты себя не осуждала.

Таня прерывисто смеется и склонив голову говорит снисходительно:

— Святая Вера! Если бы ты понимала, если бы ты могла понять других и перестать думать о себе хоть на секундочку, от тебя бы не ушел Илья.

Рука дергается на руле и я, забыв, что собиралась сделать, перестраиваюсь в соседний ряд, подрезав черную машину, громкой просигналившую мне.

— Осторожней! — Таня цепляется в кресло.

Я глубоко дышу, пытаясь успокоить мысли:

— При чем здесь я и Илья? Я ему не изменяла!

— При том! Вечно ты пытаешься найти изъяны в других, чтобы обелить себя! Это моя жизнь, ясно!?

Я на автомате каким-то образом доезжаю до дома Тани и Леши, и останавливаюсь. Телефон начинает громко звонить, вызывая головную боль и я выключаю звук, даже не посмотрев на экран.

Сердце стучит как сумасшедшее и мне не хватает дыхания. Я медленно поворачиваюсь к сестре, и она повторяет за мной. Мой телефон снова звонит и уже Таня резким движением блокирует звук и бросает гаджет в подстаканник. Она приоткрывает дверь машины, но продолжает сидеть. Мне хочется, чтобы она ушла и ничего больше не говорила. Но она произносит уже спокойно:

— Все время ты себя сдерживаешь и хочешь, чтобы все вокруг были такими же. Загоняешься в рамки, пытаясь втиснуться в каждого человека, который тебе нравится. Но так удивительно, что нравятся тебе именно те, кто имеет смелость жить так, как хочет. Илью ты тоже задушила. — она выставляет ногу из машины, но снова оборачивается ко мне, — Я говорю это, потому что люблю тебя. Займись уже своей жизнью, Вера.

Она в последний раз приглаживает волосы рукой и выходит из машины. Я смотрю перед собой, но дверь все еще открыта. Таня наклоняется, и я слышу мягкие, уже забытые нотки в ее голосе — забота и благодарность:

— Спасибо за помощь. Это очень ценно для меня.

Интересно, с ним она так же разговаривала? Иначе почему он терпит ее целый год?

Сестра ждет чего-то еще несколько секунд, но я молчу и, как только дверь захлопывается, резко давлю на газ и уезжаю.

Дорога кажется размытой и мне кажется, что это из-за моих слез. Но глаза жжет от сухости, и я слишком поздно понимаю, что это снова начался дождь, который испортил мое утро. Набираю скорость и запоздало включаю дворники. Улица пустая и я, не думая ни о чем, вписываюсь в неожиданный поворот, вылетев на встречную полосу. Машина возникает передо мной, мигая яркими фарами и сердце падает вниз, я до боли сжимаю руль и кручу его изо всех сил вправо. Оглушительный звук гудка заполняет мой мир и я, не видя ничего перед собой, возвращаюсь на свою полосу. Слишком сильно кручу руль, заезжаю на тротуар и, сжимаясь от громкого скрежета, резко торможу.

Салон будто в вакууме и мне кажется, что я потеряла слух, пока дверь с моей стороны не открывается, впуская холодные капли дождя и громкий мужской голос:

— Какого хрена! Ты совсем долбанулась, дура?!

Я медленно поворачиваюсь к нему и его круглое лицо немного смягчается.

— Ты в порядке? Выйди: руки, ноги двигаются? — он протягивает руку, хватает меня за локоть и вытягивает на улицу.

Я тут же отмираю, ледяной дождь мочит тонкий свитер, который неприятно прилипает к телу, и я ошалело оборачиваюсь на мужчину. Потом смотрю на свою машину, пытаясь понять масштаб произошедшего.

— Ты пьяная? — он наклоняется ко мне ближе, из-за шума дождя его голос звучит словно с помехами.

Я качаю головой и смотрю на его черный мерседес.

— Меня не задела! — кричит он и обходит мою машину, с другой стороны, — зеркало себе снесла!

Я подхожу к нему и вижу, что остановилась почти вплотную к фонарю. Фонарь стоит, а вот мое зеркало валяется под ногами мужчины. Теперь я могу его разглядеть: это тучный, невысокий мужчина, лет сорока. Он опускается на корточки и поднимает зеркало, быстро осматривает его и протягивает мне.