Чтение онлайн

Я отвожу взгляд, осознавая, что разговор перешел в очень опасную для меня зону. Парадоксально, что вместо страха и желания бежать подальше от этого безумного извращенца, я ощущаю острое возбуждение.

— И что будет дальше? — сглотнув скопившуюся слюну, спрашиваю я.

— Ты можешь остаться и принять мои условия, — властные пальцы лениво поглаживают мои скулы, продолжая запускать огненных мотыльков во все части моего тела. — Не навсегда, на какой-то период… — брови Перриша сходятся на переносице, создавая впечатление, что прямо сейчас он мучительно размышляет над последней фразой.

— Есть другой вариант?

— Я не железный дровосек, и у меня есть сердце, — цитирует он мои же слова, которые ни хрена не объясняют и не отвечают ни на один вопрос.

— Что это значит? — бросаю со злостью, которая удивительным образом срывает с меня его чары.

— Если ты уйдешь из этого дома сегодня, то завтра покинешь Штаты очень богатой женщиной, — сузив глаза, отвечает Перриш, и я буквально закипаю от гнева.

— Но это мой дом!

— Ошибаешься, Эль, — опровергает чертов кукловод. — Это мой дом, и здесь действуют только мои регламенты. Я предоставлю тебе возможность ознакомиться с инструкцией.

— Да ты издеваешься, твою мать! — не веря собственным ушам, я с негодованием смотрю в самодовольную бесстрастную физиономию.

— Я дам тебе выбор, Эль. Настоящий выбор, а не фикцию, когда положительное решение уже предрешено.

О боже, какая щедрость. Даже ад расплавился от его гребаной доброты.

— У меня есть время подумать?

— До конца собрания, — милостиво заявляет сукин сын.

— Хорошо, — коротко киваю я. Коротко, но далеко не кротко. У меня есть еще один вопрос, прежде чем я пойму, с кем имею дело. — Что было в таблетках, Дек? В тех, что ты вынуждал меня принимать.

— Это не было принуждением, Эль. К тому же ты регулярно смывала их в водосток. Я говорил — даже у стен есть глаза и уши. И еще — будет лучше, если ты продолжишь называть меня Кристофер. Я знаю, это неприятно, но нам обоим придется привыкнуть.

— Это не ответ, Ренделл Декстер Перриш, — взбешенно бросаю я в его непробиваемое лицо.

— Осторожнее, Эль, — предупреждает он, снисходительно наблюдая, как я буквально трясусь от возмущения. — Если раскроют меня, то ты вернёшься в Святую Агату или в тюрьму.

— Просто ответь, черт бы тебя побрал! — потеряв всяческое терпение, кричу я.

— Витамины. Обычные витамины. Все остальное — реакция твоей нервной системы на переживаемый стресс, — невозмутимо пожав плечами, отзывается хладнокровный говнюк.

— И я должна тебе поверить? Ты подставил меня! — бросаю обвинение, поворачивая лицо той стороной, где еще заметна остаточная желтизна от заживающих синяков.

— Он пожалел об этом, Эль, — я вздрагиваю, почувствовав едва заметное касание его пальцев. Бережное и невесомое, словно трепыхание крылышек пыльных мотыльков. — И будет жалеть до конца своих дней.

«5. Цербера — все части растений содержат церберин — крайне ядовитый гликозид, блокирующий проведение электрических импульсов в организме (включая сердечный ритм). Нельзя даже использовать древесину церберы для разжигания костров, так как дым может вызвать тяжёлое отравление.»

Энциклопедия ядовитых растений

Поднявшись наверх изученным маршрутом, я захожу в детскую, уже догадываясь, что там не осталось и следа от моей студии. Мастера иллюзий вернули обстановку в изначальный вид, но оказавшись внутри, все равно теряю дар речи от изумления. И дело не в мебели и в до боли знакомых вещах, а в эффекте неожиданности.

— А где Тереза? — пересилив первоначальный ступор, спрашиваю я у Эм, темноволосой красивой девочки.

Расположившись за детским столиком, где я обычно занималась с детьми развивающими играми, Эсмеральда держит на коленях малышку Милли, и они обе что-то увлечено рисуют, склонившись над листком бумаги, пока Джонни с восторгом проводит ревизию в ящике для игрушек.

Услышав мой вопрос, Эм поднимает голову, и на ее лице появляется открытая улыбка.

— Все собрались в шахматной гостиной и ждут тебя, — поясняет она и вдруг точно таким же жестом, как Перриш какое-то время назад, протягивает мне ладонь. — Подойди, Эль, — ее голос звучит мягче, но в нем уже есть особая энергия, вызывающая желание подчиниться. Напомнив себе, что передо мной всего лишь ребёнок, я подхожу ближе и сжимаю изящные пальчики.

— Я ошиблась, сказав, что тебе не место в этом саду, — говорит девочка, и ее голубые глаза светятся подкупающей искренностью. — Ты единственная способна понять его... и принять. Все, что были до тебя, не справились.

— Я не чувствую себя какой-то особенной и понимающей и вовсе не уверена, что справлюсь, Эм, — честно признаюсь я

— Ты сама удивишься, насколько это будет легко. Он умеет защищать тех, кто ему дорог.

— Вынуждена усомниться, Эм. Однажды твой дядя сказал, что все женщины, имеющие для него значение, мертвы.

— Они нарушали правила. Их страх оказался сильнее желания понять, что ему нужно, как сделать его сильнее и удержать в этом мире. Ни одна не знала его так как ты, Эль.

— Я тоже не знала его…, — мои губы дергаются в горькой усмешке. И я меняю тему на более приземлённую и понятную. — Разве твоя семья не собиралась покинуть страну?

— Да, так и было, но Дек убедил моего опекуна, что стоит отложить переезд на неопределенное время.

— Он умеет убеждать, — отзываюсь саркастически.

— Как никто другой, — с улыбкой поддерживает Эм. — Пора идти, Эль. Тебя ждут.

— Ты уверена, что справишься с детьми?

— Мы рисуем, — смешно коверкая слова, малышка Милли поднимает на меня сияющий взгляд, словно успокаивающий и говорящий: все хорошо, мамочка. А Джон так увлекся своими игрушками, что даже не замечает моего присутствия.

— Элинор? — я оборачиваюсь на звук голоса и, моргнув несколько раз, с недоумением смотрю на красивую стильную брюнетку, ещё в первую встречу поразившую меня своими яркими внешними данными. Она одета в точно такое же платье как у меня, что только подчёркивает, насколько мы разные.

— Меня зовут Би, — мягко улыбается молодая женщина. — Сокращенно от Цербера.

— А на самом деле Натали Белл, жена моего опекуна, — добавляет Эм с хитрой усмешкой. — Официально мы сейчас находимся в кафе Fluffy, а потом отправимся в ресторан к Массимо.

— Смотрю у вас развита целая сеть для прикрытия, — заключаю я, уже научившись ничему не удивляться.

«Существует множество разновидностей лилии, некоторые из которых ядовиты. Даже один цветок, будучи употребленным в пищу в чистом виде, может вызывать отравление.»