Не осуждайте нас
Шрифт:
Еще около часа мы сидели с Максом на той самой скамье. По прошествии этого времени я начала чувствовать, как ноет плечо от тяжелый головы учителя, и всеми силами попыталась разбудить его.
Несмотря на все мои старания, больше, чем какого-то странного мычания и непонятных слов, наполненных алкоголем, услышать мне от него не довелось. Стало совершенно ясно, что он не в себе, и определенно не проснется просто так.
Я кое-как достала сотовый телефон из своей сумки и задумалась над тем, кто будет человеком, спасающим мои нелегкие будни.
Родители определенно не были вариантом, Лина по-прежнему сидела дома, несмотря на лучшее, чем прежде, состояние, остался только один человек. И сомневаться не стоило, что он поможет.
Уже через полчаса надо мной и спящим Максом нависал смеющийся Вадим. Молодому человеку, одетому, как и всегда, необычно мрачно, такая ситуация казалось смешной. Он с минуту не мог успокоиться, сгибаясь от звонких смешков и высказываний в нашу сторону.
Отдышавшись, он все-таки помог взвалить Макса на свое плечо и кое-как довести его до дверей моей квартиры.
– Твои родители не удивятся такой компании? – придерживая Макса, спросил Вадим.
– Их, к счастью, сейчас нет дома, - ответила я, открывая дверь железным ключом.
Мы втащили Макса в прихожую и положили его на ближайшую ко входу кровать – в мою комнату. Он все так же мирно спал, пока Вадим пытался отдышаться от тяжелой ноши.
– Сколько этому парню лет? – прерывисто спросил он.
– Двадцать три.
– Двадцать три?! Ты хочешь сказать, что этот милый блондин на четыре года старше меня? – Вадим удивленно раскрыл рот, глядя то на меня, то на моего бессознательного репетитора.
– Да, хотя, после сегодняшнего я уже так не думаю, - я закатила глаза и укрыла Макса мягким красным пледом, лежащим прежде на спинке стула.
– Да ты о нем заботишься, - Вадим толкнул меня локтем в бок, и на его лице показалась хитрая ухмылка, - нравится?
– Нет.
– Совсем?
– Совсем.
– А я-то думал, что это и есть причина твоих постоянных вздохов и томных взглядов.
– Моя грустная история? – я улыбнулась, вспоминая давние слова Вадима.
– Да, твоя грустная история. Так это не он?
– Нет, это не он… - я поджала губы и опустила глаза в пол, в который раз пытаясь проглотить это ужасное чувство в горле.
– Знаешь, я хочу тебе рассказать о том парне.
– Софи, это необязательно, - Вадим заботливо коснулся рукой моего плеча.
– Нет, ты выручил меня, я действительно хочу тебе рассказать, - я улыбнулась и посмотрела на своего друга.
– Ты можешь пока пройти на кухню прямо по коридору, а я переоденусь. Сниму эту дурацкую школьную форму и сожгу, меня все равно выгнали из школы, - посмотрев на себя с усмешкой, сказала я.
– Выгнали?!
– Долгая история, иди.
Вадим недоуменно выгнул бровь и вышел из моей комнаты. Я бросила взгляд на спящего Макса. Он напоминал ребенка. Светлые короткие пряди спадали на лицо с мягкими чертами. Под веками, покрытыми густыми ресницами, прятались голубые глаза. Он свернулся в комок и лежал лицом к стенке. «Я так же спала в детстве».
– Подумала я, доставая из шкафа свою домашнюю одежду. Он был таким милым, что я не сдержалась и подошла к нему чуть ближе.
Держа одежду в одной руке, другой я прикоснулась к его лицу. Мягкая кожа заскользила под моими пальцами, и я не сдержала улыбку. Неожиданно Макс открыл глаза и посмотрел на меня.
Я не успела и подумать, прежде чем он резко схватил меня за запястья и повалил на кровать, нависая надо мной всем телом. Одежда, что была у меня в руках, тут же рассыпалась по всему полу. Я едва заметно дернула руками, но они не поддались.
– Макс? – мой голос казался напуганным.
Он не слышал, у него в глазах был будто серый туман. Его лицо приблизилось к моей шее, и я почувствовала, как он касается губами моей кожи.
«Отвратительно».
– Макс, пусти! Что ты творишь, придурок?!
Я начала дергаться под ним, стараясь вырвать сжатые руки, но это не помогало. Он давил на меня всем телом, так, что я не могла и пошевелиться. Становилось действительно страшно. И это был не тот страх, что я испытывала когда-то от прикосновений Жака. Нет, это чувство было совсем иным, оно было черным, грязным, мерзким… Тело становилось каменным, а руки бессильными. Я еле-еле могла говорить.
Его поцелуи медленно начали спускаться на мои ключицы и ниже, я всеми силами пыталась скинуть его с себя. Но оказалось, что этот хрупкий парень был не таким уж слабым. От его губ доносился запах алкоголя, и горячее дыхание морозило мою кожу, словно лед.
– Пусти! – кричала я, продолжая биться ногами о кровать.
– Вадим! Вадим, помоги!
Из другого конца квартиры послышался шумный топот, и через секунду Вадим уже показался на пороге моей комнаты. Он подбежал к кровати и с силой сбросил с меня Макса. Обезумевший репетитор отпустил меня и теперь совершал слабые попытки подняться с пола.
– Ты идиот? – помогая мне приподняться, обратился к Максу Вадим.
– Ты понимаешь, что делаешь? Ты ее напугал.
Макс смотрел на нас округленными глазами и, тяжело вздохнув, уронил голову на подогнутые колени.
– Софи, как ты? – спросил Вадим, смотря в мои потерявшиеся глаза и ласково водя рукой по следам на запястье.
– что-то болит?
– Нет… - отдышавшись сказала я.
– Все хорошо.
Макс медленно привстал с пола, держась одной рукой за голову. Я видела его выражение лица. На мягком мальчишеском лице, полном усталости, появилось тяжелое чувство. «Я не хотел» - едва слышно проронил он, боясь подойти ближе к нам.
– Я же сказала, все хорошо, Макс.
Я видела по глазам, что он не слышит меня. Он был по-прежнему убит.
– Что с ним делать? – спросил Вадим.
– Он едва на ногах держится… Вадим, пожалуйста, помоги ему лечь на кровать, ему просто нужно отоспаться.
– Ты серьезно?
– Да, - твердо сказала я, обращаясь к другу.
Вадим отпустил мою руку и направился к Максу, стоящему в центре комнаты и говорящему что-то невнятное самому себе. Я, недолго думая, подскочила с кровати, уступая место своему учителю. Вадим помог Максу лечь и тот вновь погрузился в сон, тяжело сопя.
– Пойдем на кухню, - Вадим приобнял меня за плечи и помог дойти до стола. Ноги казались ватными. «Страшно».