Чтение онлайн

Новые друзья этим временем погружались в пьяное состояние все больше и больше. Обнаглевшие бомжи сняли с ног свою обувь, наполнив воздух квартиры более пронзительным «ароматом». Они гуляли уже по жилищу, как у себя дома, изучая все его доступные помещения. Им даже хватило наглости зайти в детскую комнату, которая теперь пустовала, оставив там свой всепроникающий запах. В этот момент хозяин жилых помещений, словно бы что-то вспомнив, поднялся со своего насиженного «пьяного» места и проследовал посмотреть, чем занимаются его «дорогие» знакомые. Увидев их в детской, он пришел в страшное неописуемое негодование и, схватив за грудки того, что «повонючее», бешено заорал:

– Вам кто разрешил здесь находиться!? Кто позволил входить в эту комнату!? Если я разрешил вам свободно передвигаться – это не значит, что вы непременно должны обнаглеть. Правильно говорила моя любимая мама, что в душе вы такие же «грязные», как и снаружи.

Не договорив еще до конца свою пламенную гневную речь, молодой мужчина так съездил кулаком по лицу своего необычного гостя, что тот, невольно «прихрюкнув», плюхнулся на спину. В стоячем положении оставался еще второй бомж, носящий имя: «Прыщак». Увидев, как обошлись с его другом, он наполнил свои глаза всепоглощающим ужасом, однако, инстинктивно схватил маленький детский стульчик и ударил им пьяного Андрея по его мощной спине. Не смотря на то, что этот человек растерял бывалую некогда силу, удар получился такой, что деревянный предмет невольно сломался, рассыпавшись на мелкие части, а остервеневший «боец» повалился на сбитого им с ног чуть раньше противника. Воздействие алкоголя значительно снизило его возможность к координации, но все же годы усиленных тренировок не минули даром. Мужчина, извернувшись на «пахнущем» «друге», грубым пинком лишил второго его равновесия. Когда тот плюхнулся кверху лицом, как раз, возле его правой ноги, обутой в грубый полицейский ботинок (в тот день Холод не разувался), Андрей поднял ее высоко над паркетом и пяточной областью опустил на переносицу недавнего собутыльника. Послышался хруст ломающегося хряща, а из глаз неприятеля брызнули слезы, которые, стекая вниз по щекам, перемешались с вытекающей из носа кровавой жидкостью, включавшей в себя также и сопли, и слюни. Дальше хозяин поднялся и, громко крича «нецензурщиной», вкладывая в дальнейшие действия всю жестокую душевную боль, терзавшую его последние сутки, принялся беспощадно избивать обоих приятелей.

На шум этой безжалостной бойни из комнаты вышла Ирина Васильевна и, не смотря на весь жуткий страх, обуявший ее изнутри, прошла в детскую комнату и принялась отговаривать сына от его неразумного хулиганского поведения.

– Андрюша, остановись!
– кричала она, не решаясь даже приблизиться, так ужасен был вид этого человека, который словно в один миг лишился рассудка, - Ты их убьешь и сядешь в тюрьму!

Тот словно не слышал своей матери, взывавшей к его обезумевшей наполненной гневом натуре и продолжал превращать обоих бомжей в одно сплошное кровавое месиво. На счастье, в этот момент раздался звонок в дверь их квартиры – это приехали полицейские, присланные старым другом покойного мужа. Женщина открыла троим молодым мужчинам, одетым в гражданскую форму, было вполне очевидно, что они служили в едином подразделении их Управления. Ирина Васильевна успела лишь крикнуть:

– Осторожней: он обезумел!

Все трое товарищей по работе ввалились в эпицентр этих жестоких событий и с огромным трудом смогли обуздать своего пьяного друга. Им пришлось сковать в наручники его руки, а ноги замотать липкой лентой. Однако, не смотря на такие меры предосторожности, он продолжал брыкаться и материться, в отчаянном порыве пытаясь освободиться.

В таком состоянии оставлять его дома было опасно, и Андрея отвезли в ближайший отдел, где поместили в отдельную камеру, оставив там отрезвляться. Бомжам разъяснили их грубейшую во всей своей жизни ошибку, гласившую о том, что они своим безрассудством понадеялись заиметь в товарищи столь необычного друга, и посоветовали побыстрее убраться из этой квартиры. Те не замедлили прислушаться к этому не лишенному здравого смысла совету, посчитав, что отделались в этом случае слишком просто.

Холод на следующее утро был подвергнут жестокому прессингу со стороны своего руководства и, получив двухнедельный отпуск, отправился и дальше заливать вином свое горе, но уже гораздо скромнее.

Глава XXI. Азмира и Дамира проявляют характер

Возвращаясь к пятидесятидвухлетнему Владиславу и двадцатишестилетней Азмире следует вспомнить, что девушка невольно стала свидетелем того удивления, какое вызвало в нем известие о том, что та машину, на которую она бросалась, являлась именно той, которая и сбила их малолетнюю дочку. Мужчина в одночасье поняв, что виновницей той беды, что случилась с его маленькой девочкой, является его московская гостья, задумчиво молчал, не зная, что ответить начинавшей отходить после падения настойчивой пассажирке. Чтобы «скрасить» затянувшееся неловко молчание, он включил на машине переднюю передачу и начал движение. «Так вот откуда у нее скол на бампере», - думал водитель, выезжая на трассу.

Молодая красавица между тем нисколько не унималась, требуя определенных ответов. Она уже поняла, что та «мерзавка», что управляла тем ужасным автомобилем, наехавшим на Диану, является близкой знакомой ее родного родителя. Поэтому, не смотря в основе своей на беззлобный характер, в это момент ее изболевшаяся душа наполнилась безудержным гневом и требовала справедливого наказания.

– Ну, так, что?
– настаивала она на ответе, - Кто эта «стерва», которая чуть не убила твою и мою дочку? Ты что, до такой степени погряз в своих любовных интригах, что хочешь спустить ей с рук этот ужасный поступок?

Вопросы были настолько прямыми, что на них необходимо было хоть что-то ответить. Владислав, не смея взглянуть на возникшую из далеких времен дорогую подругу, наконец, попытался сказать то, в чем смог только открыться.

– Да, действительно, - сказал он вкрадчивым голосом, - я знал некогда эту девушку, мы с ней общались также, как и с тобой, но кто она, и где может сейчас находиться, мне такие подробности не известны.

Он умышленно пытался утаить страшную правду, так как не хотел, чтобы эта его связь случайно открылась. Он на самом деле до такой степени запутался в своих походах «по девочкам», что теперь не знал, чем ему все это может вылиться. Поэтому Владислав и юлил, не представляя, какие еще неприятности принесет ему эта дружба с несостоявшейся жуткой убийцей. Мало того, что она ехала, не разбирая дороги, в результате чего сбила малолетнюю девочку, и ладно бы она, в этом ужасном случае, тут же остановилась и попыталась оказать пострадавшей хоть какую-то посильную помощь, но нет же, она «ударила по газам» и самым беспардонным безжалостным образом бросила малышку умирать на дороге и поспешила скрыться от справедливого к ней возмездия. Вот именно такие невеселые мысли обуревали этого немолодого мужчину, и он не знал, как себя повести в создавшейся непредвиденной ситуации. Между тем Азмира, прошедшая в свои еще юные годы сквозь невероятные испытания, научилась отлично понимать человеческие душевные состояния – вот и сейчас, не смотря на все ухищрения, предпринимаемые ее пронырливым изворотливым давним приятелем, отлично смогла распознать, какие противоречивые мысли терзают его неразумную голову.

– Извини, но тебе я в этом случае не поверю, - грозным голосом промолвила девушка, наблюдая за малейшей «волной», пробегавшей по лицу ее спутника, - я определенно уверена, что ты ее знаешь, но почему-то пытаешься скрыть. Возможно, это как-то связано с той твоей двойной жизнью, которую ты ведешь долгие годы, и ты не хочешь, чтобы об этом узнала твоя дорогая супруга…

Прекрасная девушка, у которой от обиды за дочку и бессердечности ее родного родителя на глаза навернулись невольные слезы, не смогла договорить свою пламенную тираду, как ее «оборвал» Владислав, благодарно удивленный тем, что девушка сама подсказала ему решение.

– Сейчас это не актуально, - сказал он внезапно.

– Что?
– не поняла пассажирка, невольно от удивления вскинув кверху дугообразные брови.

– Моя жена, - без стеснения ответил мужчина, мельком взглянув на сидевшую рядом с ним очаровательную девицу, - она меня выгнала. Мы с ней больше не вместе.

– Даже так?
– не поверила почему-то Азмира, - И давно у вас такое случилось? И, чем, интересно, вызвано такое несчастье?

– Со вчерашнего дня, - искренне отвечал повеселевший мужчина, продолжая ловко управляться со своею машиной, - после того, как она узнала о нашей с тобой девочке. Она предложила мне выбор – либо она, либо дочка.

– И ты выбрал…

– Конечно же, девочку, - ответил Владислав Александрович, понимая, что такой аргумент может развеять любые сомнения, - видишь: чем я пожертвовал, ведь она являясь полновластной владелицей нашей фирмы, полностью лишила меня всех привилегий, поэтому и смысла бояться моей высокомерной супруги у меня теперь никоим образом не имеется, а учитывая тот факт, как я дорожу своей маленькой дочкой, выгораживать кого-либо у меня никакого желания, при этом, не возникает.

– Таким образом, - не унималась в своем «допросе» настойчивая несчастная мать, - ты не знаешь, где может находиться та мерзкая женщина?

– Ты не поверишь, но это чистая правда, - на сей раз не слукавил водитель, не допускавший мысли, что Алина будет настолько глупой и посмеет вернуться в квартиру, - куда она может податься, мне этот факт не известен. Тебя куда-нибудь подвести?

Холод-мужчина, невольно из-за своей неосторожной оплошности попавший под настойчивый прессинг некогда любимой подруги, страшно переживал от охвативших его неоднозначных сомнений, желая вначале сам выяснить все подробности, потому-то он и хотел любыми путями изменить тему их невеселого разговора. Именно для этой цели он и выбрал столь безобидный вопрос, на который Азмира просто ответила: