Чтение онлайн

— Моя голодная шлюшка! — прохрипел я, не в силах сдержать эмоций, от которых сносило крышу.

Ответом мне было рычание и звук ногтей, сдирающих полировку со стола. Перед глазами плыло, не осталось больше ощущений окружающего мира: лишь сумасшедшее родео, лишь раскалённое тело самой красивой женщины и жгучая волна, зарождающаяся ниже живота.

Люба застонала ещё громче, мышцы внутри сокращались конвульсивно и бешено, сделав моё удовольствие болезненно-чувствительным. Я постарался выдернуть из неё член, но проще было бы отобрать мясо у тигрицы.

— Сумасшедшая, я сейчас кончу… — только и смог прошептать я, разряжаясь внутрь. Наш оргазм был единым: каждое сокращение узкой дырочки совпадало с толчком выплeскиваемой спермы. Казалось, этому не будет конца: она продолжала подрагивать, выдаивая меня полностью, до капли.

Глава 13

Любовь

Всё, что я чувствовала, это нестерпимое желание обладать… Мне не была нужна душа, лишь тело: сильное, красивое, неутомимое. Сильнее, глубже, острее, больнее. Крепкие пальцы оставляли синяки на бeдрах, поддерживая мою попку над столом. Каждая мышца наших тел была напряжена. Это не был расслабленный ленивый нежный секс, это — настоящий жёсткий бой, где все ощущения на пределе.

— Моя голодная шлюшка! — в голосе Влада было столько страсти и желания, что внутри всё сжалось, заставляя трепетать.

Оргазм нарастал, грозя заполнить всё вокруг, снести окружающее пространство, обнулив этот мир. Я вжалась в Влада, притягивая ногами к себе и не позволяя вырваться. Он попробовал достать из меня свой огромный каменный член, но сдался.

Его головка стала ещё больше и горячее, разрывая меня изнутри. Я кончала, не сдерживаясь и не контролируя, что происходит. Моё тело упивалось этим ощущением не полeта, а стремительного падения.

Я ощутила, что член Волка напрягся и запульсировал в такт моим сокращениям, а внутрь мощными толчками обильно брызнула горячая сперма. Эти ощущения были для меня новыми, но нереально приятными: казалось, что мы стали единым целым. Когда всё закончилось, я почувствовала, как затекли мышцы от неудобной противоестественной позы, в которой я пребывала последние минуты. Куда там составителям Камасутры.

Мужчина аккуратно опустил меня на неудобный стол и медленно вынул член. Влагалище продолжало подeргиваться, выдавливая наружу избытки горячей спермы. Влад раздвинул мои ноги шире и как завороженный наблюдал за этим. Никогда раньше я не позволяла мужчине разглядывать меня там, но теперь я купалась в этом жадном возбуждении, с которым его глаза изучали каждую складочку, покрытую густым семенем.

— И что теперь будем делать? — после душа мы пили чай за столиком, где лишь десять минут назад трахались, забыв обо всём на свете.

— Как что? Готовиться к спектаклю. Время у нас ещё есть. Жаль, Нате придётся вновь меня красить, весь макияж смазался.

— Я не об этом! — Владу явно было неудобно. — Ты пьешь противозачаточные?

— Нет. Не было смысла. У меня очень давно не было мужчины. Можешь не переживать, гинеколог уверен, что у меня больше шансов полететь в космос, чем забеременеть.

— Прости, я не знал…

— Вот именно ты не знал, поэтому и не надо извиняться. Ты ни в чeм не виноват. Я почти привыкла и смирилась. Наверное, я недостаточно хороший человек, чтобы природа позволила мне проложить род.

— Глупая, не говори так! — он легонько приобнял и аккуратно провёл пальцами по шее.

Странно, сейчас в его прикосновения совсем были лишены сексуального подтекста — лишь поддержка и сочувствие.

— Ладно, не время рассиживаться. Ещё много дел. Да и неудобно перед Наташкой. У человека проблемы, а я с её братом кувыркаюсь вместо того, чтобы помогать.

— Ничего, переживёт! Ей это полезно. Тем более, ты ещё долго продержалась прежде, чем начать со мной кувыркаться!

— А ты привык, что девушки сами в твои объятия падают?

— Есть такое! — иногда хотелось прибить его за эту ухмылочку.

— Самодовольный Волчара!

— Моя святая проводница!

Мужчина привлёк меня к себе для поцелуя. «Ну уж нет, знаю, чем может это всё закончится!» Быстро вскочила с полки, вывернувшись из его сильных рук.

У самых дверей я обернулась, показав язык, — «Между прочим, тебе совсем не идёт лысина, с ней ты похож на бандюгана!» — и выскочила из купе.

А ведь я и впрямь заигралась. Почему-то серьёзность ситуации, в которой мы все оказались, стала доходить до меня только сейчас. Что будет, если нас раскусят? Судя по словам Влада, его жизни угрожала опасность. Кажется, он не преувеличивал. Ната успела поведать пару леденящих кровь историй об их отце. Моя дальнейшая судьба также вызывала опасения…

Ната сидела в купе, похудевшая и осунувшаяся, обхватив острые колени руками, глядя в окно и дрожа всем телом.

— Ну что, никак не натрахаетесь? Правильно говорят: перед смертью не надышишься! — моя пассажирка явно была не в лучшем настроении. Хотя её можно понять. — Знаешь, я никогда не была так одинока. Как ты не сходишь с ума в поезде? Мир такой огромный и бесконечный, всё едешь и едешь, ни конца, ни края. А человек — лишь крохотная песчинка, которая потеряется, никто и не заметит.

Я села рядом и накинула на её ледяные плечи свою кофту. За окном плыли равнины, придавленные тяжeлыми грозовыми тучами. Стоял душный давящий штиль, когда даже птицы и насекомые замолкают, а человек утирает липкую испарину, надеясь на дуновение ветерка.

— Ты не одна! У тебя есть брат, который тебя любит. И я. Мы не дадим в обиду.

— Порой мне кажется, что ты сумасшедшая, Люб. Не может нормальный человек быть таким хорошим!

— Меня сложно назвать хорошей. Знала бы ты, что мы сейчас с Владом творили! — я начала хихикать.

— Тьфу, извращенцы! — девушка улыбнулась и махнула на меня рукой. Но краска вернулась к её бледному лицу.

— Ладно, хорош оттягивать неизбежное! Ты готова к преображению? Поверь, после того, как я закончу, тебя никто не узнает!

— Вот это меня и пугает.

Я колдовала над Натой, прислушиваясь к диалогу, завязавшемуся в соседнем купе между Владом и начальником поезда. Сан Саныч явно был раздражён и недоволен.

— Да вы хоть понимаете, что толкаете меня на должностное преступление? — пробубнил он.

— Поймите, к вам ни у кого не будет вопросов, всю ответственность я беру на себя.

— У моей совести есть много вопросов!

— Вот снотворное для слишком бдительной совести.

— Не всё можно решить деньгами!

— Вы ошибаетесь, уважаемый!

Мне было интересно, чем кончится это препирательство, но Ната начала капризничать, требуя зеркало. У меня родилась замечательная идея. Поправив на девушке форму проводницы, которую я выпросила у Оли из одиннадцатого (они с Наташей были одной комплекции, хоть и с разницей в росте), вытолкнула свою подопечную в коридор.