Чтение онлайн

— Ты скучала по мне, Скар?

Каждую секунду каждого дня.

— Хм, – гудит он в ответ, крепче прижимая меня к себе. — Нам нужно многое обсудить, малышка. Но сейчас… мне просто необходимо чувствовать тебя.

Я поворачиваюсь к нему лицом, и сердце сжимается при виде темных кругов под его глазами. Я прикасаюсь к его щекам, проверяя, настоящий ли он, или это очередная галлюцинация измученной любовью души.

— Ты здесь.

— Да, – шепчет он, приподнимая подол моей ночной рубашки и стягивая ее через голову, оставляя меня обнаженной в своих объятиях. — Ты так и не ответила, скучала ли по мне, – он улыбается, и одна из его рук сжимает меня между ног. — Хотя, пожалуй, тебе не нужно этого делать. Твое тело всегда говорит мне все, что я хочу знать.

Его пальцы начинают играть с моим клитором, и все мое существо поет от наслаждения, смакуя каждое прикосновение. Но я собираю всю волю в кулак и хватаю его за запястье, останавливая.

— Скар…

— Нет, Ист. Не раньше, чем ты ответишь мне на один вопрос.

— Играешь в труднодоступную? – дразнит он, целуя кончик моего носа. — Ты же знаешь, как я люблю с тобой играть.

Он обхватывает мою шею, и я чувствую, как его член, твердый, как сталь, упирается мне в бедро. Но всему этому придется подождать.

— Не сегодня, Истон. Никаких игр, – качаю я головой.

Он видит серьезность в моих глазах, и его самодовольная ухмылка исчезает.

— Спрашивай что угодно, Скар. Я никогда не стану тебе лгать. Просто спроси.

— Ты вернулся навсегда?

— Да, – отвечает он честно, и в его воспаленных глазах читается тревога, что я могу оттолкну его или разлюбить.

Как он может быть таким самоуверенным в одних вещах и таким уязвимым в других, всегда будет для меня загадкой.

— Ты когда-нибудь оставишь меня снова? – продолжаю допрос я.

— Нет, Скар. Разве что ты сама скажешь, что я тебе больше не нужен. Хотя, пожалуй, даже тогда я не уйду.

— Хороший ответ, – улыбаюсь я, давая понять, что бояться нечего.

— Хочешь спросить меня о чем-нибудь еще, или я могу наконец заняться любовью со своей девушкой? – приподнимает он бровь, и на его губах снова появляется та самая наглая усмешка.

— Последний вопрос.

— Скар, ты меня убиваешь, – разочарованно стонет он, прижимаясь эрегированным членом к моей ноге.

Вид его его мучений должен бы ранить меня, но сейчас это лишь доказательство того, как сильно он меня хочет. Я обхватываю его член рукой, и он резко вдыхает сквозь зубы.

— Черт, – рычит он.

— Еще нет, – дразнюсь я.

Его тихий смешок согревает мне душу.

— Если вдруг тебе снова понадобится бежать и покинуть Эшвилл, я не стану ждать приглашения. Куда ты – туда и я. Понял?

Он кивает, и его член лишь сильнее пульсирует в моей руке.

— Я знаю, что в этом мире есть монстры, Ист. Но пока мы вместе, нам ничего не страшно. Запомни это, прежде чем снова попытаешься оставить меня. Мы с тобой – одно целое, Ист. Навсегда.

— Я знаю, малышка. Прости. Этого больше не повторится. Обещаю.

— Хорошо.

— А теперь… можно я тебя трахну?

— Я думала, ты собирался заниматься со мной любовью? – не удерживаюсь от провокации.

— Ах, Скар. Как бы я тебя ни взял, это всегда будет лишь способ показать, как сильно я люблю тебя. Потому что это так, детка. С первого дня, как увидел, я любил только тебя.

— Я знаю.

— Погоди, – он смеется, и в его великолепных серых глазах вспыхивает озорной огонек. — Ты только что процитировала Хана Соло?

— Понятия не имею, о ком ты. Да и сейчас мне все равно, – рычу я, толкая его на спину.

Все, что он собирался сказать в ответ, замирает на его губах, когда я беру его твердый член и направляю в себя. Мы оба стонем от этого соединения, слова больше не нужны. Потому что это – все, что наши сердца хотели сказать друг другу, и даже больше.

— Боже, как же я скучал по тебе, – хрипит он, впиваясь пальцами в мои бедра, направляя мои движения. — Каждый день я умирал от мысли, что больше никогда не окажусь внутри тебя.

— Тебе больше не придется бояться. Этого никогда не случится, – клянусь я, упираясь ладонями в его твердею грудь.

Голова сама запрокидывается назад, когда Истон находит ту самую точку, от которой в глазах вспыхивают звезды.

— Истон!

— Знаю, малышка. Для меня это тоже будет быстро. Я слишком долго скучал по тебе, – рычит он, проводя большим пальцем по клитору, и мое зрение застилает белый свет.

Он входит в меня так яростно, будто хочет разорвать на части, и я кричу от оргазма.

— Черт, Скар! – вскрикивает он, делая еще несколько глубоких толчков, прежде чем излиться в меня до последней капли.

Я падаю на его грудь, радуясь, что его сердце бьется в том же ритме, что и мое.

— Если бы не знала тебя лучше, подумала бы, что ты хочешь меня оплодотворить, – говорю я, едва отдышавшись.

— Как бы меня не забавляла эта идея, я слишком эгоистичный ублюдок, чтобы делить тебя с кем-то. По крайней мере, пока, – отвечает он, приподняв мой подбородок, чтобы заглянуть мне в глаза.

— Да? Тогда почему ты так редко пользуешься защитой?

— Потому что, когда я впервые обыскивал твой дом, заглянул в твою аптечку и увидел там противозачаточные. А когда получил анализы и убедился, что чист, никакой презерватив уже не мог меня остановить.

— А как же я? Мы же никогда не обсуждали мою сексуальную жизнь до тебя.

Он легко шлепает меня по попе, просто чтобы подразнить, но в нем чувствуется намек на угрозу.

— Я знал, что ты чиста. Ты бы не переспала со мной, если бы это было не так. И я не хочу разговаривать о твоих прошлых связях. Уверен, твою невинность еще в школе забрал этот Брэд Питерсон. Надо было размозжить ему колени, когда был шанс. Пожалуйста, не напоминай мне, что я этого не сделал, потому что каждый раз меня охватывает ярость. И я даже думать не хочу, что после него был кто-то еще. Просто знать, что хоть один мужчина трогал то, что всегда принадлежало мне, сводит меня с ума.

— Тогда я не была готова к тебе. И ты не был готов ко мне. Нам нужно было прийти друг к другу в свое время. Иначе мы могли бы потерять все это, если бы поспешили.

Его глаза сверкают, наполненные любовью и благоговением, и в них я вижу подтверждение своим словам. Мы все равно оказались бы здесь – в этом моменте – если бы просто дали себе время понять, что это неизбежно.

— Как поживает твоя мама? – спрашиваю я, рисуя пальцем круги на его груди.

— Лучше, теперь, когда рядом Ричард, – он искренне улыбается. — Но ты же знаешь, полностью она уже не оправится.