Чтение онлайн

– Упругая жопа, рабочий рот и крепкая троечка? – предположил я.

– Не-а, – махнул темной густой шевелюрой. – Ну, не только! – мы заржали как кони. – Камилла за цацку, сумочку, платьишко так отработает, что ух! Раскорячится по полной, даже на голове может, пока я вставляю. И она такая восторженная: принимает подарки, мой опыт, мое внимание как манну небесную. Типа джекпот сорвала. А жена… – задумался, видимо, подбирая правильные слова. – Поля офигительная.

Я был с ним полностью согласен.

– Но ее уже хрен удивишь. Она и сама зарабатывает, и многое знает, и ахается прекрасно. Она опытная состоявшаяся женщина. Я ее очень люблю. Моя жена. Мать моих детей. Но если еще год назад не одобрял, когда мужья молодок заводили для отдушины, то сейчас не осуждаю: просто охота открывать мир для юной красотки, чтобы в рот смотрела. Впечатлять кого-то, понимаешь?

– Ты сейчас нас, тридцатишестилетних мужчин в самом расцвете сил, старперами окрестил?! – с усмешкой возмутился.

– Не, я сказал, что не осуждаю папиков, но идти по этому пути не планирую. Мне слишком дорога семья. Еще месяцок покуражусь с Камиллой и в лоно семьи вернусь. Я, может, уже не могу постоянно удивлять жену, но она-то может! Трах на стороне не стоит скандалов дома. Если б Полька не уехала, мне бы и не нужно было разрядку на стороне искать. Не, ну не рукоблудить же три месяца! – возмутился натурально.

Я только покачал головой. Его философия имела место быть. Тем более, кто я такой, чтобы осуждать? Полину я уважал, и знались мы давно, но другом мне был именно Марат. Он когда-то понял меня и не осудил. Я отвечу той же монетой.

– Кстати, что у тебя с Марьяной?

– Да ничего, – скривился, признавая, что ситуация начала тяготить и выходить из-под контроля. Я какой-то должный вышел вокруг. – Славка ко мне тянется. Олег же после развода свинтил в Штаты. Дочку видит редко. И вроде как я стал для нее… – пожал плечами недоуменно. – Отцом, что ли. Сначала крестным звала, потом крестным папой, теперь иногда просто папой.

– Ну ты если не готов, завязывай. Ребенок все-таки.

Млять! И этот туда же! Я не просил Марьяну разводиться и травмировать дочь. Ярослава плохо переносила скандальный процесс, а наши папаши давили, что я помочь должен. Я делал, что мог: Славка – хорошая девочка, но я не готов брать на себя ответственность в качестве ее родителя. Это ведь жениться на ее матери нужно, а я не хочу.

Марьяна аккуратно вела разговоры о нас, ждала меня, хотя я даже не спал с ней ни разу после ночи трехгодичной давности. Бабы, телочки, соски – после развода, в каких только объятиях не пытался забыться, но не в ее. Потому что это надежда. Тогда точно нужно было бы что-то решать. Какое-то общее будущее строить, но я не любил ее. У меня даже конец на нее, красивую и ухоженную, не поднимался. Не, если ублажить, раззадорить, возбудить – все получится, но если я испытывал сексуальное притяжение к женщине, то мне взгляда хватало, чтобы в штанах привстал. Это показатель совместимости, не стопроцентный, но ни разу не подводивший. Это мог быть секс на одну ночь, после которого тошно становилось, но вот это пресловутое «хочу-не могу прямо сейчас» подстегивало. С Марьяной было сплошное «не могу».

Вечером у меня была назначена встреча с отцом в министерстве. До президентских выборов год, потом смена правительства, и у меня были все шансы заменить папу на посту министра промышленности и энергетики. Он собрался на пенсию, но нашей семье нужно сохранить власть в правительстве. Я давно к этому шел и на многое готов. Но на все ли?

– Тимур, тебе нужно жениться, – объявил отец. Мы вышли из здания, решив немного пройтись и подышать. – Через год я уйду, а ты займешь мое место, но тебе нужна семья.

Я молчал. Мне все это давно известно. Вроде даже готов рациональной частью своего я, но…

– Народ больше доверяет семейным.

– Министры не избираются, – напомнил ровно, – а назначаются правительством.

– Он, – поднял палец вверх, указывая на самого главного человека в стране, – за семью и семейные ценности.

Мы с папой переглянулись: он хмыкнул в кулак; мои губы дрогнули в ироничной улыбке – сапожник без сапог.

– У меня нет никого на примете, – развел руками. У меня не было постоянной любовницы или упаси бог «девушки». Второе – это что-то из моей юности. Первое опасно для карьеры: не дай бог забеременеет или просто решит, что хочет замуж. Я не мог позволить себе рисковать должностью. А брать в личные подстилки женщину из своего круга чревато надеждами и мечтами, которые, скорее всего, никогда не сбудутся. Я не кинозвезда и не плейбой-миллионер, чтобы без последствий крутить романы направо и налево со светскими львицами. Они те еще стервы и могли устроить крупный головняк.

– Так женись хотя бы на Марьяне! – воскликнул отец. – Отличная партия, уважаемые родители, ее дочь тебя обожает.

– А это-то тут причем? – не понял я. – Я всегда думал, что нужен свой ребенок.

– Своих успеете нарожать, а то, что к тебе тянется чужой, что ты готов взять ответственность на себя – очень хорошая характеристика. У тебя сразу будет полная семья.

Возможно, отец прав и такой брак – самое лучшее. Буду гулять, а Марьяна любить меня, ждать, прощать. Она и сейчас примерно так и жила, хотя я не просил об этом. Я не любил Марьяну и вряд ли полюблю, но партнерский брак с ней – почему нет? Любовь слишком призрачное чувство. Я вот вроде ЕЕ любил, а словно и не было ничего. Сейчас ничего к НЕЙ не испытывал, прошло да быльем поросло. Только дом напоминал о НЕЙ, но туда не ездил много лет. И не продал отчего-то. Пора, наверное. И Шрек, конечно. Но это лучший друг и боевой товарищ! Марат даже ревновал.

– Я буду работать над этим вопросом, – отделался общими фразами. Отец скривился:

– Думай, но недолго. Свадьба такого масштаба быстро не делается. Нужные люди должны прийти.

В субботу я обещал Славе свозить ее в парк аттракционов. Пришлось распихать все личные дела. Ей десять лет – сложный возраст на подходе, и любой отказ воспринимала в штыки. Она ко мне тянулась, а мне было жалко отталкивать ребенка. Я хорошо относился к Ярославе, но не был привязан как к родной. А может, у мужчин всегда так? У меня нет детей, и я не знал, как оно должно быть со своей плотью и кровью. Нет детей…

Я родила…

Тряхнул головой, отгоняя ненужные мысли. У меня нет детей!

– Крестный папочка, – Славка подбежала и начала канючить, – пойдем со мной на «Молот», ну пожалуйста-препожалуйста! – сложила руки умоляюще. Я не хотел. Меня укачивало на маятникообразных качелях.

– Ярослава, давай сама, – вмешалась Марьяна. – Мы с Тимуром подождем здесь с мороженым, идет?

Она подумала, помялась и побежала в хвост очереди. А она была даже по вип-абонементу.

– Тим, давай поговорим, – Марьяна повернулась ко мне. – Я устала ждать. Я хочу быть твоей. Дочка к тебе привыкла так.

– Я ее крестный, – ответил сухо.

– Ярослава считает тебя отцом.

– Зря ты вбиваешь ей это в голову, – недовольно сузил глаза. – У нее есть отец, и это не я. Марьяна, не нужно мной манипулировать. Со мной это не работает. Так ты сделаешь больно только себе и ребенку.

– Тебе ведь нужно жениться?

Ага, в курсе разговора с отцом. Он и Альберт Ромович буквально грезили нашей свадьбой.

– Я люблю тебя, Тим. Давай поженимся. Я еще смогу родить тебе сына. Я буду лучшей женой будущего министра. Мы оба это знаем. Никто тебя не любил так, как я. Никто и никогда… – прильнула и губами прижалась в подбородку.

– Ты согласна на брак по расчету? – взглянул сверху вниз в преданные глаза.

– Я люблю тебя.

Я не ответил: звонок отвлек. Марат.

– Слушаю, дружище, – отошел в сторону.

– Дружище, – его тон насторожил, – ты мне скажи: когда документы в загсе подписывал, о чем думал?