Не убоюсь зла
Шрифт:
Понимаю. Если кому-то и удается выбраться из этого трейлерного парка Саутсайда, он делает все, чтобы не возвращаться. Но иногда выбора нет. Стоун – умная девушка, ей удалось выбраться из этой дыры, но ее мать все еще живет здесь. Так что даже если бы Стоун хотела забыть, где провела большую часть свое жизни, ей все равно пришлось бы возвращаться. На ее месте я поступила бы так же. Мне не стыдно за то, откуда я, или что живу в трейлере. Если подумать, мне еще повезло. В южной части нашего городка есть еще более жуткие места, где можно было бы жить.
Но я искренне рада, что Стоун выбралась отсюда. Она присматривала за мной, когда родителям нужно было время на себя. Она всегда была добра ко мне, разговаривала на равных, хотя мне тогда было всего восемь. Не то чтобы она делала это намеренно. Все знают – в наших краях дети взрослеют быстро. Иначе не выжить.
Мои мысли прерываются, когда я замечаю шикарную машину, припаркованную прямо перед трейлером ее матери. Я хмурю брови, гадая, откуда у Стоун деньги на такую тачку.
— Новое авто? – спрашиваю я.
— Как будто я могу позволить себе такую роскошь. Не-а. Это машина друга моего парня, – смеется Стоун.
— Его друзья что, при деньгах? Или он сам?
— Скажем так, у всех них больше денег, чем здравого смысла. Но они хорошие ребята. Ну, большую часть времени. Мужчины – сложные существа, – она продолжает хихикать.
— И говори, – бормочу я себе под нос, и мой взгляд непроизвольно скользит к трейлеру Чейза в конце грунтовой дороги.
Мой мучитель снова возится со своим байком. Похоже, за время моей пробежки он остыл после своей вспышки гнева и решил вернуться к любимому мотоциклу.
— А, понимаю. Вы с Чейзом так и не помирились?
— Нет. Он до сих пор винит меня за то, что его отец сел в тюрьму.
Ее черты смягчаются, она сжимает мои плечи, пытаясь утешить.
— Ты же понимаешь, что поступила правильно, верно? Отец мог убить его, а ты предотвратила это. Если Чейз не способен увидеть, что ты хотела его защитить – это его проблема. Некоторые люди ничего не видят за пеленой своего гнева. Не вини себя.
— Наверное, – невнятно бормочу я, лениво пиная ногой воздух.
Она хмурит брови, замечая мое подавленное настроение.
— Знаешь, что тебе нужно? Отвлечься.
— Это то, что мне нужно? – скептически усмехаюсь я.
— Да. Однозначно. И я знаю идеальное место. Какие планы на вечер?
— Заедать стресс и смотреть что-нибудь на Netflix, – честно признаюсь я, пожимая плечами.
— Ну уж нет. Ты, Ава Бейли, идешь на вечеринку.
— Хм. Но… Не уверена, – я нерешительно прикусываю губу.
— Никаких «но»! Сегодня вечером мой друг устраивает грандиозную вечеринку в честь Хэллоуина. Только по приглашениям, и ты придешь. Я внесу тебя в список гостей.
— Список? Должно быть, это очень пафосная тусовка, – бросаю взгляд на ее «Ягуар», понимая, что Стоун теперь вращается в кругах, мне недоступных.
— Поверь, никакого пафоса. Но будет весело. Он превращает свой особняк в тематический дом с привидениями. Тебе понравится. Так ты придешь или нет?
Я снова смотрю на трейлер Чейза и на этот раз задерживаю дыхание – он смотрит прямо на нас. Он достаточно близко, чтобы слышать наш разговор. На его лице появляется фирменная надменная усмешка, от которой у меня сводит живот. Он знает, что я почти никогда не выхожу из дома. Я домоседка – но не по своей воле. Чейз позаботился, чтобы со средней школы меня никто никуда не звал. Ни на свидания, уж тем более – на вечеринки. Благодаря ему я – изгой.
С этой мыслью во мне вспыхивает внезапный бунтарский порыв.
— Да, я приду, – отвечаю я, выпрямляя спину.
Стоун замечает Чейза, и уголок ее губ кривится в многозначительной усмешке.
— Отлично. Начало в девять. Увидимся там, Ава. Ты отлично повеселишься, поверь мне.
Она поворачивается к машине, и я вдруг понимаю, что та не сказала, где будет вечеринка.
— Стоун! – кричу я, подбегая к ней. — Ты забыла сказать, где это будет.
— В поместье Гамильтонов в конце Оукли-роуд. Ты его не пропустишь.
Я сохраняю невозмутимое выражение лица, хотя ее слова леденят мне кровь.
Дом бывшего губернатора – последнее место, которое я сочла бы подходящим для веселой вечеринки. Ходят слухи, что особняк Гамильтонов действительно проклят – каждый, кто остается там надолго, умирает. Сначала несколько лет назад погиб Тедди Гамильтон, а в этом году – сам губернатор с женой. Говорят, некоторые заключают пари на то, когда последний выживший из рода Гамильтонов, Линкольн, покончит с собой или умрет при загадочных обстоятельствах.
Но, учитывая, что сегодня Хэллоуин, это и правда идеальное место для «дома с привидениями».
Я смотрю, как Стоун уезжает на своем шикарном спорткаре, и направляюсь к своему трейлеру. Чейз склонился над мотоциклом, сосредоточенный на работе. Я пытаюсь воспользоваться моментом и проскользнуть мимо незамеченной.
Я уже в двух шагах от двери, когда слышу его голос:
— На твоем месте я бы не ходил на эту вечеринку.
Я медленно выдыхаю и поворачиваюсь к своему безжалостному мучителю.
— Ну, ты – не я, – резко отвечаю я, скрещивая руки на груди.
— Могут случиться плохие вещи, – бросает он, не отрываясь от возни с мотоциклом, даже не удостоив меня взглядом.
«Плохие вещи уже случились»,– хочу сказать я, но лишь сжимаю губы.
— Сиди дома, Ава. Так будет лучше.
— С каких это пор ты заботишься о моей безопасности? – фыркаю я.
Он приподнимает голову, и я успеваю уловить проблеск грусти в его глазах, но его тотчас же сменяет привычное презрение.
— Делай что хочешь. Мне плевать.
Я прикусываю щеку изнутри и разворачиваюсь. Типичный Чейз – выводит меня из себя парой слов.
— Ава, – окликает он, когда моя рука уже тянется к ручке двери. — Еще кое-что.
— Что?! – я резко оборачиваюсь, все тело дрожит от нервного напряжения.
Он встает, бросает гаечный ключ на землю и в три шага сокращает расстояние между нами. Дыхание перехватывает, когда он оказывается в сантиметре от меня. Я стою на ступеньках, на уровне его глаз, и такая близость смущает.