Чтение онлайн

Я отталкиваю его от себя и торопливо бегу в аудиторию, не оглядываясь на ошеломленного, разгоряченного качка, который, должно быть, подбирает свою челюсть с пола.

Профессор Харпер щурится на мое опоздание, но не отчитывает меня за это. Слава Богу. Мои глаза находят несколько свободных мест в дальнем конце аудитории, и хотя я, скорее всего, не услышу ни единого слова из сегодняшней лекции, не сканирую аудиторию в поисках более привлекательных мест. Не хочу злить профессора Харпер, срывая ее урок еще больше.

Как только моя задница оказывается на стуле, я тихонько ахаю от неожиданности, когда рядом со мной с громким стуком садится другой студент. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть, кто это, и мои губы презрительно поджимаются, – ярко-голубые глаза смотрят на меня сверху вниз, давая понять, что они со мной еще не закончили, куда бы я ни сбежала.

Отлично. Просто охренеть, как здорово.

Как будто на сегодня мне мало отвлечений. Клянусь, если Финн Уокер не поймет намека, я, скорее всего, убью его. Или пересплю с ним. Честно говоря, шансы в любом случае пятьдесят на пятьдесят.

Финн

Я дрыгаю ногой, пока нетерпеливо наблюдаю, как Стоун записывает конспект, делая вид, что меня здесь нет. Знаю, это был смелый шаг – преследовать ее так, но, честно говоря, отчаянные времена требуют отчаянных мер.

Слежка за ней в аудитории может привести к двум вариантам: либо она, наконец, признает мое существование и выслушает меня, либо отправится к шерифу и добьется судебного запрета на мое приближение, как только закончится лекция.

Смогу ли я винить ее, если она выберет последнее?

То, как я себя веду, просто ненормально. Если бы был на ее месте, я бы не относился к этому с таким саркастическим юмором, как она. Я думал, что смогу изматывать ее до тех пор, пока она не сдастся, но, к сожалению, сегодня у меня появился еще один стимул для продолжения игры со Стоун.

Очевидно, Общество не в восторге от того, как медленно я завоевываю расположение дерзкой девчонки. Сегодня утром я чуть не подавился протеиновым коктейлем, когда мама вручила мне очередной черный конверт с фирменной красной печатью. К счастью для меня, она не стала задавать лишних вопросов, но я видел, что та была достаточно заинтригована, чтобы задержаться на кухне, ожидая, открою ли я его при ней.

Ни за что на свете.

Вместо этого я просто одарил ее, как я надеюсь, искренне невинной улыбкой и сказал, что опаздываю на утреннюю тренировку. Затем быстро чмокнул ее в щеку и выбежал вон.

Когда оказался в безопасности, в своей машине, я разорвал эту проклятую штуку. Думал, что выблюю свой завтрак себе на колени, и придется возвращаться домой, чтобы переодеться. Я четко уловил послание этих ублюдков, хотя мне потребовалось несколько секунд, чтобы полностью осознать его в своем охваченном паникой мозге. Их угроза, написанная жирным золотым шрифтом, пронзила мое сердце, заставив осознать, что все забавы и игры официально отменяются. Если не изменю свою тактику, все станет по-настоящему. И стремительно.

Эти ублюдки, кем бы они ни были, требуют быстрых результатов, и пока что я не могу им их дать. Для Общества беготня за красивой задницей Стоун по всему кампусу не имеет никакого значения. Они хотят, чтобы я подружился с ней, стал частью ее жизни. Однако то, как я это делаю, их ни чуть не устраивает.

Ублюдки.

Я вздрагиваю на своем месте, когда чья-то нежная рука сжимает мое подпрыгивающее колено, останавливая его. Я поворачиваюсь к девушке, которая выглядит наполовину взбешенной, но, что удивительно, наполовину впечатленной.

Хм…

— Если собираешься остаться на всю лекцию, то хотя бы веди себя тихо. Не отвлекай меня, Финн. Мне нужно сосредоточиться. Понял?

Я коротко киваю и остаюсь неподвижным, время от времени делая несколько вдохов, надеясь, что поступление кислорода в мои легкие не считается отвлекающим маневром.

Стоун никогда не называет меня Финном. Только когда предельно серьезна или на грани срыва.

Если я должен завоевать у нее очки, то молчать и не ерзать – это самое малое, что я могу сделать.

Поскольку мои мысли, без сомнения, вернутся к тому проклятому письму, которое в данный момент прожигает дыру в бардачке моей машины, нужно попытаться занять их чем-нибудь другим.

Я начинаю осматривать небольшую аудиторию и замечаю несколько знакомых лиц, которых не ожидал встретить так рано утром. В третьем ряду сидят Кольт и близнецы Райленд, ведущие в своих ноутбуках подробные записи сегодняшней лекции. Кеннеди и Джефферсон Райленд, склонив свои золотисто-русые головы, увлеченно печатают, естественно синхронизируясь друг с другом. Даже если бы не было известно, что они вылезли из одной утробы, по их манерам можно было бы догадаться об их родственных узах.

Кольт, однако, не кажется таким уж преданным своему предмету. Даже с высоты своего положения я вижу, что его экран заполнен фотографиями едва одетых девушек из студенческого сообщества, которые моют машины на автомойке, устроенной на выходных. Предполагалось, что мероприятие будет направлено на сбор денег для вечеринки в греческом стиле в честь первых игр сезона. Но, будем честны, для этих девушек это был просто никудышный повод успокоить своих чванливых мамаш-дебютанток, которые смотрят свысока на всех, кто носит юбки выше колен. Им не было дела ни до какого спорта, кроме того, который оправдывал ношение откровенных бикини, демонстрирующих их загорелые за лето тела, и, конечно же, пива, которое они собирались купить на вырученные деньги. Предсказываю, в эту субботу у большинства девушек на экране Кольта будет отравление. Эти подтянутые тела не будут выглядеть так сексуально, когда их начнет тошнить.

Что бы не говорили о Стоун, но я сомневаюсь, что когда-нибудь увижу, как она выставляет себя такой дурой. Девушка может носить одежду, от которой твердеет каждый член в радиусе двадцати миль, но она с головой на плечах. И, работая каждый вечер в этом захудалом баре, она, вероятно, повидала достаточно валяющихся пьяниц, чтобы захотеть стать одной из них.

Не желая зацикливаться на провальной пьянке этих выходных, я продолжаю осматривать аудиторию, и тут Истон поворачивается на своем месте и фиксирует внимание на мне, очевидно, почувствовав мой пристальный взгляд в его сторону.

— Какого хрена ты тут делаешь? – Истон окидывает взглядом всю аудиторию, в замешательстве хмуря брови.

— А на что, черт возьми, это похоже? – отвечаю я одними губами, незаметно наклонив голову в сторону Стоун.

Когда его мрачный взгляд останавливается на южанке, сидящей рядом со мной и уткнувшейся носом в свой блокнот, он, наконец, понимает намек. Он достает свой телефон, а я хватаюсь за свой, зная, что этот любопытный засранец захочет обсудить это дерьмо.

Сэр Дымоглот: Чувствуешь себя немного отчаявшимся, да? Ты же знаешь, что девчонки ненавидят такое дерьмо, верно?