Чтение онлайн

— Да, да, — Иладар также делает глоток вина, прежде чем продолжить. — Старый пёс уже не так прыток, но что-то ещё могу.

Арэн улыбается, его взгляд становится чуть мягче.

— Ну-ну, друг мой, ты ещё не так стар, не стоит уничижать себя.

— Не льсти мне, Арэн, — хозяин дома добродушно смеётся. — В любом случае, я стараюсь не подводить корону.

На мгновение я задумываюсь, сколько же господину Розенкранцу лет? Я знаю, что маги живут куда дольше, чем люди, но на сколько? Внешне он выглядит лет эдак на 65–70, но это по человеческим меркам.

— Может, отложим тему работы, дорогой? — воздух разрезает высокий голос Пионии, и я слегка вздрагиваю от неожиданности.

Мужчины сразу же переходят на что-то отвлечённое. Я же стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, медленно ем закуску и молчу. Лепестки цветка оказываются нежными и ароматными, паста, похожая на паштет, оказывается мясной и буквально тает во рту.

Решив, что мне нужно хоть немного участвовать в разговоре, я поворачиваюсь к блондинке.

— Пиония, скажите, пожалуйста, из чего это приготовлено? Такой… необычный вкус.

Она кидает на меня пренебрежительный взгляд, её голос звучит с едва заметным сарказмом.

— О, это довольно простое блюдо. Лепестки лунного цветка собраны на закате в лесах Лонгэйра. Мясо дикого алозавра — редкий деликатес, его добывают на западных островах. А светящийся соус из кристальных ягод — это, конечно, особенность наших земель, — женщина по мере своего объяснения аккуратно показывает вилкой на отдельные кусочки.

Я киваю, стараясь не показать смущения. Для меня все эти названия звучат как вымышленные, придуманные на ходу. Дикий алозавр, как он выглядит? Что-то вроде медведя?

— Очень интересно, — отвечаю сдержанно, — спасибо за объяснение.

— Рада помочь. Я понимаю, что в человеческом мире вы вряд ли ели что-то изысканное.

Пиония улыбается, а со рта как будто капает яд, пока она явно наслаждается моим незнанием и делает всё, чтобы подчеркнуть своё превосходство. Арэн кидает на меня успокаивающий взгляд, словно говоря: «Ты справляешься».

Мы продолжаем ужинать, и я стараюсь не обращать внимания на язвительные замечания. Хотя внутри начинает подниматься раздражение, но я запрещаю себе поддаться желанию кинуть тарелку в лицо этой ведьме.

— Я тут припас бутылочку драконьего коньяка… — я резко оборачиваюсь, обращая внимание на разговор мужчин. — Шестидесятилетней выдержки, между прочим.

— О, не стоит, — отвечает Арэн, но, судя по лицу Иладара, это не было предложением.

— Теряешь хватку, Деван, — маг небрежно махнул руке слуге, и тот уже через минуту приносит бутылку спиртного.

При виде драконьего коньяка в животе что-то сжалось, и рот наполнился слюной. Надеюсь, он по вкусу не так же противен, как гномий самогон. Не успеваю я даже запротестовать, как Иладар добавляет:

— Не будем травить этим горючим прекрасных дам, для них — эльфийское красное.

С губ срывается облегчённый вздох, но это замечает только Арэн. Он кидает на меня многозначительный взгляд, и я вижу искры веселья в уголках его глаз. Мне становится как-то неудобно, понимая, что он тоже вспомнил все предыдущие моменты, когда я выпивала.

Слуги разливают тёмный коньяк по бокалам, передавая их в руки мужчинам. Ректор подносит бокал к лицу, вначале вдыхая аромат, явно оценивая напиток.

— За приятный вечер и интересные беседы, — поднимает тост Иладар, и все чокаются, в то время как мы довольствуемся вином.

Первое блюдо. Суп приносят в изящных фарфоровых чашах, каждая из которых украшена золотым ободком. Его аромат тонкий и аппетитный, хотя блюдо незнакомо. На вкус это что-то вроде обычного мясного бульона с овощами, но с добавлением каких-то специй, придающих ему необычный оттенок. Я чувствую себя всё ещё неуверенно, как и с закуской, но стараюсь держать лицо и спокойно есть.

Мужчины продолжают беседу, обсуждая интересы и политическую обстановку. Я ловлю каждое слово, пытаясь унять нервозность, но Пиония, видимо, заметив моё состояние, решает задать вопрос, от которого я напрягаюсь ещё сильнее.

— Аэмора, расскажите, как вы познакомились? — её голос звучит любопытно, но в нём явно слышна скрытая насмешка.

Этого мы с Арэном не обсуждали. Пробел в нашей легенде фальшивых отношений застает меня врасплох. Кажется, на том светском вечере я триста раз переврала нашу "историю любви", что теперь не знаю, какую выбрать. Уже хочу что-то сказать, но Арэн накрывает мою руку своей, останавливая.

— Мы познакомились, когда я прибыл в человеческий мир по делам, связанным с некоторыми моими студентами. В тот же день мы встретились, совершенно глупо: на улице. И… — он поворачивается ко мне и смотрит мне в глаза, произнося следующую фразу: — Я влюбился с первого взгляда.

Чувствую, как моё сердце бьётся сильнее, и это кажется таким странным и тёплым, даже если очередная порция лжи. Я тяжело сглатываю, всё ещё не прерывая зрительного контакта, и мои пальцы под его рукой слегка подрагивают. Мужской взгляд скользит по моему лицу, от глаз ниже, к губам.

Пиония, видимо, не удовлетворённая ответом, продолжает допытываться.

— А как состоялась ваша помолвка?

Помолвка… Мысли возвращают меня в тот день, когда Арэн появился на пороге моего дома впервые. Солнечный летний день, каникулы в университете, я как раз собиралась идти на встречу с друзьями, когда в дверь постучали. Я уже спускалась по лестнице, когда услышала голоса: мамы и ещё чей-то, низкий, незнакомый. Прошмыгнув вниз и остановившись за стеной, я прислушалась. Они обсуждали условия моего замужества, и Арэн предлагал щедрое вознаграждение, обещая, что я ни в чём не буду нуждаться. Голос матери был тихим, но я всё равно слышала, как она уточняла: «Сколько вы предлагаете?». Так цинично и холодно, как будто бы я просто игрушка на витрине магазина. Внутри всё рухнуло… Я поднялась в свою комнату, закрыла дверь и отменила все встречи. В тот день мы не поговорили, она сделала вид, что всё нормально, и тот, кто стучал, просто ошибся домом.

Арэн пришёл через пару дней снова, уже с цветами и подарками. Такой вежливый, но холодный и страшный. Одного взгляда хватило, чтобы понять, что он опасен. Смотрел на меня свысока, и по его тону было ясно: он, как и все маги, считает людей глупыми и беспомощными. Хотелось плюнуть ему в лицо, накричать, но я держалась. Правда, ровно до момента, пока он не сказал: «Послезавтра мы сыграем свадьбу». Я не стала терпеть: из уст вылетали оскорбления, такие, что мне даже стыдно было бы повторить. Мать списала всё на волнение перед заключением брака, а я решила бежать. В этот же вечер, с одной лишь сумкой, небольшими накоплениями, и было плевать куда.