Чтение онлайн

Конечно, я понимал, что работа предстоит очень трудная. Историк все-таки, а руководить придется людьми, которые профессионально, то есть в консульском плане, подготовлены лучше. Подчиненные порой знали больше чисто рабочих нюансов, чем их начальник, но, на мой взгляд, польский МИД тогда был прав.

В тот момент и в том месте важен был, прежде всего, политический подход к решению многих вопросов. Смысл в том, чтобы во Львов поехал человек, который знает особенности региона, его историю. И сможет способствовать развитию диалога.

Можно сказать, что в начале девяностых Львов являлся основным политическим центром Украины. Потом центр переместился в Киев, и произошло это еще во время моей работы. Но изначально Львов был очень значим. Там существовала так называемая Галицкая Ассамблея, в которую входили областные советы трех западных областей – Тернопольской, Ивано-Франковской и Львовской. Можно сказать, что возник своеобразный мини-парламент свободной Украины. Происходило много интересного. И для историка, и для консула, и для дипломата, ибо моя работа в большей степени там была именно дипломатической.

Через несколько лет еще раз попытался вернуться к профессии историка. Принял предложение поработать в Польском историческом институте в Риме. Это был институт фонда Ланцкоронских. Фонд создавали за счет семейных денег. Он учредил Польский исторический институт, который занимался изучением исторических польских источников, что находились за рубежом. И не только в Италии — во всех странах Западной Европы. Институт занимался этим делом долгие годы и исходил из того, что историки в Польше не имеют достаточно возможности выезжать для исследований на Запад. Что так и было. Потому они просто издавали соответствующую литературу.

Это чисто иммиграционный польский фонд, центр был в Риме и за свой счет много-много лет издавал суперинтересные книги об истории Польши. Особенно это касалось 16-го и 17-го веков. Продолжили они активность и после 1989-го года (время падения в Польше коммунистического режима), начали издание переписки папских нунциев.

Для истории нашей страны это очень важный источник ценнейшей информации. Благо, что ее в архивах Ватикана было очень много. Присоединился к подготовке этой серии и я.

Через год фонд свою активность решил перевести в Польшу, что было закономерным, потому что Польша уже стала совсем другой страной. Воздвигнутые коммунистами барьеры рухнули.

Естественно, пришлось в Варшаву вернуться и мне. В польском МИД работал заместителем директора департамента, который тогда назывался «Европа-2». Не вторая Европа, а второй европейский департамент, который занимался странами СНГ. Потом на четыре года еще раз поехал работать в Рим. Но уже дипломатом, работал там в нашем посольстве.

Непосредственно из Рима переехал в Москву, где еще на четыре года стал заместителем посла Стефана Меллера, ставшего потом министром иностранных дел. Затем вновь на два года вернулся в Варшаву в уже знакомый департамент, который стал называться Департаментом Восточной политики.

А 2-го сентября 2006-го года назначен Чрезвычайным и Полномочным Послом в Беларуси.

— Брат и сестра не дипломаты?

— Нет. Образование у них политехническое. У Кшиштофа свой бизнес. А Анна в какой-то фирме работает по специальности.

— Наверное, как и все люди, Вы живете не только дипломатией?

— Естественно. Но работа занимает почти всё. Стараюсь свободное время проводить с семьей – жена, сыновья.

Младший, Роберт, родился в Риме.

Старший, Михал, провел с нами весь львовский, римский и московский периоды. Сейчас он тоже здесь.

Знаю точно — проще быть самому дипломатом, чем членом семьи дипломата.

Немного увлекаюсь и историей. Сейчас, можно сказать, это стало лишь своеобразным хобби. Иногда пишу научные работы но, конечно, уже не так активно, как мои коллеги, которые занимаются в первую очередь историей.

Старюсь быть в курсе всех событий.

— Насколько мне известно, знаменитую «беларускую дыктоўку» вначале написала пресс-атташе Вашего посольства Моника Садковска, а потом и Вы лично. Почему?

— Во-первых, из уважения к белорусскому языку. Во-вторых, потому что в момент написания «дыктоўкі» всеми послами меня просто не было в Беларуси.

— Наверное, самый распространенный вопрос. Ваши впечатления от Беларуси?

— Трудно давать какие-либо оценки. У дипломата все-таки не такие контакты, как, скажем, у человека, который просто живет за рубежом. Это относится ко всем странам, не только к Беларуси. Знаю это по себе. В той же Италии я вначале работал как историк, а потом, и как дипломат. Существенная разница. Прежде всего, в знании страны.

Потому о некоторых вещах, которые происходят сейчас, могу судить только как работающий в Беларуси иностранный дипломат. Конечно, определенные контакты у меня есть – хожу в магазины, гуляю по улицам, но больше общения происходит по дипломатической линии. Могу лишь сказать о своих впечатлениях, сравая с теми местами, где я жил.

С этой точки зрения фоном для Минска служит Москва. И Минск, как ни странно, является более привлекательным городом.

— Почему «как ни странно?»

— В том смысле, что Москва является большим мегаполисом, одним из мировых центров. Однако для обыденной жизни там есть определенные сложности. Трудно выехать, непросто перемещаться по городу. Человек всю свою жизнь живет в бетонной среде. Очень быстрый ритм жизни. Люди куда-то вечно спешат, везде очереди, толпы. У вас такого нет. Минск очень хорошее и дружелюбное место для жизни. Здесь спокойно, зелено, чисто. Я бы даже сказал, необыкновенно чисто.

Красивые люди. Приятно ходить по улицам. Контактные, спокойные люди.

Да и безопасно здесь.

19.09.08

Хорошо известно, что причуды Судьбы детские мечты иногда делают реальностью. Но дело здесь не только в везении. Чрезвычайный и Полномочный Посол Латвии в РБ Майра Мора стала дипломатом не только благодаря случайному стечению обстоятельств, а сделала для этого довольно много. Да и называть Латвию «скучной страной» можно только в очень переносном смысле.