Чтение онлайн

Круто повернувшись, виконт стремительно вышел из каюты и с такой силой хлопнул дверью, что серебряная кружка, стоявшая на самом краю комода, с шумом скатилась на пол.

На другое утро поднялся еще более сильный ветер, и Джулиане пришлось облачиться в теплый красно-коричневый замшевый жакет, серую шерстяную юбку и непродуваемый капор. За ночь «Красавица Востока» миновала Ла-Манш и теперь плыла вдоль пустынных Нормандских островов. Тусклое солнце робко пробивалось сквозь плотную завесу облаков, и пасмурный день навевал грустно-романтические мысли. Джулиане вдруг захотелось сейчас оказаться дома, у теплого родного очага, рядом с близкими людьми, которые понимают тебя с полуслова и всегда разделяют твои мысли и чувства. Девушка несколько раз печально вздохнула. Если бы ей кто-нибудь мог сказать, как скоро она теперь увидит маму и любимого брата…

Но вот на другом конце палубы показалась стройная фигура Эшли Баррета, и настроение девушки сразу начало стремительно улучшаться. Обаятельный красавец офицер сегодня не надел привычной формы. На нем был щегольский великолепно сшитый утренний костюм светло-серого цвета, и Джулиана должна была признать, что так он выглядит еще привлекательнее. Вчера, за обедом, а потом за ужином, где они только и могли увидеться, она успела переброситься с ним лишь парой ничего не значащих фраз. Эшли почти все время молчал, а сама Джулиана побаивалась проявлять к нему заметный интерес, помня об угрозе Стивена Девери. Конечно, рассуждая здраво, предупреждение Стивена не могло пойти дальше слов, но все-таки… Все-таки, выражение лица виконта, когда он произносил свои грозные слова, было настолько пугающе чужим, что Джулиане, привыкшей к его учтивому, доброжелательному тону, волей-неволей пришлось призадуматься.

– Доброе утро, мистер Баррет, – Джулиана с улыбкой пошла навстречу молодому человеку и протянула руку для поцелуя. – Надеюсь, вчерашнее недоразумение с Девери не помешало вам хорошенько выспаться и отдохнуть после утомительной дороги к побережью?

– Отнюдь не помешало, и это целиком и полностью ваша заслуга, моя добрая волшебница, – весело отвечал Баррет, посылая девушке многообещающий пламенный взгляд. – Я просто не знаю, как мне благодарить вас, мисс Джулиана, – взволнованно продолжал он, и его рука крепко сжала ее тонкие пальцы. – Вчера вы, по сути, спасли мне жизнь. Да, ни больше ни меньше, чем жизнь!

– Ну что вы, сэр, не стоит преувеличивать. Я всего лишь помогла вам в нужный момент покинуть Англию. Если бы этого не сделала я, то сделал бы кто-нибудь другой.

Джулиана почувствовала, что ее голос начинает заметно дрожать, выдавая нараставшее волнение. «Ну и пусть, – отчаянно подумала она. – Эшли не тот человек, кто способен воспользоваться слабостью женщины. А мне он и подавно не причинит зла, ведь вчера я так выручила его».

– Не считайте себя слишком обязанным мне, сэр, – ласково сказала она. – Расценивайте вчерашнее как обычную дружескую услугу. Мы ведь с вами друзья, не так ли?

– Боюсь, что нет, – хрипло ответил он, и Джулиана сначала испугалась, а потом ее сердце часто-часто застучало от предчувствия чего-то радостного и волнующего.

– Объясните ваши слова, мистер Баррет, – вымолвила она, отворачиваясь от собеседника, чтобы тот не заметил ее волнения. И тут же почувствовала, как его нежные руки крепко обхватили ее чуть повыше талии, а горячие, сухие губы прикоснулись к ее шее.

– Вот вам объяснение, моя прекрасная сирена, – страстно прошептал Баррет ей в самое ухо, а тело ее тут же отозвалось на этот возмутительный поступок незнакомым, пугающим и одновременно завораживающим томлением.

Джулиана сделала робкую попытку высвободиться из объятий Баррета, и он тотчас отпустил ее. С минуту она слышала только стук своего сердца и тревожный шум морских волн.

– Осторожней, дорогая моя, к нам приближается ваш неумолимый страж, – предупредил Баррет. Джулиана поспешно встряхнула головой, чтобы прогнать наваждение, и постаралась придать лицу усталое, скучающее выражение. Однако Стивен, вопреки ее опасениям, сегодня был настроен к своему непрошенному пассажиру гораздо дружелюбнее, чем вчера. С заботливостью хозяина он поинтересовался, как тот провел ночь, хорошо ли устроился на новом месте. Потом повернулся к Джулиане, и в его взгляде появилось беспокойство.

– Вы не заболели, мисс Джулиана? – с тревогой спросил он. – У вас такой усталый вид, что в голову приходят неутешительные мысли. Боюсь, ночное происшествие на Кентской дороге не прошло бесследно. Еще бы, несколько часов под проливным дождем!

– Уверяю вас, виконт, я чувствую себя великолепно. Впрочем, я действительно несколько устала. Сегодня я не буду надолго покидать каюту и уже завтра утром буду в полном порядке.

Джулиана выдавила из себя улыбку и опустила глаза, чувствуя, как в ее душе растет раскаяние. Она предала своего верного друга! Баррет неуважительно отозвался о Стивене, а она не одернула его, промолчала, будто согласна с ним, и, кажется, даже усмехнулась в ответ. Господи, как это непорядочно с ее стороны! Но что же ей делать, если этот невыносимо обаятельный мужчина, Эшли Баррет, оказывает на нее столь сильное влияние? И хуже всего то, что у нее нет ни малейшего желания сопротивляться этому.

Следующие три дня Джулиане и впрямь пришлось провести в тишине своей каюты. У нее началось легкое недомогание, и она чувствовала себя несколько хуже, чем обычно. Если она не лежала в постели, то коротала время с книжкой в руках или расхаживала из угла в угол, предаваясь раздумьям. Но в офицерской кают-компании Джулиана избегала появляться; и не потому, что немного разболелась, а потому, что не хотела, чтобы Эшли Баррет видел ее с темными кругами под глазами. А сам он тоже не отваживался навещать ее, опасаясь недовольства виконта.

Впрочем, Стивен тоже был нечастым гостем Джулианы. Он угадывал настроение девушки и причину ее недомогания и стремился не докучать ей своим вниманием, зная, что, если понадобится его помощь, она сама позовет его. Только один преданный Симпсон продолжал настойчиво ухаживать за своей любимицей, искренне уверенный, что без его помощи она решительно не в состоянии обойтись.

Почти все время, свободное от вахты, он рассказывал ей занимательные истории о своих путешествиях, убирал каюту, каждый день таскал и грел воду для ванны, не допуская, чтобы это делал кто-нибудь другой. Эта забота сильно облегчала жизнь Джулианы и согревала ей душу, но, несмотря на все это, сердце девушки не отпускала острая тоска.

Эшли Баррет. Чем бы она ни пыталась занять себя, ее мысли непременно возвращались к нему. Даже не встречаясь с ним, она ощущала его присутствие, вспоминала его лицо, слова, малейшие перемены во взгляде, постоянно пыталась угадать, чем он занимается в тот или иной момент. А когда за дверью каюты раздавались чьи-то шаги, сразу настораживалась и прислушивалась, потому что ей казалось, что это его шаги.

Ей мучительно хотелось отбросить прочь все условности и самой прийти в его каюту, чтобы хоть несколько минут побыть с ним наедине, не опасаясь, что им кто-то помешает. Но Джулиана не решалась этого сделать, ее охватывал настоящий панический страх при мысли, что она может обмануться в своих ожиданиях. Так уже случилось однажды, два года назад, вскоре после смерти отца. Она по уши влюбилась в наследника соседнего небольшого поместья, веселого двадцатилетнего офицера, и, казалось, не было сомнений в том, что и он отвечает ей взаимностью. Но когда она решилась ускорить ход событий и открылась ему в своих чувствах, выяснилось, что все обстоит совсем иначе. Это была самая горькая минута в ее жизни, и она никому не рассказывала о своем унижении.

И все же Джулиана была уверена, что объясниться с Эшли просто необходимо, иначе через несколько дней он исчезнет из ее жизни и, может статься, навсегда. Но с мучительной тоской она также сознавала и то, что, даже если он и разделяет ее чувства, им все равно придется расстаться, ведь его путь лежит в Северную Испанию, а ей предстоит отправиться навстречу пугающей неизвестности. И оттого, что она очень хорошо это сознавала, ее желание быть вместе с Эшли Барретом становилось в десять раз нестерпимее.