Небесные драконы
Шрифт:
– Итак, я Командир Крыла и моё Крыло...- спросила Ксинна, в надежде, что обнаружила явный прокол в их - было ясно, что К’дан несёт такую же ответственность за это, как и К’слерин - отвлекающем плане.
– Ну, в основном, ты, Тария, и молодые королевы, - извиняющимся тоном сказал К’слерин.
– Я буду привлекать и других время от времени.
– И какие у меня обязанности?
– Те же самые, что ты уже выполняешь, - сказал К’слерин и посмотрел на её плечо.
– Но я хочу, чтобы ты надела свой узел Командира Крыла еще до вечера, - и уже тише добавил, - И мы хотим, чтобы ты вела королев.
– Вы серьезно?
– сказала Ксинна.
– Вы хотите, чтобы я вела королев?
– Ужасно, - ответил ей К’слерин.
– А как насчет К’дана? Ведь он Наставник!
– У меня полно других обязанностей, - сказал К’дан.
– Не то, чтобы я отказываюсь тренировать королев, когда придёт время, но мы подумали...
– Мы решили, что им нужен кто-то вроде тебя, - вставил К’слерин.
– Что?
– спросила Ксинна, недоумённо подняв брови.
– В смысле, девушка?
– Нет, в смысле, лидер, - ответил К’слерин.
– Я занят по горло со своим Крылом, а золотых слишком много для любого бронзового всадника, - он хитро скосил глаза на К’дана и добавил, - Даже для арфиста.
– Мы просто удостоверяем твою власть, чтобы никто не мог её оспорить, - добавил К’дан. Ксинна повернулась и посмотрела на него, похоже, они ожидали, что она будет возражать. Её мысли сразу вернулись к Джепаре. К’слерин явно пытался решить проблему её руками. Она понимала, что это не такое уж плохое решение, тем более, дракон К’слерина был единственным взрослым бронзовым в их крошечном Вейре, и ему, как последней инстанции, иногда приходилось передавать кому-то решение острых проблем и устраняться от принятия болезненных решений.
– Командир Крыла?
– повторила Ксинна. – Итак, я поведу золотых, и что из этого?
– Тебе придётся много заниматься с ними, и ты будешь нуждаться в помощи. С ней всё будет намного проще.
– Некоторым это не понравится, - заметила Ксинна.
– Ты имеешь в виду Ж’керана?
– спросил К’слерин, иронично подняв бровь. – С ним я справлюсь.
Вообще-то, она думала о Джепаре и других золотых всадницах, но Ксинна не могла придумать, что бы ей сказать, и лишь переводила взгляд с юного бронзового всадника на более взрослого арфиста, пока К’дан не разразился смехом.
– Ты бы видела своё лицо!
Ксинна посмотрел на него.
– Спроси у Джависсы, я уверен, что она сможет подобрать что-нибудь из наших запасов, чтобы сделать подходящий твоему рангу узел, - сказал ей К’слерин, его глаза светились от восторга.
Она уже пошла, но остановилась, обернувшись назад, - Раз уж я буду Командиром Крыла, мне положен заместитель.
– Конечно, - ответил К’дан, не раздумывая.
– Кого ты имеешь в виду?
– спросил К’слерин.
– Боюсь, что мне понадобятся все взрослые драконы…
– А Корант’а охраняет свои яйца, - заметил К’дан.
– Думаю, есть еще кое-кто, - сказала Ксинна. – и достаточно авторитетный.
– О!
– сказал К’слерин, внезапно поняв всё.
– Отлично, чудесный выбор, - он уверенно кивнул, - Иди за ним.
Ксинна была уже сильно накалена, когда, спустя семидневку, она наконец-то поймала Р’нея. Большую часть всей прошлой недели ей пришлось выслушивать различные варианты стонов, жалоб и хныканья от молодых золотых всадниц - не говоря уже о немалом количестве времени, затраченном на общение с неуёмной Джепарой. И, когда его коричневый дракончик забросал комьями грязи ей всю чистую одежду, её гнев вырвался наружу.
– Стоп, стоп! – закричала она.
– Во имя Первого яйца, Р’ней, чем ты тут занимаешься?
– Ксинна!
– закричал Р’ней, вывернувшись из-под задних лап Роверт’а, и живо смахнул щеткой влажную землю с неё. Торопясь, он только еще больше её размазал.
– Прошу прощения, я не слышал, как ты подошла.
Ксинна глубоко вдохнула, повторяя про себя, что, как К’дан недавно напомнил ей, первая обязанность командира - контролировать себя, особенно, свой характер. Протесты Ксинны, что она не командир, а просто синий всадник, были встречены презрительным фырканьем, как К’слерина, так и К’дана.
– Главное - не цвет дракона, а сила личности, - сказал К’дан, а К’слерин согласно кивнул. Они продолжили рассуждения о том, что значит быть лидером и как некоторые, несмотря на цвет их драконов, намного лучше справляются, чем другие – и Ж’керан был примером обратного.
И теперь Ксинна заставила себя спросить более разумно, - Что ты делаешь?
– Копаю.
– Копаешь… зачем?
– спросила Ксинна, усмиряя еще более твердо свой нрав.
– Для того, чтобы увидеть, как глубоко мы должны копать, - ответил он тоном, подразумевающим, что его ответ вполне очевиден.
– И как глубоко?
– повторила Ксинна, размышляя, не завладела ли кузнецом некая дикая идея строительства туннелей. Если да, то она быстро напомнит ему о туннельных змеях.
– До скалы, конечно, - ответил Р’ней. Его энтузиазм исчез, как только он оценил уровень ее смятения, и он покраснел.
– Извини, я подумал, может, мы попробуем убрать землю с верхней площадки плато и устроим наш Вейр здесь.
– Убрать всю землю с плато? – удивлённо спросила Ксинна и задумалась на мгновение. – И сколько времени понадобится на это?
– Именно это я и пытаюсь выяснить, - сказал Р’ней. – Нужно знать глубину слоя и как быстро дракон может копать, и тогда я смогу сделать расчеты, - он улыбнулся, словно ожидая похвалы за его решение сразу двух проблем одним действием.
– А где ты должен быть сейчас?
– спросила Ксинна.
Лицо Р’нея вытянулось, - Тария сейчас с Разз и Джираной.
– Ты оставил беременную и ребенка вместе с Мяучелом?
– взревела Ксинна, не в силах сдержать себя. Бекке потребовался лишь один беглый взгляд на Тарию, чтобы официально объявить её беременной.
Р’ней сник на мгновение, но потом сказал упрямо, - Но Мяус спит, а они находятся снаружи клетки.
– О, - сказал Ксинна извиняющимся тоном, - Извини, - пытаясь как-то исправить ситуацию, она махнула рукой в сторону ямы, служившей источником грязи, всё еще свисавшей сосульками с её лучшего костюма для верховой езды, и спросила, - Так что же ты нашёл?
– Я только начал, синяя всадница, - ответил Р’ней. Он был слишком вежлив -чаще всего - чтобы кричать на неё. Кстати, в тe несколько раз, когда это случалось, она действительно заслуживала этого и, остыв, была благодарна ему за критику.