Чтение онлайн

– Одна из обязанностей заместителя, - сказал ей Р’ней тогда, отклонив её извинения, - иметь смелость сказать своему командиру, когда она ошибается.

– Продолжай делать это, пожалуйста, - попросила его Ксинна.

– Я опять неправа, и должна извиниться?
– покорно спросила она в этот раз.

Р’ней подумал мгновение, затем покачал головой, - Нет, - сказал он, - на этот раз ты должна оторвать мне голову и скормить её Мяучелам за то, что я создал угрозу нашей малышке.

– Хорошо, - сказал Ксинна.
– По моим подсчетам, мы сравнялись.

– Я не считаю, - ответил Р’ней, - но, если бы и считал, я бы сказал, что должен тебе еще за тот, первый раз.

– Ну, а я бы сказала, что теперь у нас поровну, именно потому, что посчитала его, - сказала ему Ксинна, смеясь.

Коричневый всадник наградил её долгим взглядом, затем фыркнул и пожал плечами, качая головой.

– И ты думаешь, это действительно возможно - убрать отсюда всю землю?
– спросила она.

– Конечно, возможно. Нужно только копать.

– Но сколько и как долго?

– Это я и пытался выяснить, - напомнил ей Р’ней. Ксинна, извиняясь, пожала плечами и жестом пригласила его встать спереди от маленького коричневого дракона.

– Как ты доставил Роверт’а сюда, кстати?
– спросила Ксинна.
– Корант’а помогла?

– Тария предложила переправить его в обмен на мой присмотр за ней и Джираной, пока они побудут с Мяусами, - сказал Р’ней.
– Роверт’у требуются некоторые упражнения, а К’дан упомянул, что драконы используют свои задние ноги, чтобы отталкиваться для облегчения взлета, вот я и подумал, что копать...

– Неплохая идея - использовать птенцов, так можно сделать больше, - сказала Ксинна.
– У нас теперь достаточно драконов, и мы могли бы перенести их на берег. Они любят играть в воде.

– Я не думал об этом, - признался Р’ней.
– Я хотел попросить Тарию, чтобы Корант’а отнесла Роверт’ купаться, когда мы закончим. Я предполагал, что мы испачкаемся, - он посмотрел на свою тунику и щелчком сбил комок грязи с себя.

– А, может, Тазит’ поможет копать? С ним будет быстрее, - спросила Ксинна.

Р’ней покачал головой, - Не думай, что я не ценю твоё предложение, но...- он сделал паузу, так как Роверт’ начал яростно выбрасывать наружу грязь своими задними лапами. Маленький коричневый - уже не такой маленький, как прежде - был явно в восторге от игры, которой его попросили заняться.

– Я уже рассчитал производительность Роверт’а, а теперь придётся всё пересчитывать для Тазит’а, - сказал Р’ней. Ксинна подняла бровь и медленно покачала головой, словно пытаясь понять, помнит ли он, что она не обучалась кузнечному делу. Р’ней вздохнул.

– Так будет проще, - сказал он коротко. Ксинна отошла, пожав плечами, и стала наблюдать, пока ей не надоело.

– Пойду, проведаю остальных, - сказала она, направляясь к клетке Мяучел. Тазит’ уговорил её разрешить ему остаться, увлечённый игрой маленького коричневого.

– Попроси хорошенько Р’нея, может, он позволит тебе присоединиться к нему позже, - крикнула Ксинна, помахав рукой своему синему. Тазит’ тоскливо урчал, вытянув шею вниз к коричневому наезднику и вращая горевшими зелёным огнём фасеточными глазами, в надежде очаровать кузнеца.

– Подождём, Тазит’, - сказал Р’ней, лениво почёсывая глазные дуги синему.
– Сначал посмотрим, что получится у Роверт’а.

Джирана уже не спала, когда Ксинна подошла к клетке. Она стояла у решётки, вытянув руку, чтобы погладить ближнего Мяуса. Ксинна бросилась к ней, увидев это, подхватила ребёнка на руки и откатилась с ней на руках.

– Никогда не делай так!
– кричала Ксинна, а напуганная Джирана залилась слезами.
– Нельзя доверять Мяусам!

– Я только гладила его, - кричала в ответ Джирана. Тария проснулась от шума и испуганно смотрела на них.

– Кажется, я задремала, - сказала она виновато. Ее глаза сузились, когда она увидела такую живописную картину.
– Что ты делаешь с Джираной?

Ксинна быстро объяснила, и Тария покачала головой, - Они бы не причинили ей вреда.

– Как и Корант’е, - возразила горячо Ксинна.
– Они терзали бы её сначала, вероятно, искалечили, а потом...- она замолчала, видя растущий страх в глазах Джираны, и глубоко вдохнула, чтобы справиться со своей тревогой, - Любовь моя, - сказала она малышке, - не нужно считать, что любое мягкое пушистое существо всегда будет добрым.

– Она права, - сказала Тария, бросив на Ксинну резкий взгляд.
– Иногда не стоит слишком осторожничать.

– Нет, - поправила её Ксинна, - осторожность никогда не бывает излишней, - Тария всё чаще стала поддаваться сменам настроения и беспокоиться, когда её беременность подтвердилась, а Рождение становилось всё ближе.

– Вам не пора уже искать Кандидатов?
– спросила Тария. Яйца должны были проклюнуться самое большее через три недели, так говорилось в старых обучающих балладах:

Три месяца, иль больше отсчитай,

Горячих пять недель летят, как птица.

Лишь месяц со дня славы пролетит,

И кто-то к неизвестности помчится.

Три месяца - это время от брачного полёта до кладки, "пять горячих недель" обычно яйца находятся на теплых песках Площадок Рождений в крупных Вейрах. "День славы" - это Рождение и, собственно, Запечатление, а потом, как они недавно выяснили, месяц, когда "кто-то к неизвестности помчится" означает, что дракончик всего лишь месяц-от-роду фактически уже мог идти через Промежуток из одного места к другому, несмотря на то, что, как правило, требуется от двух до трех Оборотов, чтобы он достиг своей полной зрелости.

– Вы опять ругаетесь?
– спросила Джирана, оправившись от испуга. Она взглянула на Ксинну, затем на Тарию, - Я думала, что вы любите друг друга.

– Любим, - ответила Ксинна, - но можно любить друг друга и всё-таки спорить.

Тария фыркнула, - Все люди, даже всадники могут быть неправы, - сказала она, - Умный тот, кто признаёт это.

– Я собиралась сказать вам, что объявила Поиск, - сказала Ксинна, отпустив Джирану, и удивилась, когда девочка схватила ее за руки и стала их гладить.