Небесные тела
Шрифт:
Она улыбнулась и потрепала его по волосам. А затем, не глядя на Энцо, вскочила на лошадь и поехала прочь из города.
Они ехали в тишине, не считая раздражённых вздохов Энцо, когда Элара сворачивала не в ту сторону.
— Ты даже не знаешь, куда мы едем.
— Я возвращаюсь во дворец. Ты можешь ехать, куда пожелаешь. Может быть, в один из тех публичных домов, которые мы только что проезжали. А, может быть, на тот мост впереди, с которого ты можешь даже сброситься.
Она повернула голову, мило ему улыбнувшись, после чего пришпорила лошадь и поскакала галопом.
Испустив нетерпеливый вздох, Энцо догнал её.
— Послушай, то, что ты там сказала…
— Это правда, — прервала его Элара. — Я слышала, как ты говоришь о тех, кого любишь. Видела, как непринуждённо ты с ними общаешься. Я даже подумала, что за теми слухами о тебе, что ходят в моём королевстве, скрывается что-то ещё. Но знаешь что? Я пыталась найти в тебе это и не смогла. С астерийцами, со мной, ты именно такой.
Энцо остановился.
— Ты знакома со мной всего несколько недель, Элара, поэтому я не собираюсь вести с тобой этот разговор.
Элара замедлила свою лошадь.
— Можешь протестовать сколько хочешь, но ты не поедешь во дворец. Мы наконец-то узнали, как разблокировать твою магию. Разве ты не слышала, что сказала Изра?
— Мне было сложно услышать что-то ещё помимо её рассказов о смерти, ревущей магии и звука разбивающегося стекла. Кстати, чем это для тебя обернулось? Я бы назвала это кармой.
— Что такое карма? — спросил он, пытаясь отвлечь её от гневных мыслей.
— О, это очень серьёзная вещь для астерийцев. Ты пожинаешь то, что сеешь. Ты утащил меня туда, куда я не хотела идти. Твоё лицо порезало осколком. Как по мне… это и есть справедливость.
Он разразился смехом, и она немного подпрыгнула, не ожидая такой реакции.
— Я получил этот порез, спасая твою задницу.
Она развернулась в седле.
— Меня не надо было спасать, — прошипела она.
Его лошадь резко остановилась. Энцо спешился и начал стягивать её с лошади.
— Какого чёрта ты делаешь? — завизжала она, отбиваясь от него.
— Ах, ты паршивка. Самое неблагодарное существо, которое я когда-либо встречал.
Она продолжила сопротивляться, громко его понося. Он только фыркнул, что ещё больше её разозлило.
— Прости, обычно я не веду себя так с дамами, но если ты не пойдёшь по своей воле, я заставлю тебя. Изра дала нам ответ. И у нас мало времени.
Он усадил её на свою лошадь, а сам примостился у неё за спиной. Затем он обхватил её одной рукой, точно стальными тисками, и как бы Элара ни пыталась сопротивляться, она никак не могла освободиться. Она снова выругалась.
— У тебя довольно грязный рот для принцессы.
Он шлёпнул лошадь Элары по уху, и та побежала прочь по знакомой дорожке, ведущей во дворец.
— Не желаешь познакомиться с ним поближе? — проворковала она, ища, как бы задеть его побольнее.
Его руки сжали её ещё крепче. Элара никогда не находилась так близко к Энцо. Запах амбры окутал её, когда он наклонился вперёд. Она почувствовала его тёплое дыхание на своей шее.
— Это приглашение? — пробормотал он у её уха.
Чёрт бы его побрал. На каждую её насмешку, он отвечал ещё более остроумной. Её голова опустела, так как с каждым шагом лошади, их тела соприкасались. Она раскрыла рот, чтобы что-то сказать, но не смогла подобрать слова и начала беспокойно ёрзать в седле.
— Хватит извиваться, — потребовал он.
Она перестала ему сопротивляться и позволила своему телу расслабиться.
— Хорошая девочка.
Она сглотнула, и попыталась отодвинуться от него, крепко схватившись за седло. Но вдруг осознала, что она не помнит, за что на него злилась, и тихонько выругалась.
— Так какой твой план? — выпалила она и почти услышала, как Энцо улыбнулся.
— Мы будем тренироваться в таком месте, в котором тебе станет немного страшно. Посмотрим, как это повлияет на твою магию.
Она могла чувствовать каждую вибрацию у него в груди, когда он говорил, и то, как гудит его низкий голос рядом с её кожей. Она громко выдохнула. А он, словно точно зная, что он сейчас делает, наклонился вперёд, чтобы поправить поводья. Он повёл их по тропинке, которая огибала территорию дворца. Крутой склон уводил их далеко в горы, где сухая желтоватая растительность сменилась пышной зеленью.
— То есть ты знаешь, чего я боюсь? — спросила она осторожно.
— Нет, но я знаю один страх, который присущ каждому человеку.
— И что это за страх?
Она повернулась в седле, чтобы посмотреть на него. Он улыбнулся ей широкой улыбкой в то время, как они выехали из-под лесной сени на открытое пространство, где пахло солёным ветром.
— Страх высоты.
Глава 10
Элара покрутилась в седле, когда они остановились, желая осмотреть небольшую площадку на скале. Море окружало их со всех сторон, и падение с такой крутой скалы должно было оказаться смертельным. Улыбка растянулась на её лице, когда она спешилась и посмотрела вдаль, на бирюзовую воду, мерцающую в ярком свете дня. Элара обожала море. В Астерии она проводила много времени на пляжах с чёрным песком, наслаждаясь видом Беззвёздного моря. Она вспомнила о его ультрафиолетовых водах, и о рыбе, которая сверкала в темноте в свете звёзд. И о том, как она плавала нагишом, и хихикала каждый раз, когда сбегала из дворца, таща за собой упирающуюся Софию. Она повернулась к Энцо с широкой улыбкой, сиявшей на лице.
— Это не та реакция, которую я ожидал. Ты, кажется, повеселела, — отметил он.
— Может быть, это потому, что ты всё это время не открывал рот и не успел испортить мне настроение.
Она заметила, как уголок его губ дёрнулся. Она давно уже позабыла о пророчестве Изры и об их ссоре и глубоко вдохнула солёный морской воздух.
— Как мне тут нравится, — вздохнула она, делая глубокие вдохи, словно могла напиться морским воздухом.
— Море?
— Оно напоминает мне о доме.
Её глаза окрасились серебром, но затем она моргнула и заметила, что Энцо слегка сдвинулся.
— Я думал, что ты гораздо сильнее боишься высоты.
— Подожди… значит, это ты боишься высоты, и поэтому предположил, что все остальные тоже?
Она рассмеялась.
— Нет, — сказал он покровительственным тоном. — Я просто подумал, что это очень реальный и очень здоровый страх, который присущ любому нормальному человеку.
Он нервно посмотрел на волны, разбивающиеся о скалу.
— Я ошибся, предположив, что ты нормальная.