Чтение онлайн

— Трусиха.

Что-то чёрное зашевелилось у неё под кожей. Её магия так и норовила вырваться наружу, после стольких недель заточения внутри её тела. Она начала собираться на её ладонях, которые Элара выставила вперед, её глаза сверкнули серебром. Из рук Элары вырвались ужасающие образы, не животные, но что-то иное. Кошмары, которые мучили её.

Дождевые капли падали на её мокрую кожу, но она чувствовала только гнев и кипящую тьму внутри неё. Уродливые формы бросились на Энцо и повалили его на землю. Он издал глупый смешок, и из его тела вырвался свет, который превратил тени в пепел.

— А вот это уже больше похоже на тебя, — сказал он, вскочив на ноги и присвистнув.

Молния разрезала небо у них над головами. Элара застыла на месте и сжала руки в кулаки. Мокрые волосы прилипли к её коже.

— Неужели мне удалось залезть тебе под кожу, принцесса?

Она оскалила зубы, и зверь внутри неё вырвался наружу. Она выкрутила руки, и пространство вокруг изменилось. Дождь всё ещё продолжал лить, но в её иллюзии не осталось ни звёзд, ни света. Это было чёрное и тягостное место, которое начало давить на них обоих; оно было отражением того, что пряталось внутри неё.

— Милое местечко, — сказал Энцо сухим тоном, осмотревшись, после чего послал в её сторону поток огня.

Она отмахнулась от него и увидела, как на его лице появилась жадная улыбка. Он начал метать в неё потоки огня, а она продолжала отмахиваться от них так, словно её магия только этого и ждала.

Наконец, после очередной вспышки его света иллюзия пропала, и она оказалась на лужайке и тяжело дышала. Вода текла по ней потоками, а её белая ночнушка прилипла к телу. Энцо выглядел не лучше. Его рубашка теперь облегала его, как вторая кожа.

— И это всё, что у тебя есть? — крикнул он, и она зарычала, охваченная яростью.

Её тени превратились в стрелы и одна за другой начали врезаться в щит, который он создал. А затем они превратились в ворон, которые начали клевать его, а после — в гигантского льва.

— Нет уж, львёнок, — сказала она.

На её лице появилась улыбка, и когда она взмахнула руками, лев ринулся вперёд.

Энцо упал, когда чёрный лев бросился на него. Она ожидала услышать крики, но вместо этого услышала его низкий смех. Она пошла в его сторону, вытянув руки вперёд. Он метнул во льва своим светом, и плотные тени начали извиваться, пытаясь вырваться наружу.

— Как насчёт того серебряного света, что ты призвала на дне озера? — проговорил он, тяжело дыша. — Может быть, тебе стоит запустить его в меня?

Элара замерла, и у неё в голове возникли воспоминания о тонущем Энцо и окруживших его костлявых хвостах в тёмной воде.

— Я не знаю, что это было, — прошептала она. — Этого никогда раньше не случалось.

Он нашёл её глаза.

— Я тебе верю. Но я никогда не слышал, чтобы у кого-то было больше, чем три дара. Если у тебя больше трёх даров, ты гораздо более могущественная, чем кто-либо мог подумать.

— Я не хочу разговаривать о своей магии, — прошипела она, а капли воды всё ещё продолжали капать с неё на Энцо.

Он ухмыльнулся.

— Ладно, мы не будем говорить о магии. Давай поговорим об оружии.

Его свет рассеялся, а ноздри раздулись. Он дразнил её.

— Ладно, — огрызнулась она, опустившись на траву напротив него.

Энцо сел на корточки и спросил:

— Расскажи мне, Элара, тот кинжал всё ещё висит на твоем маленьком симпатичном бедре?

Она сощурилась, а он пододвинулся к ней поближе. Его обжигающе горячая рука прошлась по её ноге, приподняв мокрую ночнушку. А затем он провёл рукой по внешней стороне её бедра.

— Нет, у тебя его нет, — проговорил он.

— Его забрал Ариэт, — хрипло произнесла она.

Она перестала дышать, почувствовав его шероховатый большой палец на своём обнажённом бедре. Она видела, как капли собирались на его ресницах, а затем начали стекать вниз по его губам. Гнев охватил её тело, подпитывая магию. Она чувствовала жар, исходящий от Энцо, похожий на очаг посреди её холодного мира. Он перенёс вес своего тела вперёд, и ей пришлось откинуться назад на локти, а он придвинулся ближе и оказался теперь меж её ног. Огонь уже полыхал внутри неё.

— Что ты чувствуешь, Элара? — сказал он низким и тихим голосом.

Её грудь вздымалась.

— Злость, — прошипела она. — Столько злости.

— И это всё?

Его лицо медленно расплылось в улыбке, когда он наклонил голову, изучая её. Его рука так и осталась лежать на её бедре, а губы были так близко, что её дыхание обдавало их.

— Ненависть.

— М-м-м, — хмыкнул он.

Он наклонился к её шее, и его запах наполнил её.

Она почувствовала его дыхание, а затем его нос прошелся по чувствительной коже её шеи. Она испустила дрожащий вздох. Желание — ещё одна незнакомая эмоция — охватила её тело. Он издал смешок, и в тот же самый момент провёл языком по чувствительному месту у неё за ухом. Её дыхание сделалось прерывистым, и она закрыла глаза.

— Ты уверена, что это всё, что ты чувствуешь? — протяжно сказал он.

Её глаза резко открылись.

— Да, — огрызнулась она.

На его лице сохранилась полуулыбка, а в воздухе раздался стальной скрежет. Перед ними появился её кинжал, и тогда Энцо протянул его Эларе и прошептал ей в губы:

— Тогда почему бы тебе не показать мне, как сильно ты меня ненавидишь?

Её глаза округлились, когда она увидела кинжал.

— Откуда он у тебя?

— Я нашёл его той ночью, когда был у вас во дворце. Я знал, как много он для тебя значит.

— И ты ждал всё это время, чтобы отдать его мне только сейчас?

Элару начало трясти от гнева, от изнеможения, от желания, от облегчения.

Все эти эмоции были такими чуждыми после стольких дней оцепенения.

Она выхватила кинжал из рук Энцо и направила ему в грудь. Заметив, как его сердце колотится рядом с его кончиком, она обвела Энцо взглядом: его мокрые кудри и полупрозрачную рубашку, облегающую его мускулы. И горячие эмоции потекли из неё, точно лава. Она надавила на кинжал, но он продолжил смотреть на неё, и в его глазах не было ни капли страха.

А затем, сверкнув зубами, она отпрянула и встала, бросив на него взгляд, полный ярости. Но где-то в глубине этого взгляда таилось желание — и они оба это знали. Отвернувшись от него, Элара пошла обратно к себе в комнату, не говоря ни слова.

Глава 34

Резко раскрыв двери, Элара вошла в комнату, где сорвала с себя промокшую ночнушку. Оставив её у входа, она проследовала в ванную. Злость исходила от неё, точно пар, пока она набирала ванну, в то время как холод дождевых капель начал проникать ей под кожу. Как он посмел назвать её трусихой после всего того, что она вынесла? Не говоря уже о том, что он показал ей её кинжал лишь через несколько недель после спасения.