Небесные
Шрифт:
Сотканное алмазами облако нависло над сарийским войском. Хард кровожадно встрепенулся - сейчас бог покарает алчных, но Ярок гневно крикнул - и карающий свет послушно вернулся к нему. Разочарование, впрочем, сменилось триумфом, и последний заставил Харда забыть обо всем. В ликах, устремленных к чуду, Харду почудилось счастливое лицо Круга, но оно больше не вызвало в нем ни злости, ни глухой тоски. Позже Хард оплачет друга как положено, но сейчас...
Ярок остановился. Он все еще возвышается над остальными, поэтому его видно всем. Тут только Хард замечает позади бога обещанное подкрепление: зоркий его глаз выхватывает из кноттского безумства знакомые очертания - старший наследник. Хард оборачивается к младшему принцу, но тот широко раскрытыми глазами продолжает впитывать в себя бога.
Бастин поворачивает к Маловеру потрясенное лицо.
– Что это?
– требовательно рычит он.
Маловер, сохраняя достоинство, отвечает:
– Вы не видите сами? Это Ярок, сын Небес. Вы напали на Риссен, обвиняя нас в поклонении нему. Думаю, он явился сказать, что вы ошибаетесь.
Бастин бросает на свое войско озлобленный взгляд, люто кричит: "К оружию! Убить предателей!", но сарийцы не сводят зачарованных глаз с явления. После его окрика кто-то приходит в себя, но движения медленные, вялые, тяжелые мечи тянут руки вниз. В воздухе витает откровенное недоумение, солдатам не до приказов генерала, поэтому Бастин разворачивает коня к богу. Вынуждая собственное войско поспешно расступаться, он несется назад. Неожиданно Рагон бросается следом. Когда до Харда, наконец, доходит, что собирается сделать Бастин, становится поздно. Рагон не успеет, подмога в виде наследника и Кнотта слишком далеко, еще не все перевалили холм. Ярок один, и к нему на всех парах несется генерал с занесенным мечом. Он подбирается все ближе и ближе к вскормленной светом фигуре, ударами сердца Хард отсчитывает секунды. Он ждет, чего - не знает сам. В момент, когда Бастин собирается на полном ходу отсечь богу голову, холм накрывает нестерпимым сиянием. Все вокруг заволакивает взрывом яркого света. Хард жмурится. Когда вновь обретает способность видеть, есть лишь Рагон, топчущийся на пустом месте. Ярок исчез, прихватив с собой Бастина.
Сарийцы бросают оружие.
Конец