Чтение онлайн

– А по неофициальной?

– Никто не знает, – развела руками библиотекарша. – Может, просто перемены по вкусу не пришлись. Он ведь ученый был от бога, науку боготворил, а тут вдруг коммерция. Ходили слухи, Вадим предложил ему из заместителей уйти и кафедру возглавить. А Веня не захотел, оскорбился.

«Полезный, наверное, человек для нас с Димой», – пронеслась мысль у Нади. И она как можно небрежнее поинтересовалась:

– И где он сейчас, этот Веня?

– Скончался, – преклонила голову библиотекарша. – И полугода на пенсии не пожил. Инсульт. Это часто бывает у тех, для кого работа всем была. И вдруг никому не нужен оказался.

– А родственники у него остались?

Зинаида Николаевна взглянула удивленно:

– Зачем вам?

– Не знаю, – смутилась Надя. – Я просто так спросила.

Пожилая библиотекарша окинула ее внимательным взором, нахмурилась.

Митрофанова поспешно произнесла:

– Вы сказали: ученый от бога. Ну, мне и стало интересно: он, наверное, одиноким был, вроде Перельмана?

– Да вовсе нет, – усмехнулась собеседница. – И чудаком он не был. Компании любил, выпить, аспиранток симпатичных смутить. Жена, сын здесь, в Приморске, живут.

Однако в голосе ее теперь явственно звучала настороженность. И разговор она поспешила перевести в официальную плоскость:

– Заболтались мы тут с вами, а мне работать надо. Книги-то будете брать?

– Конечно. И огромное спасибо за чай!

Надя поднялась.

Вернулась вслед за Зинаидой Николаевной в помещение библиотеки. Внесла залог, выбрала пару книг. А когда уже уходила, увидела на террасе забытый фотоальбом. Воровато оглянулась, открыла его, нашла фотографию с давней новогодней вечеринки. Вот и Звездочет с Астрологом. И подпись, к счастью, имелась: «Наши предсказатели В. А. Ларионов и В. Г. Соловец».

Вениамин Соловец. Диму явно должна заинтересовать его судьба и особенно внезапная кончина.

И опять прозвучала тема клада!

Вчера – координаты некоего места в море.

Сегодня – «сказка» про сундук с золотом.

Интересное совпадение.

Полуянов загорелся.

Правда, нашли галеру два года назад. Клад – если он там был, конечно, – наверняка уже достали.

Но проверить надо обязательно.

– Надюшка. Я в Сеть хочу выйти, а если с телефона слишком долго получится, – сообщил Дима, – пойду в интернет-кафе. Ты со мной?

– Димуся… – смущенно пробормотала она. – А можно, я лучше искупаюсь быстренько? Я за сегодняшний день вся пропылилась. Очень аккуратно, не бойся. На городском пляже. Там народу полно…

…Получила высочайшее позволение, но помчалась вовсе не на пляж.

Потому что, когда из Института моря вместе с Димой ехали, вдруг молнией, вспышкой мелькнуло: почему ей показался знакомым аляповатый, красно-желтый платок, что валялся в сосновой роще в нескольких шагах от места гибели Матвея?

Она вчера видела похожий на заброшенной турбазе.

Перед тем, как подать чай, ее мимолетный знакомый – фотограф Женя – протер стол такой же (кажется) тряпицей…

Еще одно интересное совпадение.

Но что дальше?

Сказать Димке? А смысл?

Фотограф-то Матвея точно не убивал. Зачем ему? Зато Полуянов сразу к ней прицепится: вы вчера разве с Женей встречались? Зачем? Она ж не призналась Диме, что Евгений ее вчера на приватную экскурсию возил, – сказала, что с группой на автобусе ездила.

Да и вообще: стоит ли с Полуяновым советоваться? Только нарвешься на упреки, а к цели не приблизишься ни на шаг.

Но все равно разобраться-то хочется!

Раньше видела платок у фотографа. Сегодня, подобный, в двух шагах от места убийства…

Занимал Надю и другой вопрос: куда Женя запропастился?

То попадался ей буквально на каждом шагу. А после вчерашней экскурсии будто в воду канул.

И, опять же, остается открытым вопрос: зачем фотограф с ней познакомился? Изначально?

Может быть, у него тоже есть своя роль в этой истории?..

Все-таки рассказать обо всем Диме?

Нет. Прежде она Жене сама вопросы задаст.

Жаль только, что его телефона у нее нет.

Вахтера на входе, к счастью, не оказалось.

Надя беспрепятственно проникла в одноэтажное помещение унылого вида. Ожидала увидеть нечто похожее на Димкины «Молодежные вести», только рангом пониже: полные коридоры народу, красотки из секретариата бегают с верстками полос, в кабинетах народ сутулится за компьютерами. Но оказалось, что в этом здании еще множество фирм. За одной дверью, как следовало из таблички, регистрацию гостям с востока оформляют, за другой – таится агентство недвижимости. А редакция занимает единственную комнату, и находился в ней один человек. К величайшему сожалению Нади, то была молодая, с нахальным взором и излишним макияжем девица. Оторвалась от старинного (явно старше десяти лет!) монитора и надменно спросила:

– Что вам угодно?

«Ох, Полуянова бы сюда! – мелькнуло у Нади. – Обаял бы нахалку в два счета!» А сама она, когда ей приходилось общаться с молодыми да наглыми, всегда терялась. Но делать нечего. Набрала полные легкие воздуха и выпалила:

– Вы не подскажете, где я могу найти Женю?

И по лицу молодой журношлюшки мгновенно расплылась саркастическая улыбка:

– Женю? Какого-такого Женю?

– Фотографа. Из вашей газеты. – Надя чувствовала себя полной идиоткой.

– Соловца, значит, – с удовольствием констатировала девица. И явно приготовилась издеваться дальше: – А по какому вопросу?

Отвечать Надя не стала. Растерянно произнесла:

– Его фамилия Соловец?

– Ну да, Женька Соловец, – подтвердила журналисточка.

Вот это да! Даже вспоминать не пришлось, откуда ей фамилия знакома! Заместитель директора Института моря, тот самый, что рассорился со своим шефом в пух, ушел с работы и вскоре умер от инфаркта, – тоже Соловец! Женя – его однофамилец? Вряд ли. Скорее родственник. Может, даже сын? Как, бишь, заместителя пожилая библиотекарша называла? Веничка, вот.

И Надя наудачу спросила:

– Извините, а какое у Жени отчество?

Девица расхохоталась:

– На алименты подать хотите?

Решила, что Надя – брошенка и пытается своего любовника любой ценой вернуть. Фу, стыдно как. Но для дела, наверно, хорошо. Тем более что у девицы сочувствие в голосе зазвучало:

– А вам Женька что, даже телефон не оставил?

– Я его визитку потеряла, – неловко соврала Надя.

– Раз сам не звонит – значит, разлюбил, – тоном много повидавшей и умудренной жизнью дамы произнесла девица.