Чтение онлайн

Что ж, придется его разочаровать.

И Женя даже двух часов дожидаться не стал. Завершил тренировку и покинул клуб.

Время близилось к семи вечера, воздух свежел, из лесу потягивало сыростью. И пусть море пока дышало теплом – здесь, в беседке, было прохладно. У Нади даже мурашки побежали – то ли она замерзла, а может, Женин рассказ так подействовал. Девушка зябко поежилась. Полуянов и внимания не обратил, а фотограф заметил, предложил заботливо:

– У меня в каморке свитер есть. Принести?

– Да ладно, я просто к солнцу пересяду. – Надя передвинулась из тени дикого винограда под еще теплые закатные лучи. – Ты рассказывай, что дальше было.

Не сомневалась, сейчас обязательно последует продолжение поединка меж фотографом и Смоляниновым – ученым, бизнесменом, убийце, – однако Женя лишь руками развел:

– Так все. Больше и не было ничего. Теперь дело за вами. Точнее, Дима, за тобой.

– Не понял, – озадаченно произнес Полуянов.

А фотограф горячо (и непонятно было, злится он или оправдывается) произнес:

– Короче, денег с Эдика получить не удастся. Только подставишься зря. Значит, придется другим путем пойти.

Лоб Евгения перерезала упрямая складка, он, не моргая, смотрел на Полуянова:

– Давай вместе напишем материал из Приморска. Про Галю. Про убийство Матвея. В соавторстве. Фотографии, естественно, за моей подписью. Ну и гонорар пусть мне заплатят. Большой – чтоб хватило в Москве квартиру снять. Хотя бы на пару месяцев.

Он взглянул на них почти жалобно:

– Я ведь мать, когда статья выйдет, не смогу здесь оставить…

Дима долго молчал. Потом скептически произнес:

– Как-то низко твои запросы упали. В сравнении с миллионом американских рублей.

– Зато живы останемся. И я, и мама, – парировал Соловец. – И карьеру начну не в бульварной прессе, а с пары полос в «Молодежных вестях». – И добавил деловито: – И еще одно: я должен быть уверен, что попаду в вашей газете в штат.

– С этим вопросом не ко мне, – пожал плечами Полуянов.

Женя будто не слышал, продолжал:

– И пока у меня не будет годового как минимум контракта – фотографии я не отдам.

– Хорошо, я понял. – Дима почему-то поморщился и произнес: – Значит, вот зачем я тебе нужен.

– Ну да, – прямодушно улыбнулся Женя. – Надюша однажды обмолвилась, что ее друг – специальный корреспондент «Молодежных вестей». Я запомнил. Не ожидал, что пригодится!

«А вот это вранье», – пронеслась мысль у Нади.

Поймала взгляд Димы, незаметно от фотографа отрицательно мотнула головой.

Однако Полуянов никаких разборок затевать не стал. Вдруг спросил:

– Слушай, а к морю здесь спуск есть?

Фотограф спокойно кивнул:

– Конечно. Это ж дом отдыха был. Из беседки налево, и сразу указатель увидишь: «На пляж».

– Я пойду окунусь. – Дима встал.

«Неожиданное решение», – едва не вырвалось у Нади. Однако она промолчала, лишь вопросительно взглянула на Полуянова.

– Хочешь, пойдем со мной, – без охоты предложил он.

– Нет, я лучше здесь посижу, – отказалась Митрофанова. И обратилась к Жене: – Чайку мне сделаешь?

– Конечно, – вскинулся тот.

Но из беседки не вышел. Дождался, пока Полуянов скроется за поворотом, озабоченно спросил:

– Чего это он?

– Думать пошел, – улыбнулась Надя. – Дима всегда так делает.

– А чего думать-то? – несколько растерянно произнес Евгений. – По-моему, я ему настоящую бомбу предлагаю!

– В том и дело, что ты предлагаешь, – объяснила она. – А Дима свои «гвозди» привык сам добывать.

– Гордый, значит, – процедил фотограф. – Что ж, навязываться я не буду.

Он явно был расстроен, что его во всех смыслах эксклюзивное предложение не вызвало бури восторга.

Надя увидела: Дима уже спустился на пляж. Скинул шорты, майку, бросился в воду. По-мальчишески поднял тучу брызг, поплыл. Несолидно, саженками, но она все равно залюбовалась.

Женя коснулся ее плеча:

– Так сделать тебе чай?

Девушка неохотно отвернулась от моря. Взглянула фотографу в лицо. Попросила:

– Подожди. Сядь. – И без лишних предисловий выпалила: – Зря ты меня обманул.

– Я? Обманул тебя? В чем? – Удивление Жени выглядело совершенно искренним.

А Надя едко произнесла:

– «Я мог бы сделать ваш портрет для обложки глянцевого журнала!» Фотоаппарат побежал покупать. И я тоже хороша: поверила в благородного фотографа. Кто делает красавиц из… как ты сказал? Простушек с изюминкой?

Голос Жени посуровел:

– Надя, я не понимаю, в чем ты меня обвиняешь.

Но она будто не слышала, продолжала:

– Профессионально меня обработал, по классической схеме. И все для того, чтоб наивная девочка повелась: медленный танец, приглашение на кофе, индивидуальная экскурсия.

Неожиданно взглянула Жене в лицо и теперь была почти уверена: не ошиблась она в своих подозрениях. Хоть он и старается напустить на себя обиженный вид, а что-то дрогнуло в его глазах.

И чуть ли не презрительно закончила:

– Ты подошел тогда, на пляже, ко мне специально. Хотел через меня к нужному человеку подобраться. К Диме. Сотруднику центральной газеты. Да, Женя. Поверила я в твои сказки. Хотя уже сама – взрослая девочка. Пора бы понять, что Небесного острова, действительно, не существует. – Разочарованно вздохнула Надя.

Он хотел что-то возразить, но девушка перебила:

– Ладно-ладно, не начинай, знаю. Я – необычная, интеллигентная, неповторимая. Скажи лучше: откуда ты узнал, что я сюда не просто отдыхать приехала, а именно к спецкору Полуянову?

– Надя, – твердо произнес Евгений. – Ты, наверно, просто устала. Давай я тебе все-таки чаю принесу.

Но Митрофанова будто не слышала:

– Не признаешься? Конечно, и не признаешься. Тогда сама попробую догадаться. Ты ведь мне говорил, что у тебя во всех гостиницах Приморска связи. Девочек с рецепции подкармливаешь, чтоб сообщали тебе: очередная знаменитость явилась. Или, скорее, другое: администраторам приплачиваешь, а они тебе дают списки постояльцев просматривать. Вот ты и увидел: Дмитрий Полуянов, прибыл из Москвы. Обыватель, может, и не вспомнит, кто он такой. Но все журналисты – даже приморские – Полуянова из «Молодежных вестей» знают прекрасно.