Небо голубое
Шрифт:
– Ты стала совсем другой, не та девушка, которую я любил.
Аля поежилась:
– Той больше нет, ее убили, - спокойно сказала она, вовремя удержавшись и не сказав: 'Ты убил'.
– Умеешь причинять боль...
– Научилась. У меня был хороший учитель.
– Перестань, столько лет прошло. Я все слышал.
– Что?
– Аля стала прокручивать свои слова в памяти.
– Например, про автобус. Очень образно.
– Подслушивать нехорошо.
– Зато полезно.
– Это не образы, это - правда жизни.
– Тогда тебе помощь нужна не меньше, чем мне. Ты можешь попытаться простить меня?
– Нет, даже попытаться не смогу. И тебе, все равно, не поможет, ты сам себя не простишь. Попробуй забыть, хотя нет, меня забыть нереально, - съязвила Аля.
– Нереально, - не стал спорить Иван, - Во всяком случае, ты можешь со мной говорить, это ли не прогресс.
– Да, и почти не испытываю отвращения.
– И страха, - подсказал он.
– Я тебя не боюсь, и не боялась.
– Как живешь?
– Прекрасно. Институт хороший, город уютный, друзья, все хорошо. А ты?
– Институт хороший, город мне нравится, друзья, девушки, - почти повторил он, - Только не помогает.
– Не помогает, - согласилась Аля.
– Только мы можем помочь друг другу.
– Ты повторяешься... Каким образом?
– Что с тобой происходит? Ты говорила, что не выносишь прикосновений. Что ты чувствуешь?
– Ты мой персональный психоаналитик?.. Ненависть. Однажды парню сломала руку, теперь стараюсь сдерживаться, но не всегда получается. Мама давно уже ко мне не прикасается. В любом случае, помогать тебе я не собираюсь.
– Ничего, я сам справлюсь. Надеюсь, мне ты руку не сломаешь, - непонятно к чему сказал он. Понятно стало, когда он, развернув ее к себе, стал целовать, очень аккуратно и, как определила она, технично. Аля не сопротивлялась, и совершенно ничего не чувствовала.
'А ведь, не тошнит!', подумала она, 'Вдруг, правда, поможет?!'.
И Аля осторожно провела языком по его губам в ответ, Ванька, словно только того и ждал, мгновенно забыл об аккуратности и набросился на нее, слегка покусывая губу и яростно водя языком. Ей вдруг стало нестерпимо скучно, и она слегка оттолкнула его. Он послушался мгновенно.
– Знаешь, ты институт выбрал не тот, клиническая психология - твое призвание. Не страшно, не противно и даже бить тебя нет желания, - встав, поделилась впечатлениями Аля.
– Не знаю, как это может помочь тебе, но мне, правда, стало легче. Раньше я сомневалась, теперь - нет: я не люблю тебя, совсем.
– Ненависть не так сложно превращается в любовь, - задумчиво протянул он.
– А я тебя не ненавижу. Ничего нет. Совсем ничего. Спокойной ночи.
Она чувствовала себя так, как будто избавилась от тяжелой ноши, которую была обречена нести пожизненно. Аля смогла спокойно уйти в свою комнату и спокойно уснуть. 'Впереди целая жизнь', впервые за несколько лет подумала она.
Глава 3
Когда они встали утром, оказалось, что Марина увезла Тасю с собой в кафе работать.
'И почему меня мучают смутные сомнения, что вовсе не Тася просила меня остаться. Хотя, повода жаловаться точно нет', подумала Аля.
Пришел Андрей, все опять, как в детстве, собрались на кухне.
– Пойдемте, хоть искупаемся, - предложил Андрей, на него смотрели, как на ненормального.
Неожиданно, он получил поддержку:
– Мне кажется, идея хорошая, - заявил Александр, появляясь на кухне. Все настолько привыкли, что он не участвует в общих делах и, уж тем более, не дает советов, что смотрели на него в немом изумлении, - Вы что, теперь все время будете сидеть здесь, ничего не делая? Давайте, вперед, нечего нюни распускать.
Они, нехотя встали и пошли переодеваться. Аля надела купальник Лизы, благо у той скопилась целая коллекция.
На пляже они улеглись молча на берегу, купаться никто не шел. Настроение у Али было слегка нервозное: Князев все утро бросал в ее сторону внимательные взгляды, выводя из себя.
'Черт! Похоже, он сделал неправильные выводы!'.
Дэйвид тоже был не в духе и дергался, не меньше, чем она сама.
– Ты сегодня какой-то нервный с утра, - заметила Аля вслух.
– Хочешь сказать, у меня нет поводов волноваться?
– с намеком спросил тот.
'Вот, сволочь! Все рассказал Дэйвиду', - поняла девушка.
– Не знаю... Тебе виднее.
Андрей все не успокаивался:
– В чем разница? Дома вы сидели, изображая вселенскую тоску, здесь сидите, отличие несущественное, в качестве лечебной физкультуры - всем прыгать с волнореза!
– Отстань!
– рявкнула Лиза, - Тебя сегодня слишком много.
– Ты еще не знаешь, что бывает, когда меня много, - ответил тот, схватил Лизу на руки и потащил на буну, все сели, наблюдая за развитием событий.
– Это он рискует, - протянул Иван. Лиза активно брыкалась и, кажется, пару раз даже укусила парня, но тот, не смотря ни на что, донес ее до конца волнореза и сбросил в воду.
Разъяренная, она выплыла, поднялась уже сама и после небольшой потасовки, они с брызгами завалились вдвоем.