Чтение онлайн

Глаза Дэйвида расширились:

– Ты серьезно?

– Почти. Мы куда идем?

– Ко мне, - с вызовом сказал он.
– Кто-то здесь удовольствий требовал, или мне показалось?

– Не хочу к тебе, Ванька может в любой момент явиться.

– Переодеться надо?
– удивился он.

– Надо. Но я не хотела бы оставаться, и не хочу оставлять тебя.

– Примем душ и уйдем, а хочешь, я машину у отца возьму, съездим в горы?

– Хочу! Подожди, а права у тебя есть?

Дэйвид рассмеялся:

– У меня и машина есть.

– Здорово, - по-детски восхитилась Аля. Он опять притянул ее одной рукой и легко чмокнул в мокрые волосы.

Глава 4

Аля принимала душ и переодевалась в спешке: не хотела, чтобы братья снова сцепились, да еще дома. Так и не досушив волосы до конца, она расчесалась и, завернувшись в полотенце, поспешно выскочила из ванной. Дэйвид нахально восседал в кресле среди 'ее' комнаты.

– Ты что здесь делаешь?
– возмутилась Аля.

– Не забыла, что я одолжил тебе свой фен, хочу вернуть.

– Он в ванной.

Дэйвид не шевелился.

– Покинь помещение, меня немного смущает, что я перед тобой стою не совсем одетая.

– Да... Один и тот же факт, а какое разное восприятие, - Аля фыркнула, - Может, останемся?

– Нет. Я девушка хрупкая, тонкой душевной организации, склонная к рефлексии и депрессиям, со мной аккуратно надо, постепенно.

– Могла бы мне про свою душевную организацию не рассказывать! Ладно, я жду.

– Интересно, чего, - пробормотала она себе под нос, так, чтобы парень не услышал.

– Ты готов?
– через несколько минут спросила Аля, заглядывая в его комнату.

Дэйвид только, молча, показал ключи от машины. Когда они отъехали от дома, Аля, наконец, облегченно вздохнула, он посмотрел на нее, улыбаясь.

– Что ж ты так нервничаешь? Мы всю жизнь деремся, не поубивали еще друг друга, это входит в нашу обязательную программу.

– Не нравится мне ваша программа, - проворчала Аля.

– Поройся там, в бардачке в кассетах, может, найдешь что-нибудь.

Аля порылась, кроме песен на грузинском языке нашелся только 'Pink Floyd', хотя с альбомом повезло, 'Стена' Але нравилась.

– Ты тоже фанат грузинских шлягеров?
– поинтересовалась она.

Дэйвид хмыкнул:

– Думаешь, любовь к национальной музыке у кавказцев врожденная? Для папы это его детство, его Родина, и, кроме того, возможность слышать родную речь. Ты пробовала, когда-нибудь постоянно говорить на чужом языке? Я пробовал, очень напрягает.

– Когда это ты пробовал?

– Мы в Грузию постоянно ездим.

– Но грузинский для тебя точно не чужой, ты его с детства знаешь.

– Тем не менее. Хочешь, кстати вместе съездить?

– Очень разумно сейчас туда русскую приглашать, или ты меня там продать хочешь?

– Хорошая идея, готовить ты умеешь, корову доить научилась, будешь где-нибудь в горах работать, - засмеялся он, - Не бойся, со мной - можно.

– Научишь меня грузинскому - сразу рванем.

Дэйвид посмотрел с сомнением.

– Тебя уже Верка всему самому необходимому научила. Что Лиза сказала?

– Что я опять тебе сделаю больно. И не поспоришь: я уеду, ты уедешь, Краснодар и Питер очень далеко.

– Это единственное, что тебя смущает? Не припоминаю, чтобы раньше у тебя было желание быть со мной рядом.

– У меня всегда было желание, чтобы ты был рядом, но я не могла дать тебе то, что ты хочешь.

– И что изменилось?
– глухим голосом поинтересовался он.

– До меня, наконец, дошло, что все в прошлом, а прошлое прошло, его нет больше, и это прекрасно. Я как будто освободилась. Понимаешь?

– Ты все это время любила Ваньку?
– изумился он.

– Я так думала. И это было и больно, и стыдно. Он мне помог понять, что я просто убедила себя в том, что это так. Я себя обманывала. Поэтому я всех отталкивала, тебя отталкивала.

– Ну, надо же, каких-то шесть лет...

– Всего-то пять с половиной. Знаешь, за все эти годы мне только один хороший сон снился: как ты меня целуешь, зато, с завидным постоянством.

Дэйвид аккуратно припарковался на обочине.

– Говорят, когда сон повторяется, он сбудется.

Он наклонился к ней и поцеловал. Целовался он ничуть ни хуже, чем раньше, только теперь было чувство, что это в последний раз, что этот день последний, и оно волновало и возбуждало. К счастью ни детей, ни их мамаш поблизости не было. Он, наконец, отпустил ее, вышел из машины и открыл дверь:

– Погуляем?

Они спустились по крутому склону к реке, немного прошли против течения и остановились там, где река широко разливалась, образуя заводь. Место было сказочно красивым, скалистые берега здесь расступались, уже не создавая угнетающего впечатления, которое так не любила в горных реках Аля. Они сели на берегу. Земля была сухая и теплая.

– Все так просто, - вздохнул Дэйвид. Аля поняла, что говорит он о ней.