Чтение онлайн

Крохотное невесомое «перышко», вдруг, разрослось, укутав корабль... чувством? Нет, еще не чувством - лишь его слабым отголоском, самым краешком его невидимой тени. И все же... После - будто бы необъяснимая пульсация. Каждая эмоция девушки отдавалась в обшивке, двигателе, каютах и прочих составляющих «тела» Капли.

С каждым едва ощутимым всплеском Жизнь становилась понятнее, ближе, реальнее... И вот, в какой-то ослепительно яркий миг пришла ОНА. Самая первая, трепещущая хрупкостью и зыбкостью существования собственная эмоция корабля.

Это был страх... Страх потерять маленькую землянку, этот хрупкий мостик между осознанием и ощущением, пониманием и чувствованием, разумом и жизнью...

А человеческая девушка, которую члены экипажа называли то «Катя», то «Епть», то «Каюк», то «О, нет!», щедро делилась самым драгоценным во вселенной: нежностью, восторгом, благодарностью, болью, обидой...

И страшно... Как страшно было кораблю лишиться всего этого! Как сладко и остро чув-ство-вать... Звездолет бережно охранял еще даже не росток, зародыш Жизни в самом себе.

Лишь спустя пару секунд после того, как покинул каюту землянки, Лишуг поймал себя на странной для лагортианина мысли. Он был... взволнован! Не зол, не напуган, или возбужден, а именно взволнован.

Почему-то вспомнились широко распахнутые глаза Кати и ее «Бежим, а?». Первая встреча удивила, вторая напугала, третья...

Третья заинтересовала и позволила рассчитывать на некоторые дополнительные приятности в долгом и откровенно скучном полете.

А вот сейчас... Где-то между желудком и сердцем крохотным солнышком угнездилось непривычное и несвойственное рассудочным и холодноватым лагортианам щекочущее чувство. Желание рассмешить, вызвать улыбку, порадовать, защитить, согреть девушку не телом - сердцем.

Парень замедлил шаг; а вскоре и вовсе остановился, прислушиваясь к себе. Это плохо? Наверное. Осторожное прикосновение к горлу. Единственная бледная полоса, выдающая болезнь, никак не ощущалась. Повышенная эмоциональность являлась и причиной, и следствием бича всей расы, и вот теперь....

«Да нет, глупости.
– Лишуг тряхнул головой.
– Просто Катя очень необычная. В любом случае, сначала нужно найти Айу. С сестренкой явно что-то не так. И куда она запропастилась?»

– Ай!

– О, нет!
– Ддвар отобрал нож у лагортианки.
– В четвертый раз?

– Угу, - нарочито жалобно всхлипнула девушка.
– Сама не знаю, как это получается. Может, покажешь еще, как нарезать алаву?

– Чтобы ты поранилась в пятый раз? Ни за что, - демон нервно дернул плечом.
– Сядь вон там и просто подожди. Я сам все сделаю.

Рыжая послушно кивнула и направилась к стулу в углу столовой.

– Ай!

– Теперь что?
– вспылил Ддвар, оборачиваясь.
– Я забрал у тебя нож - ты укололась вилкой. Выдал ложку - ты и ею умудрилась порезаться. Я дал тебе декоративный резиновый ножик для масла. Посмотри на свою ладонь? Что теперь?!

– Я ногу подвернула, - пискнула Айа, потирая лодыжку.
– Мне больно.

Штурмовик зажмурился, и край столешник из прочнейшего гаранала осыпался мелкой крошкой. Сосчитав до десяти, демон отряхнул ладони и медленно подошел к сидящей на полу девушке.

– Айа, чего ты добиваешься? Я ничего не должен ни тебе, ни Лишугу. Дорогу нигде не переходил. Чем я заслужил вот это,

– он неопределенно обвел рукой помещение.
– Чего тебе надо, а?

В гневе рогатый склонился к лицу светлокожей лагортианки, рассчитывая хоть немного напугать. Обычно демонстрация силы и гнева неплохо действовала на представителей этой осторожной и разумной расы.

Слишком правильные, чтобы рисковать. Слишком сильные, чтобы остерегаться без причин. Слишком подкованные, чтобы им не подчиняться. Слишком успешные. Слишком надежные. Слишком... скучные.

Лагортиане - это всегда чуть-чуть слишком. Пожалуй, их больные - единственные, кто хоть отчасти способен общаться I иными расами. Но и тут все решено очень... практично.

Здоровые и невыносимо идеальные развивают технологии, изучают все, что только можно изучать, плодятся исключительно по результатам гош-сканирования. В общем, правильно и рационально проводят свою правильную жизнь.

А вот те лагортиане, которые воюют, торгуют, исследуют просторы космоса - те вроде изгои, но официальные. Не столько изгнанные, сколько выдворенные с родной планеты. И безопасность - лишь одна сторона медали, выгода - другая.

– Ресурсы должны использоваться рационально, а общество - тот же ресурс. Конечно, болезнь вне планеты прогрессирует быстрее, но так выгоднее для планеты. В этом все лагортиане. Айа же... Она всего год в космосе, да и...

– Просто скажи мне, чего добиваешься. Если смогу, помогу, но только не калечь больше себя, - зло прорычал демон и скрипнул зубами, заметив подозрительно заблестевшие глаза девушки. Слезы? У лагортианки? Та-а-ак... Это уже серьезно.
– Ума не приложу, для чего тебе ссорить меня с Лишугом.

– Причем тут мой брат?!
– взвизгнула девица, и слезы досады брызнули из глаз.

– Ты себя несколько раз поранила. Теперь вот рыдаешь. Скажешь Лишугу, что я все это сделал, не так ли? Зачем тебе это? Почему хочешь, чтобы он кинулся мстить мне за якобы нанесенные тебе обиды?

– Все не так, - Айя вскочила на ноги. Слова Ддвара на удивление больно ранили.
– Я ничего подобного не хочу!

– Да?
– Скепсиса в голосе рогатого хватило бы на десяток таких, как он.
– Чего в таком случае хочешь?

– Тебя!
– Рявкнула доведенная до ручки непонятливостью мужчины лагортианка.

Ддвар попятился, но, лаборантка там или нет, Айа была достаточно подкована и в военной сфере. Не зря всех перед вылетом в космос натаскивают в боевых искусствах.

Рывок, подсечка - и огромный демон потерял равновесие. Пошатнулся...

Из-за недавнего знакомства с парализатором его реакция была замедлена в разы, да и не ожидал штурмовик прямого нападения.

И как раз в этот момент Айя, плюнув на условности, раз уж намеки не сработали и только все усложнили, кинулась Ддвару на шею. Тот не удержался на ногах и. как подкошенный, плашмя упал спиной назад.

Все бы ничего, да голова у рогатого оказалась мягче кухонного пола. Девушка, страстно прильнувшая ко рту демона, взвыла. Второй поцелуй и второй раз желанный мужчина падает без сознания! Это уже не смешно!

Когда в столовую ворвался Лишуг, демон стокилограммовой грудой бронзовых мышц неподвижно лежал на полу, а у него на груди сидела Айа, размазывая по щекам злые слезы.

– Что здесь произошло?

– Он...
– рыжая икала, как маленькая, и слова давались ей с трудом.
– Он меня... Он...