Чтение онлайн

— Кто шутит, мы? — ответно изумился эфэсбешник. — Ты же в армии не служил, дорогая штафирка, а офицерский тост пьют только офицеры!

— Не надо меня так называть, — уже без улыбки попросил врач.

— Это почему? Так офицеры, да и все вообще военнослужащие называют штатских, а ты — он и есть, — «чекиста» несло, он не реагировал на подергивания за рукав со стороны грушника.

— Тогда ты солдафон! Так штатские называют офицеров, и вообще всех военнослужащих, — парировал толстячок.

— А вот это уже оскорбление! Твое счастье, что ты — гражданское лицо, а не офицер. Прав Куприн! Штафирка и есть штафирка, его даже на дуэль не вызовешь. Был бы ты офицером, мы бы сейчас стрелялись!

— Давай дуэль! — согласился задетый за живое врач.

— Кончайте, мужики, — стали утихомиривать задир остальные, но эти уже решали вопрос оружия:

— Стреляться из Макара!

— Вот хрен тебе, шпак, я с тобой — из табельного оружия?! Нет уж, лучше давай бросаться камнями! А то на палках, а?

— На кулаках, в три удара, до первой крови или до падения, — выкрикнул армеец, надеясь, что тренированный «чекист» свалит пузана бескровно и чисто.

— Это не вполне честно…, — начал врач, но его зашикали.

Эфэсбешник начал сдирать с себя камуфляжку, уже предвкушая, как заломит руку противнику и воткнет мордой в мокрую землю. Толстяк пожал плечами, и тоже спрыгнул на травку под дождик. Они стали лицом к лицу. «Чекист» принял стойку, подождал. Врач слегка поднял руки перед собой, даже не сжав кулаки. Сделав обманное движение корпусом вправо, эфэсбешник крутнулся на пятке и провел удар в корпус, чтобы сбить врача. Вопреки ожиданию, нога прошла мимо, зато в глаз доворачивающегося «чекиста» влетел кулак. Нога встала нетвердо, потому и блок не удался. Второй удар пришелся в челюсть и сбил дезориентированного дуэлянта на мокрую траву.

Тост за «крутых штафирок» сраженный «солдафон» пропустил. Зато хорошо расслышал, как врач скромно пояснил:

— Алаверды! Я сразу хотел сказать, что был мастером спорта по боксу в среднем весе. Но вы меня не слушали. За прочистку ушей, господа офицеры!

Всю ночь врач слушал сухой, лающий кашель Дика и более редкое покашливание девушки. Утром Матвеич помог Лене одеться, поднял, сопроводил от палатки до кустиков и назад. Запретив Дику соваться в палатку, пока не будет готов завтрак, попросил девушку не кричать громко, и начал массаж. Получасовая пытка для него и для Лены закончилась благополучно.

Одетая в спортивный костюм, два свитера, двое брюк, девушка вышла к костру, держась неестественно прямо. Быстро съев надоевшую ветчину, запив ее чаем, они собрались. Лена стояла в центре плота, держась за связанные вместе толстые жердины, под наклоном вбитые между центральными бревнами. Для страховки Матвеич еще и сильно притянул их репшнуром, оставив петлю для руки.

— Здесь стой, и не бегай. Если что, будешь переводить команды. Дик, взяли! Еще, взяли! Теперь по команде распускай узел. Давай!

Поток подхватил, шарахнул о скальный выход в конце их лужка, потом сразу вздыбился и скакнул в ущелье. Минут двадцать их мотало по стоячим валам, прижимало то к одному, то к другому берегу, но стремнина кончилась, выкинув плот в более спокойное русло широкой реки.

— Шергеш! Теперь уже близко. Собери веревку, Лен!

Лена выпростала руку из петли. Зрелище, увиденное в эти минуты, покорило ее. Оказывается, пассажиром быть всего интереснее. Она крутила головой, успевая заметить и высоту волн, и направление струй, и деревья на вершинах сжимающих скал, и множество деталей, вчера ускользнувших от нее в запарке гребли. Сегодня она оценила скорость, с которой Саша успевал наметить маршрут прохождения. Он с Диком согласованными гребками перемещали плот за мгновение до того, как струя успевала бросить их на скалу.

Сматывая веревку, как он показал утром, Лена снова испытала благодарность к этому деликатному человеку, сделавшему обыденное чудо. Массаж вернул ей подвижность. Да, стоять больно. Копчик и бок отзывались на каждое движение, но вполне терпимо. Странно, почему совсем не стыдно, что он видел ее тело и мял руками, проникая в такие места…

Нет, немножко стыдно еще! Но не так, как прежде. И не того она стыдится, что он ее трогал и видел, а вовсе даже… Ой, боже ты мой, о чем она думает. Да он после того, что рассказал Арнольд, даже и не взглянет на нее, как женщину. Нет уж, об этом не стоит…

Шергеш спокойно тащил плот на своем мутном горбу, оплескивая сплавщиков уже не до пояса, а лишь по колено. Врач изредка взмахивал гребью, всматриваясь вперед. Но мутная пелена бесконечного дождя скрывала перспективу. В душу Матвеича заползала тревога — а верно ли он рассчитал? Этот участок гор ему помнился плохо, можно и ошибиться с притоком. Если село оказалось выше, предстояло плыть километров сто до приличного поселка с районной больницей. При такой скорости потока — часов пять, не больше. Но мокрым и замерзшим даже часа не выдержать. К тому же, пассажиры сдавали на глазах. Дик кашлял сухо и надсадно, лицо горело пунцовым огнем, и все норовил присесть. Лена, наоборот, стояла прямо, страдальчески морщась и тихонько вскрикивая, когда волна заставляла покачнуться. И, самое страшное, вот эти признаки переохлаждения — красные носы и синие губы. Матвеича и самого начинала колотить дрожь. Нет, пора на берег, к костру!

Из мороси появилась темная точка. Шум мотора нарастал спереди. Навстречу летел большой катер темного цвета. Дик и Лена приветственно замахали руками. В клубах водяной пыли катер промчался мимо. Сквозь скудно застекленную кабину в их сторону глянули военные. Катер сделал оборот, вернулся. На борт, вцепившись в леер, вышел человек в камуфляже, что-то прокричал вопросительно. Рев моторов делал разговор невозможным. Матвеич пробежал к Дику, схватил смотанную веревку, поднял, раскрутил над головой, показал на берег, швырнул. Военный кивнул, успел схватить несколько витков на лету, закрепил, махнул рукой, обернувшись к проходу.

Через несколько минут катер подтащил плот к берегу, заревел громче, разбрасывая грязь, ветки, мелкие камушки, и выбрался на сушу. Плот прижало течением. Наученный вчерашним происшествием, Дик предусмотрительно поднял гребь, и занес лопасть на берег. Рев затих, катер осел. С него сошли несколько человек. Матвеич подхватил Лену и помог подняться на берег. Кажется, их путешествие окончилось…

— Нет, допрашивать буду я! — Прокурор закусил удила.

Грушник с «чекистом» переглянулись. Толстый дурак мог своей гражданской манерой общения с подозреваемыми спутать все карты. Расколоть этих троих можно быстро, пока они в тайге, пока они грязные и мокрые, но «колоть» надо умеючи! В крайнем случае можно американца вербануть, без протокола, под нажимом, «взяв на голос». Но «прокурорский» настаивал, пришлось согласиться.

— Меня зовут Дмитрий Валентинович Реутов, я старший советник юстиции, заместитель городского прокурора. Вы допрашиваетесь по факту срабатывания аварийного маяка системы Каспас, зарегистрированного за археологической экспедицией К…. го университета. Назовите свое имя, отчество, фамилию, должность, место работы и жительства.