Чтение онлайн

К «скорой» поднесли носилки, накрытые простыней, я потерла черные руки, покрытые волдырями, и подошла поближе. Я не стала откидывать простыню. Зачем? Хотелось запомнить Милку такой, какой знала ее при жизни, – красивой, уверенной, бесшабашной и любящей…

– Милка! Как же так получилось, Милка! – прошептала я и рухнула у носилок на колени.

– Тише. Не надо на нее смотреть. Она очень сильно обгорела. Как головешка… – произнесла женщина в белом халате.

Через несколько минут носилки засунули в «скорую» и увезли в неизвестном направлении. Я сидела на земле, покрытой пеплом, и раскачивалась из стороны в сторону, вспоминая тот день, когда увидела подругу в первый раз. Огромное желание жить, сила воли и вера в победу над страшной болезнью – вот что отличало мою Милку. Такой я запомню ее навсегда и пронесу эти воспоминания через долгие и долгие годы…

Я не была на похоронах, потому что вообще не могу присутствовать на этой процедуре. Я никогда не понимала общую скорбь, потому что хотела скрыть свою боль от чужих глаз и скорбела в гордом одиночестве, перебирая альбом с фотографиями любимой подруги. Вот мы на озере… А вот на той самой даче, где произошла трагедия… Милка светится от счастья и с удовольствием возится в огороде. Я лежу в шезлонге и балдею от безделья. Нас фотографировал Вадим. Были минуты, когда он не отходил от Милки даже на шаг… Были, да сплыли… А вот мы жарим шашлык. Милка режет салатик. В руке у меня бокал красного вина.

Я достала одну из фотографий подруги, поставила ее перед собой и налила полную рюмку водки.

– Привет, подружка, привет! Я знаю, что на кладбище собралась целая масса народа и тебя закапывают в сырую землю. Меня там нет. Я думаю, что ты не держишь на меня зла. Они закапывают тело, вернее, то, что от него осталось. А твоя душа здесь. Она рядом. Я не могу ее видеть, но чувствую. Знаешь, подружка, я очень много думала о последних событиях. Нас кто-то хочет убить. Меня, Вадима, тебя уже убили. Я не знаю, кто это и что ему от всех нас надо. Но мне страшно. Вадиму не сказали о трагедии, что произошла на даче. Он еще слишком слаб и узнает об этом позже. Ему будет очень трудно, потому что он тебя любил. – Выпив рюмку, я даже не почувствовала горечи и сунула в рот кусочек черного хлеба. Так положено. Водка и черный хлеб. Ничего лишнего. Еще раз взглянув на фотографию любимой подруги, я ей подмигнула. – Я скучаю по тебе, подружка. Ой как скучаю… Но ничего, у нас еще будет возможность встретиться. Никто и ничто не вечно на грешной земле. Всему есть положенный срок, все предрешено, и от этого никуда не денешься.

Через несколько минут приехал Юрьевич и повез меня в парк. Мы постелили плед и стали любоваться падающими листьями.

– Осень начинается, – уныло произнес Юрьевич и положил на мою грудь упавший кленовый листочек.

Он, как никто другой, знал, что мне тяжело, и хоть как-то старался облегчить мои страдания. Я была ему благодарна. За дружбу, за любовь, за поддержку и вообще за то, что он есть в моей жизни… Я смотрела на небо и думала, что на Милкином месте могла быть и я. Она бы пошла за свекровью, а я осталась собирать ягоды. Наверное, тому, кто ее сжег, не было никакой разницы, кого привязывать к стулу. Идет охота на нас троих. Милка мертва, а мы с Вадимом остались живы по чистой случайности.

– А хочешь, я соберу тебе букет из желтых листьев? – постарался взбодрить меня Юрец.

– Из листьев?

– Ну да. Мама любила делать букеты из листьев.

Я посмотрела в глаза супругу и увидела неподдельную боль. Он провел рукой по моим волосам и прижал к себе. Какое счастье, что в этот тяжелый для меня период Юрец оказался рядом. Он всегда знает, что нужно делать в безвыходной ситуации, и может успокоить, как никто другой. В его объятиях я чувствовала себя защищенной. Я знала, что Юрец очень за меня волнуется и втайне от меня пытается понять, что же происходит в последнее время. Он не такой, как все, он особенный. Юрьевич держит меня в своих объятиях до того самого момента, пока я не усну. А я всегда засыпаю с мыслями о нем.

– Ты любишь осень? – спросил Юрец, по всей вероятности, для того, чтобы прогнать мои печальные мысли.

– Люблю. Милка тоже любила осень. Это ее любимое время года.

– Вы были близкими подругами?

– Да. Знаешь, когда ее не стало, показалось, что я лишилась части себя. Словно у меня отрубили руку или ногу. А ты когда-нибудь терял друзей?

– Терял. – Юрьевич задумчиво посмотрел вдаль. – Многие вещи теряют смысл и былую значимость.

Мы замолчали, я с трудом сдерживала слезы. Так тяжело лишаться близких! Я знаю, что очень красива. Быть может, даже слишком, и я притягиваю заинтересованные взгляды мужчин. Я обожаю шикарные шмотки. Эффектная женщина должна иметь достойные вещи. Особенно белье. Юрьевичу нравится, что каждую ночь я ложусь спать в чем-нибудь новом. Я обожаю ходить по дорогим магазинам и рассматривать яркие витрины. Я люблю не только красиво одеваться, но и красиво есть. Красиво – это значит вкусно. Люблю наслаждаться хорошим вином и ездить на красивой машине. Люблю ощущать, что меня хотят окружающие мужчины. Я живу всем этим и именно для этого. Хотя это только обертка моей души, а изнанка совсем другая. Все это становится таким ничтожным и совсем неважным со смертью близкого человека. Милка была не просто моей подругой – это часть моей жизни.

Юрьевич вытер ладонью мои слезы. От него, как и раньше, пахло все тем же «Хьюго Боссом», этому аромату он хранил верность со времен нашего знакомства. Чудесный запах, поистине мужской и даже немного возбуждающий.

– Ты хочешь букет из желтых листьев? – еще раз повторил Юрьевич и замер.

– Хочу.

Я легла на живот и стала наблюдать, как Юрьевич собирает листья. Признаться, я не могу представить, как бы пережила эту трагедию, если бы в моей жизни не было Юрьевича. Наверное, нет ощущения более прекрасного, чем расстаться с одиночеством и начать жизнь с любимым человеком. Я ощущаю себя половинкой, которая так долго искала того, с кем бы могла соединиться в единое целое. Мой любимый собирает букет для супруги… Глядя на эту картину, хочется жить, несмотря на все трудности и невзгоды.

Юрьевич принес букет, я поцеловала его и сказала искренне, от всего сердца:

– Спасибо, родной. Для меня так важно, что именно сегодня ты со мной.

Юрец сел рядом, я положила голову ему на колени.

– А разве может быть по-другому?

– Просто у тебя столько проблем на работе…

– Моя самая большая проблема – это ты. Я не знаю, как тебя уберечь. Может, ты пока поживешь в Ялте?

Я замотала головой и закрыла глаза.

– Нет. Я не смогу без тебя даже и дня. Юрьевич, скажи, а так бывает?

– Как?

– Ну так, как у нас с тобой.

– Бывает. Если бы мне кто-то сказал об этом раньше, я бы не поверил.

Мы вернулись домой и сели за стол. Я взяла на руки собачку Зосю, влюблено посмотрела на Юрия Юрьевича и тихо произнесла:

– Господи, как здорово, что я тебя нашла…

– Это еще вопрос – кто кого нашел, – засмеялся Юрьевич и взял Зосю к себе.

Пройдя мимо Милкиной фотографии, я налила рюмку водки и положила сверху кусочек черного хлеба.

– Выпей, подруга, выпей. Я тебя никогда не забуду. Слышишь, никогда! Есть люди, которые не забываются. Ты была замечательной женщиной, и мне даже страшно говорить о тебе в прошедшем времени. Я бы многому хотела у тебя научиться. Ты сейчас далеко, приняла страшную смерть. Ой, какую же страшную! Но для меня ты будешь всегда живой. Молодой, красивой и жизнерадостной.

Юрьевич поднял меня на руки и понес в спальню. Я уснула в считаные секунды от переживаний и нервного потрясения. Это был хороший сон. Добрый и разноцветный. Мне снилась Милка в красивом фиолетовом платье, она собирала ягоды и напевала себе под нос. Я сидела рядом и любовалась ее точеной фигуркой.