Чтение онлайн

От приторно-сладких проявлений чувств этих двоих откровенно мутило, в то же время они вызывали лёгкую зависть. Но следовало сосредоточиться на поиске деталей, касающихся расследования, о которых упоминал Харпер. Я достал из конверта последнее письмо. Роффкейл был более искусен в живописании убийств, чем в любовной лирике. Не оставалось никаких сомнений, что он собственными глазами видел расчленённые трупы шлюх обоих полов. Он рассказывал о них непринуждённо, с непосредственностью, с которой мог бы объяснять кому-то, как пройти к булочной.

Разрезы на её животе проходили под рёберными дугами и спускались с двух сторон вниз до самой промежности. Её утроба представляла собой кровавое месиво. Все потроха вытащили наружу и искромсали. Многих внутренних органов не хватало. Выпущенные кишки в беспорядке свисали с боков. Ублюдок, сделавший это, основательно покопался в её внутренностях, будто пытался отыскать там спрятанные сокровища. Роуз уже третья по счёту, я бы отдал всё на свете, чтобы не довелось увидеть такое ещё раз. Работа этих мясников вселяет ужас. Вернись.

Заклинаю тебя. Пожалуйста, вернись.

Роффкейл описал состояние, в котором мы с Харпером обнаружили его тело, довольно точно. Я ощутил, как от страничек повеяло холодом. Письмо несло в себе продирающее морозцем кожу на хребте предчувствие. Роффкейл боялся, что погибнет, как остальные жертвы. Возможно, он даже знал, что ему уготована именно такая смерть. Я вернулся к первой странице.

Роффкейл неразборчиво намарал несколько строчек на полях. Поначалу я не обратил на них внимания, ошибочно сочтя это очередным стихотворным бредом. Приглядевшись, я понял, что, исписав лист полностью, он нацарапал их на оставшемся свободном месте. Корявый стиль приписки затмил своей безграмотностью остальное послание.

Мне снился сон

Где я четвёртый

лежу рядом с Лили и Роуз

разрезанными на части

Приходи Не медли.

Странно, однако, что он непрестанно умоляет её вернуться в Подземелья Преисподней. Насколько я понял, убийства произошли именно там или где-то рядом. Зачем он просит Джоан Тальботт возвратиться туда, если ей намного безопасней оставаться в доме мужа? Интересно. Если Роффкейл предвидел, что станет очередной жертвой, знал, что не сможет противостоять убийцам, каким образом он собирался не дать в обиду Джоан?

Заклинаю тебя. Пожалуйста, вернись.

Пробежав ещё раз глазами по строчке, написанной блёклыми чернилами, я нахмурился. Что же на самом деле кроется за призывами вернуться в ряды Добрых Сограждан: обещание предоставить Джоан безопасный приют или?.. Почему я не подумал об этом раньше? А если Питер Роффкейл не предлагал защиту, но умолял о ней? Я взглянул, каким числом датировано послание. Написано недавно, за день до исчезновения Джоан Тальботт. Сложив странички, я засунул их в грошовый конверт из грубой бумаги. Почтовый штемпель на нём свидетельствовал о том, что отправлено письмо было на следующее утро. Леди Тальботт должна была прочесть его за несколько часов до своего исчезновения.

— Ну что? — Голос Харпера, раздавшийся прямо за моим плечом, застиг меня врасплох, я едва не подпрыгнул от неожиданности.

— Что, ну что? — переспросил я раздражённо, раздосадованный тем, что не заметил его приближения. Но уже спустя мгновение я взял себя в руки и повернулся к нему.

Харпер успел одеться. Ему удалось отыскать все части своего гардероба. Почти все. Не хватало только головного убора. Капитан бросил озадаченный взгляд на вешалку для шляп. Я улыбнулся. Ночью, пока он ещё спал, я засунул его фуражку в один из наводнённых пауками выдвижных ящиков под кроватью.

Непричёсанные волосы Харпера походили на спутанные веточки колючего кустарника. Бурно проведённая накануне ночь оставила следы на совсем ещё юном лице капитана, которое сейчас не скрывала тень от фуражки. Края его век воспалились, белки покрылись красной сеточкой сосудов. Его усталость на грани истощения стала особенно заметной. Он выглядел уязвимым, несмотря на строгие линии инквизиторской шинели. И я, к своему удивлению, понял, что почти не испытываю к нему изначальной настороженности или предубеждения.

— Что ты думаешь? — спросил он.

— Думаю, нам стоит наведаться в резиденцию Добрых Сограждан, осмотреться в комнатах Роффкейла. — Я встал, надел своё пальто, прихватил очки с дымчатыми стёклами, затем оглянулся на Харпера. — Есть хочешь?

— Может быть, попозже, — ответил он.

— Страдаешь от похмелья? — ехидно заметил я, усмехнувшись, но Харпера, кажется, это совсем не задело. Возможно, подобной язвительности он и ожидал от демона, несмотря на ночь, проведённую вместе.

— Нет. — Харпер провёл пятернёй по взъерошенным волосам. — Просто в последнее время у меня нет аппетита.

Ну конечно. Его сестра пропала, вполне вероятно, она мертва. Скорее всего, он вообще ничего не ел уже несколько дней. Не удивительно, что мне так легко удалось напоить его.

— Если не покушаешь, станет только хуже. — Я снял с вешалки своё старое чёрное шерстяное кепи и бросил его Харперу, и только после этого задумался, зачем, собственно говоря, я это сделал. — Мы зайдём по дороге в харчевню к Миг. Там готовят отменные пироги с телятиной.

Харпер поймал кепку, повертел её в руках, а затем надел на голову. Она шла ему, почти не отличаясь от его собственной, хотя и была гораздо более поношенной. И от неё едва заметно пахло моими волосами. Интересно, Харпер почувствовал?

— Прежде чем мы пойдём… — Харпер поправил кепи, надвинув его привычно вперёд так, чтобы тень от козырька скрыла глаза.

— Да? — Я уже стоял у входной двери, держась за ручку.

— По поводу прошлой ночи… — Харпер замялся, переступив с ноги на ногу. — Думаю, следует обсудить всё, чтобы не оставалось никаких недоразумений между нами…

— Я никому не собираюсь рассказывать о том, что было между нами, если именно это тебя волнует. — Ухмыльнувшись, я показал свои острые длинные зубы в широком оскале. — И сомневаюсь, что тебе вздумается бахвалиться перед кем-то нашей связью, что тут ещё обсуждать?

— Нет, я имел в виду… между нами… Мы оба были пьяны. Я просто хочу, чтобы ты понял… — Харпер умолк. Складывалось впечатление, что он никак не может заставить себя продолжить, очевидно, ему неудобно было говорить о прошлой ночи. Меня это позабавило, хотя и не удивило. Молчание затягивалось, становясь откровенно неловким.

— Ты пытаешься объяснить мне, что считаешь это обычным сексом по пьяни? — наконец сжалился я над ним.

— Не уверен, что использовал бы именно такую формулировку, — ответил Харпер.