Чтение онлайн

Прошло много времени с тех пор, как я приводил девушку к себе домой или приходил к ней. Где-то в двадцать восемь лет я устал от связей на одну ночь. Дело не в том, что с того момента у меня их не было. Просто их становилось все меньше и меньше.

И мысли о том, чтобы прервать этот период воздержания с Джеммой, оказалось более чем достаточно, чтобы возбудиться еще до выхода со стадиона.

Я поправил шорты, пока мы с Джеммой направлялись к стоянке для такси. Когда мы сели в машину и отправились к ней домой, Джемма не проронила ни слова, внимательно наблюдая за проезжающими машинами за окном.

Я наблюдал, как она сцепила руки на коленях, игнорируя каждое сообщение, появляющееся на экране ее телефона. Было трудно не заметить, что большинство из них были от Белль.

Я также не мог не заметить, что Джемма нервничала.

Нервничала, поскольку не могла дышать, говорить и смотреть на меня. Мы подъехали к одному из высотных многоквартирных домов в центре города спустя менее тридцати минут после того, как вышли со стадиона, даже несмотря на пробки. За все это время Джемма не сказала мне ни слова. Тишина окутала нас, пока мы ехали в лифте на двадцать второй этаж.

С учетом моего воспитания мне хотелось проникнуть в ее голову. Спросить, о чем она думает, что чувствует, от чего у нее сейчас потеют ладони. Она упомянула, что у нее тоже прошло много времени с ее последних отношений, но я не знал тому причину. Судя по тому, что девушка рассказывала мне ранее, она умеет держать себя в руках. Поэтому я позволил ей погрузиться в себя, составить план и список действий.

Ей не обязательно было знать, что все это вылетит в трубу в ту же секунду, как я ее раздену.

– Вот мы и пришли, – наконец сказала она немного хрипловатым голосом, отпирая дверь квартиры номер 2206. Она вошла внутрь, придержав для меня дверь. И как только я вошел за ней вслед, то издал протяжный свист.

– Вау, – протянул я, осматривая пространство. Огни центра Чикаго освещали высотку, даже когда Джемма ходила по дому, включая лампу за лампой. Мягкое свечение, казалось, еще больше подчеркивало современный дизайн помещения.

Я прошел по паркетному полу, минуя гостиную, пока не оказался у панорамных окон, из которых открывался вид на горизонт. Река также находилась в пределах видимости, в воде отражались огни города, маленькие лодки до сих пор курсировали под мостами.

– Черт возьми, детка, – воскликнул я, осматривая вид. – Это идеальное место для проживания.

Она пожала плечами, стоя у торшера, который включила рядом с диваном. В одной руке она сжимала ключи, другой потирала затылок.

– Спасибо. Это, эээ… – она поджала губы. – Я все еще пытаюсь привыкнуть к проживанию здесь.

– Ты недавно сюда переехала?

Джемма покачала головой, опустив глаза в пол.

– Раньше я жила в пригороде… так что многое изменилось.

– В пригороде? Тогда, полагаю, тот мужчина был отчасти прав, когда оскорблял тебя.

– Фу, тот мужчина отстой.

– Так и есть, – согласился я, усмехаясь и засовывая руки в карманы. Прислонился к окну, и внезапно бурная волна возбуждения накрыла нас с головой.

Мои глаза скользнули вверх по ногам Джеммы, блуждая по обтягивающей ткани ее майки, прежде чем встретиться с ней взглядом. И как только наши взгляды встретились, она уронила ключи.

– Черт, – шепотом вскрикнула Джемма, наклоняясь, чтобы быстро поднять их. Затем бросила их на стол, на этот раз успешно, и со смущенной улыбкой провела по волосам, прежде чем засунуть руки в задние карманы. – Эээ, хочешь чего-нибудь выпить?

Я не ответил, но она все равно направилась на кухню.

– У меня есть… ммм, – протянула Джемма, опершись на одно бедро и изучая содержимое холодильника. – Честно говоря, у меня мало что есть.

Из-за планировки квартиры кухня и гостиная были соединены, что позволяло мне с улыбкой наблюдать за ней с другого конца комнаты. Я видел, как паника отразилась на ее лице, когда Джемма осматривала холодильник.

– Я… эээ… у меня есть протеиновые коктейли, вода и апельсиновый сок. Также у меня есть немного вина, – добавила она, закрывая холодильник и открывая шкафчик. Внутри стояла бутылка красного вина, и она облегченно вздохнула: – Да! Вино есть.

Она достала бутылку и протянула ее мне.

– Вот, видишь? Это не пиво, но оно итальянское. – Джемма нервно, прерывисто рассмеялась.

Я лишь улыбнулся еще шире.

Девушка тяжело сглотнула, ее взгляд скользнул к поясу моих джинсов, после чего она развернулась и потянулась за штопором.

– Спасибо, что пришел, – пробормотала Джемма, закручивая винт в пробку. Затем съежилась, поворачиваясь ко мне. – Было ли это странно? Мне не стоило этого делать?

– Тебе стало не по себе?

– Вроде того.

Я приподнял брови.

– Помнишь, что я говорил ранее?

– Не делай этого, если тебе не по себе. – Она вздохнула, прислонившись к шкафу. – Что, если мне от всего будет не по себе?

– Так не будет, – заверил я ее, отталкиваясь от окна. У бедняжки случился бы приступ паники, не смени я тему. – Твоя квартира правда впечатляет, Джемма. Почему ты переехала сюда?

При этих словах ее взгляд смягчился, что показалось странным, поскольку в этот момент она словно надела маску. Снова повернулась к бутылке, выкручивая пробку.

– Белль живет несколькими этажами выше. Подумала, что неплохо было бы жить рядом с кем-то знакомым. К тому же она моя начальница, и наша работа находится буквально за углом. Это удобно.

– Твоя начальница?

Джемма кивнула.

– У нее собственная фирма по дизайну интерьеров. А я – ее помощница. Хотя, если спросишь ее, она скажет, что я больше смахиваю на партнера по бизнесу. – Джемма слабо улыбнулась. – Ей нравится заниматься дизайном, общаться с людьми, а я забочусь обо всем остальном. Меня все устраивает, учитывая мое ОКР [18] .

Я ухмыльнулся, кивая. Оценив чистоту ее квартиры, я был уверен, что она не шутила насчет ОКР. А учитывая, что ее телефон был буквально забит списками, целями, планами и правилами? Да, в этом не было сомнений.

– И ты только что переехала? – спросил я через мгновение, рассматривая ее современный, полностью белый диван и дорогой телевизор. Ярких акцентов в ее квартире было минимум, в основном нейтральные: серебристые, серые, белые, бежевые тона. Под глянцевым столиком геометрической формы, стоящим напротив дивана, лежал пушистый серый коврик, а на стене напротив телевизора висела всего одна большая картина на холсте.