Чтение онлайн

И тогда я решилась. Меня давно тревожил этот вопрос. Я не могла до конца доверять подруге, из-за того, что ощущение предательства стояло между нами. Глупо, но я страшно ревновало Диму к Свете. Ведь он хотел на ней жениться.

— Свет, а когда вы были вместе с Димой, все тоже относились к тебе так же? — я спросила словно бы между прочим, наслаждением смакуя глоток капучино с ванилью и корицей. Хотя внутри вся подобралась в ожидании ответа.

Света в этот момент как раз хотела отпить из кружки, поперхнулась и раскашлялась, некрасиво разбрызгивая вокруг кофе. Я потянулась было похлопать ее по спине, но она замахала руками, мол, не нужно.

— Господи. Даша, — Света, наконец, смогла вдохнуть. Она раскраснелась и говорила немного хрипло, — до смерти доведешь такими вопросами. Не было у нас с ним ничего и никогда. Вся эта история придумана… ну не совсем… от начала до конца. Давай я тебе расскажу, как дело было на самом деле. А то чувствую, тревожит тебя наше с Димой, — она хихикнула, — прошлое.

Она села поудобнее, глотнула кофе, прикрыла глаза, словно вспоминая:

— Все началось задолго до появления Димы. Все началось гораздо раньше. Я, Даша, выросла в обеспеченной семье. Мой дед занимал не последнюю должность в области еще в СССР. А отец руководил крупным заводом. Но страна рухнула, и пришлось крутиться самому. Он бы не справился, если честно, все же мой отец был слишком правильный для нового мира, и мы бы постепенно скатились в нищету, если бы не его сводные братья. Они, хитрые и ушлые ребята, отлично вписались в новую реальность, и стали зарабатывать очень большие деньги и не всегда самыми честными путями. Время было такое… сама понимаешь. А мой отец вкладывал эти деньги в легальные предприятия, приумножая и увеличивая доход семьи.

Я молчала. Хотя, если честно, моя ненависть к таким «браткам» из 90-х зашкаливала все разумные пределы. Ведь среди них был человек, который разрушил жизнь моей семьи, моей мамы.

— Моей семье в те годы пришлось очень трудно, — ответила я, — и у нас не любят вспоминать о тех временах.

— Да, — Света кивнула, — тогда трудно было всем, Даш. Даже тем, кому, казалось бы, должно быть легко. Одного моего дядю посадили на пятнадцать лет. Он взял всю вину на себя, чтобы не пострадали братья. А они завязали с откровенным криминалом и принялись налаживать мирный бизнес. И оказалось, что в мире легального бизнеса семейные связи важны не менее, чем в криминале. Только завязываются они другим путем. Вот и сосватали меня за подходящего человека. А мне тогда еще двадцати не было. Домашняя девочка, тепличный цветочек, ничего не знающий о жизни. Я любила читать, часами в библиотеке просиживала. Там и встретила Вадима.

Света отставила кружку. Почему-то она немного волновалась, это выдавали дрожащие руки.

— Вадим инвалид. Еще совсем маленьким неудачно упал и повредил позвоночник. Когда я увидела его в коляске, сначала хотела пройти мимо. Мы же привыкли не смотреть на таких… проходить мимо и старательно пряча взгляд. Чтобы не видеть, не замечать. И я была такой же. И совершенно случайно посмотрела в его глаза…. и погибла. Тут же. Мне стало все равно, что он не такой как все. Мы разговорились. Мы тогда болтали до самого закрытия библиотеки, не в силах расстаться. А на следующий день, не сговариваясь, вернулись туда в к открытию. Это была любовь как в книжке. До тех пор, пока мой отец не узнал, с кем встречается его дочь, которую он собрался продать нужному человеку.

Света допила кофе, отодвинула кружку. Я молчала. Не знала, что сказать. Не все так легко было в жизни моей подруги, ка мне казалось раньше. А я еще не понимала, почему она так не похожа на Бакса, раз они родные. Тот-то настоящий мажор, а Свету заподозрить в непролетарском происхождении было невозможно. Слишком непохожа она была на хозяев жизни.

Мы заказали еще по кофе с пирожными, и Света продолжила рассказ.

— Отец, конечно же, запретил мне встречаться с Вадимом. Он мало того, что инвалид, еще и художник. Как сама понимаешь, такого двойного промаха отец мне простить не мог. И тогда я сбежала. Жила у Вадима, устроилась на работу в маленькую компанию. Образование-то у меня было уже. Там с Димой и познакомилась. Не могу сказать, что мы сдружились. Здоровались просто. Не больше. А потом я возвращалась домой с работы, и ко мне пристали три наглых парня. Они лапали меня, хохотали и говорили, что им попалась шикарная цыпочка. Дашка, как же было страшно. Я так испугалась, даже кричать толком не могла, только рыдала и просила отпустить.

Свету откровенно колотило. Даже через столько лет это событие вызывало боль. И я невольно подумала про маму. Ведь ее никто не спас. Никто не помог. Моей маме не повезло, для нее у судьбы не оказалось «Димы».

А Света продолжала:

— И когда мне уже казалось, что спасения не будет, откуда ни возьмись появился Дима. Он, оказывается, услышал мой плач. Раскидал всех обидчиков. Он очень храбрый, Даш. И если бы я не любила Вадима, то непременно влюбилась бы в Диму. Он тогда так ругался, говорил, почему твой муж тебя не встречает. Мол, нельзя девушке одной по подворотням ходить. Проводил меня домой. Там и с Вадимом познакомился. И стал меня провожать каждый день до дома. Все стали думать, что у нас роман. Но я люблю Диму, как брата.

Она улыбнулась теплой улыбкой, и смущенно посмотрела на меня.

— Мы с Леркой, с Баксом, все это время общались. Он хоть и не одобрял моего побега, но помогал деньгами. Иначе нам с Вадимом пришлось бы очень трудно. Я же ничего не умела, Даш. Ни готовить, ни убирать. Моя свекровь, конечно, меня любила и учила всему, что нужно, но… она тогда заболела очень сильно. Нужны были деньги на ее лечение. И Лерка предложил мне эту аферу с женитьбой. Диму уговорили. Сделали вид, что я влюблена в него. Все прошло, как по маслу. Отец довольный, что я бросила своего «хромоногого» позволил нам быть вместе, и даже выделил молодым компанию небольшую. А брата приставил присматривать за моей долей. Вот так все и вышло.

— За твоей долей? — удивилась я.

— Ну да, — Света смутилась еще больше, — половина этой компании моя. Только никому не говори, Даш. Это не тайна, конечно, но мне не нравится, когда об этом вспоминают. — Она помолчала, дождавшись моего кивка и продолжила свой рассказ, — За несколько дней после свадьбы мы все обставили так, будто бы Дима застал меня с другим. Отец злился, конечно, но уже было поздно. Свекровь была в больнице. Думали он отнимет все. Но вмешался мой дядя, и велел не мучить девочку. Потому что Вадим тогда как раз картины свои выставлять начал. И внезапно стал очень востребованным художником. Сейчас его картины покупают за очень хорошие деньги. И это позволило отцу смириться с моей жизнью.

— Света, — я все таки не могла понять один момент, — так получается ты богата. А зачем тогда работаешь?

— Богата, — усмехнулась Света, — только богатство же не в деньгах, Даш. Я люблю и любима и это самое главное. Тем более… мы с Вадимом решили, что нам много не нужно. Крыша над головой, еда, одежда. Медицина, санаторий пару раз в год. А все остальное мы отдаем в наш благотворительный фонд. Мы его создали с первой же проданной картины. Отправляем детей с такими же травмами, как у Вадима, на лечение за границу.

Света улыбалась и пила свой кофе. А я никак не могла уложить с голове то, что услышала. Нет, я не дура, и прекрасно понимаю, что если бы от денег, от больших денег, легко было отказаться, то все в мире было бы по-другому. Нет, я понимаю, что есть богатые люди, которые жертвуют огромные суммы на благотворительность. Но при этом они все равно остаются богатыми людьми. Живут в особняках, ездят на дорогих машинах на дорогие курорты… Для них это малая часть, которую они отдают, не снижая уровень жизни.

И вот Света. Она ходит на работу каждый день, как и все, кто живет на зарплату. Она носит обычную одежду, купленное в том же магазине, что моя. Она ездит на недорогой машине, а часто, вообще, ходит пешком, потому что живет не далеко. И не думаю, что свой оплачиваемый отпуск Светка проводит на Сейшельских островах.

— Ничего себе, — выдохнула я. Я еще никогда не встречала таких людей, как Света. — Вы такие молодцы. Просто необыкновенные.

— Неправда, — рассмеялась Света, — мы самые обычные. И нимба над головой у нас нет. Прекращай смотреть на меня с восторгом. Тем более, — она подмигнула, — Дима тоже очень много жертвует. Можешь восторгаться им.