Чтение онлайн

— Возможно. Но она так близко принимает к сердцу все, что касается наших отношений, что у меня просто не хватает духа развеять ее иллюзии.

— Думаю, иногда, чтобы быть добрым, надо быть жестоким, — поддразнила его Розали. — Чем дольше ты не говоришь ей правды, тем тяжелее ей будет, когда ты все-таки все расскажешь.

Он покрутил в пальцах чайную ложку.

— Если ты снова придешь ко мне в гости послушать радио, это только усилит ее убежденность в том, что мы — влюбленная парочка. — Адриан посмотрел ей в глаза. — Разве не так?

Она отвела глаза.

— Значит, мне лучше не приходить?

— Да.

Тут у Розали словно потемнело в глазах. В столовую вошел Уоллес, оглядывая столики. Наконец заметил Розали и встал в очередь за едой. Она извинилась перед остальными и поспешно ушла из столовой.

Днем Розали зашла к Марион, чтобы обсудить последние детали их похода. Они собирались встретиться в Дарлингтоне примерно через десять дней и сесть на поезд до Дарема. Во все время их беседы Розали с опаской косилась на дверь кабинета Уоллеса. Марион это заметила и спросила:

— Ты хочешь поговорить с мистером Мэйсоном? Он где-то ходит.

Розали торопливо помотала головой. Ей удавалось избегать его всю неделю; каждый раз, когда она замечала, что он идет навстречу по коридору, она пряталась в пустом классе до тех пор, пока он не проходил. Она уже начала беспокоиться за Мелани, но не могла заставить себя поговорить с ним.

Когда Розали выходила из комнаты Марион, мимо шел Адриан.

— А, Розали, рад, что встретил тебя. Хотел попрощаться. В воскресенье утром я уезжаю к матери.

Она постаралась улыбнуться.

— На все каникулы, Адриан?

— Да, на шесть недель.

— Это... это довольно долго, правда? Что ж, до свидания. — Она протянула руку, и он сжал ее своими ладонями. — Увидимся в следующем семестре, Адриан, — проговорила она.

— Розали, — он чуть сильнее сжал ее руки, — ты не могла бы... не могла бы...

— Извините, — раздался голос за их спинами, — но не могу ли я пройти в свой кабинет? Вы загораживаете мне дорогу.

На них холодно смотрел Уоллес Мэйсон. Адриан выпустил руку Розали, и они отодвинулись.

— Мисс Пархэм, не будете ли вы так добры зайти ко мне на пару минут? Я хотел бы поговорить с вами. — И Уоллес прошел в свой кабинет.

— Розали. — Адриан схватил ее за плечо.

Она печально посмотрела на него, не обращая внимания на нотку предостережения в его голосе.

— До свидания, Адриан, — сказала она и вошла в кабинет Уоллеса, закрыв за собой дверь.

— Садись, Розали. — Уоллес не отрывал взгляда от стола. — Я хотел бы поговорить с тобой.

— Спасибо, я постою.

Он пожал плечами:

— Как тебе будет угодно. — Уоллес колебался, словно не решил, что именно хочет сказать. — Думаю, бесполезно говорить, что я сожалею о том, что произошло на вечеринке, или ожидать, что ты поймешь, если я скажу тебе, что я так отвратительно вел себя потому, что был пьян, потому что пил весь вечер с самого прихода? — Он бросил на нее быстрый взгляд и снова опустил глаза.

Розали не знала, что сказать.

— Я хотел бы объяснить тебе, если ты будешь так добра и выслушаешь меня, кое-что, чего сплетники не знают и знать не могут. — Он указал на стул. — Пожалуйста, Розали, присядь и потерпи меня еще несколько минут.

У него был такой подавленный голос, и он был так не похож на себя обычного, нахального и дерзкого, что она подчинилась.

— Спасибо, — пробормотал он, и через несколько секунд продолжил: — По совершенно объективным причинам мало кому известно, что женщина, на которой я женился, была бесчувственным созданием. Я солгал, когда сказал тебе, что она ушла от меня к другому мужчине. Ей не нужен никакой мужчина, даже собственный муж. После рождения Мелани моя жена... стала фригидной. А я — нормальный мужчина. Эти два свойства несовместимы. Стали несовместимы и мы. — Он тщательно подбирал слова и не отрывал взгляда от стола; Розали видела, что ему стоит немалых усилий быть настолько откровенным. — Те люди, которые критикуют мужчин вроде меня, как правило, счастливы в браке и, будучи довольны своей судьбой, становятся добродетельными, считая себя вправе судить других, менее удачливых, чем они сами. — Он наконец устало посмотрел на нее. — Ни один человек, не переживший этого сам, не знает, что это такое — быть женатым на женщине, которая без всякой жалости и сострадания отвергает все твои попытки сблизиться. Это превращает в фарс весь брак, да и само понятие любви. — Он умолк и потер глаза. — Потом появилась ты. Меня тянуло к тебе, и, хотя я и понимал, что ты не такая, как другие, кого я знал, я все равно надеялся. — Он снова посмотрел на нее, на этот раз умоляюще. — Ради Мелани, Розали, я прошу тебя поехать сегодня вечером ко мне и повидать ее. Она с ума сходит. У меня не было ни минуты покоя с прошлых выходных из-за ее требований увидеть тебя. Ты приедешь? Пожалуйста!

Ей надо было расставить все по своим местам. А для этого нужно было время, но Розали понимала, что как раз времени-то у нее нет. Если она поедет с ним, то что теряет? Ведь больше уже все равно терять нечего, не так ли? Она уже потеряла единственное, что ей было нужно, — любовь человека, которого любит сама.

Наконец Розали выдавила:

— Спасибо, что рассказал мне все это, Уоллес. Я постараюсь понять, но и ты должен осознать, что все, что я делала до этого, было только ради Мелани. Я подавила свою гордость и самоуважение, я поплатилась своей репутацией и... и, несомненно, своим будущим счастьем, — ее голос дрогнул, — и все это ради нее. Никаких других причин этому нет. — Она умолкла и приняла решение. — Да, я поеду с тобой, только чтобы повидать ее.

— И ты будешь доверять мне?

Розали подумала и тихо произнесла:

— Постараюсь.

Вот так и получилось, что позже в тот же день, после ужина, Уоллес заехал за ней и снова отвез ее к себе. Мелани приветствовала ее с бурным восторгом. Они вместе играли, как и раньше, потом Розали искупала ее и уложила спать. Глаза Мелани сияли, потому что ее «вторая мамочка» вернулась к ней.

— Может быть, — прошептала она на ухо Розали, — моя настоящая мамочка тоже вернется?

На следующий день, в субботу, Розали поехала к ним на чай. Она снова просидела там, пока Мелани не легла спать, а потом Уоллес отвез ее домой. Розали уже собиралась выйти из машины, когда он вдруг взял ее за руку.

— Я хотел сказать тебе, Розали, что поручил моему адвокату попытаться найти мою жену, чтобы... чтобы узнать, не возражает ли она против воссоединения. — Он отпустил ее руку. — Учитывая все обстоятельства, это единственный выход, который мне остался.

Теперь уже она взяла его за руку.

— Уоллес, но это же замечательные новости! Если позволишь, я хотела бы сказать, что очень надеюсь, что на этот раз, если вы снова сойдетесь, у вас все будет хорошо.

Он безразлично пожал плечами:

— Кто знает, что ждет нас в будущем?

Мать встретила Розали в холле.

— Заезжал Адриан, — сообщила она. — Спрашивал, где ты.

Розали не смогла скрыть досады.

— Я ответила, что тебя нет, а он спросил, не поехала ли ты к Уоллесу Мэйсону. Я пыталась притвориться, что ничего не знаю, но он вытащил из меня правду. Адриан очень разозлился, когда узнал, что ты поехала туда. Но я же не могла соврать ему, правда?

Розали безнадежно пожала плечами и покачала головой. А Сара продолжила: