Чтение онлайн

Я уже понесла многочисленные школьные наказания во имя нашей дружбы, после того как поучаствовала в его нескольких безобидных шалостях.

Директор называл нас «Дуэтом Сатаны».

Я воспринимала это как комплимент.

Думаю, Миллер тоже.

— Так… — Он шлепнул свою сумку на одну из скамеек и снял шорты.

Я быстро отвернулась и растянула руки над головой.

— Какие планы? — спросил он.

— Поесть. Покататься на машине. Может, остановиться, чтобы потанцевать?

— Нет! Просто скажи «нет» танцам, Эм. — Послышался шорох, а затем включился душ. — Кроме того, в прошлый раз Коэн схватил тебя за задницу.

— Он — мой парень.

— Не хочу об этом говорить, — огрызнулся он.

Это было совсем не похоже на Миллера.

— Он снова изменяет. — Я решила, что если произнесу это как утверждение, то это не причинит сильной боли, но боль пронзила мои внутренности, а потом пришла тошнота, и я чуть не спустила в туалет все, что съела в этот день.

Внезапно меня обхватили огромные руки и потащили назад.

— Нет! — закричала я. — МИЛЛЕР!

— Упс, ты мокрая, — сказал он после того, как я оказалась вместе с ним под душем, а вода заливала мое в-скором-будущем-покрытое-потеками-туши лицо.

— Еще раз скажи, почему мы лучшие друзья?

Миллер промолчал, а затем прошептал:

— Потому что ты не плачешь из-за меня.

— Обещаешь? — Я проглотила комок в горле. — Обещай, что никогда не буду плакать из-за тебя.

— Обещаю. — Миллер немного меня оттолкнул. — А теперь перестань тратить на себя всю горячую воду.

Тогда я не знала, что его обещание невозможно будет сдержать.

Или о том, что у нас оставалось совсем мало времени.

Глава 2

ЭМЕРСОН

Прошлое

Неделю спустя

Я сжала руку Миллера со всей силы.

Но это не устранило боль. Ничто не могло этого сделать.

Легочная эмболия.

Его мать умерла мгновенно.

В тот день я наблюдала за тем, как распадался на части мой лучший друг, и не знала, вернется ли когда-нибудь мой Миллер.

Похороны — это просто отстой.

Пастор говорил о небесах, будто от этого мы почувствуем себя лучше.

Это не то, что нужно было слышать Миллеру. Потому что его мама, как и я, была его лучшим другом, его главным болельщиком. Его отец служил в ВМС и почти не бывал дома.

Миллер с матерью были «Динамичным дуэтом», как обычно их называл Миллер.

А сейчас?

Сейчас у Миллера осталась только я.

Работенка не из легких.

Задача слишком сложная, чтобы о ней даже думать.

Ободряющие слова были пропущены мимо ушей, и мы с Миллером положили розу на гроб и пошли на выход.

— Давай напьемся, — объявил Миллер, когда мы уселись в его машине.

Я кивнула.

— Хорошо.

— Серьезно? — Его взгляд стал пронзительнее.

Пожав плечами, я надела солнцезащитные очки, чтобы он не видел моих опухших глаз.

— Думаю, что, если кто-то из несовершеннолетних и заслуживает напиться, так это ты.

Мы не разговаривали, пока не вернулись в его дом, в его комнату, забрав с собой спиртное из тайника родителей.

— Возможно, это плохая идея, — сказала я.

— Да, — согласился Миллер, прежде чем лечь рядом со мной на кровать и уставиться в потолок.

Вентилятор кружил на потолке в умиротворяющем ритме, и я схватилась за руку Миллера как за спасательный круг. Мои пальцы медленно теряли чувствительность, пока он сжимал мою руку в ответ.

Через несколько минут Миллер, наконец, снова заговорил:

— Мне нужно кое-что тебе сказать.

— Черт, ты забеременел? — пошутила я, пытаясь снять напряжение.

Мягкий смех прозвучал и тут же исчез. Я ее ненавидела — тишину между нами. Обычно на ее месте было так много поддразниваний и смеха.

— Миллер? — Я легла на бок, подперев рукой голову, и посмотрела на него сверху вниз. — В чем дело?

— Папа… — он поперхнулся, — его перекинули… — он сглотнул. — На юг.

Меня охватил ужас.

— Но сейчас середина последнего года в школе!

— Ага.

— Тебе же здесь нравится!

— Ага.

— Твоя мама только умерла! — Я была взбешена. Очень. Сильно. Взбешена.

— И самая худшая часть… — Миллер, наконец, закрыл глаза. — Я не помню половину похорон… не потому, что так сильно по ней скучаю, а потому, что буду скучать по тебе. Словно я потерял и тебя, а ведь ты жива.