Чтение онлайн

Прямо на глазах темный меч превращается в переливающийся белый нефрит.

Все это время он был здесь, спрятанный на виду.

Самая жестокая шутка.

Я прячу голову у нее на груди, пытаясь услышать биение сердца.

Хоть что-нибудь.

Но ответом мне становится тишина.

АН

Я открываю глаза и вижу небо, расцвеченное оттенками пурпурного и голубого, где-то вдали, на горизонте теплеющего до ярко-оранжевого. Я смотрю на свои руки. Они выглядят нормально, даже кожа не обгорела. И чувствую я себя прекрасно. Место, в которое ударил меня отец, ничуть не беспокоит. В груди нет ни боли, ни раны.

Неужели я… мертва?

Раздается негромкое чириканье, и передо мной появляется гигантская птица с мягко мерцающими изумрудными и фиолетовыми перьями. Наклоняя блестящую голову то в одну сторону, то в другую сторону, она изучает меня своими большими умными глазами.

«Я ожидал не тебя».

– Кто ты? Где находится это место? – Я оглядываюсь, но замечаю лишь странный яркий пейзаж из ничего, какие обычно бывают во сне. Здесь есть только я и эта гигантская птица. Кажется, феникс.

«Это мое царство. Некоторые попадают сюда, пройдя испытание. Другие находят его иными путями. Похоже, ты принесла огромную жертву».

– Царство? Так ты Духовный Зверь?

Существо кивает.

«Какова твоя просьба?»

– Я… я могу что-то пожелать? – ошеломленно спрашиваю я.

Феникс издает звук, похожий на смех.

«Называй как хочешь. Так в чем состоит твое желание?»

Мой разум пустеет.

– Я не знаю… не знаю.

«Ты можешь отказаться от своего желания, если…»

– Нет! – восклицаю я. – Я хочу… хочу, чтобы… – я поднимаю глаза и наконец понимаю, что мне нужно, – я хочу, чтобы все, кто мне дорог, были в безопасности.

«Как пожелаешь».

Феникс расправляет крылья. Из его глаз катятся слезы и разбрызгиваются, так что одна касается моего лица. Я ощущаю запах травы и меда, и меня внезапно клонит в сон. Очень-очень хочется спать.

АЛТАН

Сквозь окружающий меня туман доносятся предупреждающие крики. Забытье отступает, и я снова прихожу в сознание. Слышу лязганье металла, чувствую запах огня и дыма… Вижу, как Тан Вэй, заслоняя собой бабушку Ан, отражает атаки священников. Ее подруги из секты Лотоса ведут схватку, но видно, что они несут потери. Тай Шуня с подкреплением нигде нет.

– Цзынь.

Я поднимаю глаза. Передо мной стоит Лейе. Он избит и покрыт синяками, один глаз заплыл, по боку струится кровь. Заметив, в каком состоянии его рука, я прихожу в ярость. Его жгли огнем.

– Выглядишь ужасно, – говорю я.

– Все же получше, чем ты. – Скривившись, он опирается на меч. – Вставай, Цзынь. Нам нужно сражаться.

– Ты не в том состоянии, чтобы сражаться.

– Держу пари, я мог бы побить тебя прямо сейчас. – Он кладет руку мне на плечо. – Оплачем ее позднее. Она хотела бы, чтобы мы покончили с этим.

Из открытой раны у меня в груди вырывается какое-то первобытное чувство. Не гнев, не ярость, а точное понимание того, кто я есть и кем не являюсь. Лейе прав.

Я должен покончить с этим.

Я осторожно опускаю Ан на землю и поворачиваюсь к Лейе. Он едва держится на ногах, но вот глаза сообщают все, что мне нужно знать. Он встанет рядом со мной и всегда был на моей стороне.

– Как в тот день на конюшне?

Он кивает.

– У нас есть только один шанс.

Мои губы кривятся.

– Тогда на этот раз нам лучше все сделать правильно.

Я высвобождаю свою магию. Воздух вокруг меня приходит в движение, ветер набирает скорость. Лейе протягивает здоровую руку, и из нее вырываются языки пламени: великолепные, ужасающие, блистательные. По его сигналу я начинаю вращать запястьями, и созданный мной ветер направляет его огонь в нужную сторону.

Тан Вэй выкрикивает предупреждение подругам из секты Лотоса. Я выстреливаю пламенем, обхватывая каждого священника пылающим лассо, заглушая крики и вопли. Пока священники горят, последовательницы секты Лотоса мечут кинжалы, нанося смертельный удар каждому из них.

Лейе, тяжело дыша, падает на землю. Я тоже опускаюсь на колени, ощущая себя опустошенным.

Дело сделано. Только вот какое это имеет значение?

Ан мертва.

Я возвращаюсь к ней, поднимаю девушку на руки и прижимаю к себе.

Забытье возвращается. Слезы текут по щекам, и я шепчу молитву богам, которых когда-то отверг.

Не знаю, сколько времени я стою на коленях, обнимая Ан и отчаянно молясь, чтобы она очнулась. Кажется, проходит целая вечность. Затем невозможный вздох.

Очень тихий, почти невесомый.

Я не смею даже надеяться, но что еще мне остается?

Наклоняюсь и слушаю самую прекрасную музыку в мире: слабое, но ровное биение ее сердца.

АЛТАН

Снег укрыл дворцовую территорию белым покрывалом, кристаллы которого мягко поблескивают в тусклых лучах зимнего солнца. Я наблюдаю за бурной деятельностью внизу. Слуги и чиновники суетятся, готовясь к коронации. Моей коронации. Она состоится во время Весеннего фестиваля, как раз перед моим девятнадцатым днем рождения. Благоприятное время, если верить придворным прорицателям. До этого события еще несколько недель, но, по-видимому, нужно много времени и усилия сотен людей, чтобы обеспечить пышность, которая приличествует моменту.

На сегодняшний день Нанда прекратила нападения, а я взамен открыл дипломатические каналы для разрешения спора о Южных Колониях. Подданные других народов будут присутствовать на празднествах в знак возобновления дружеских отношений с империей Ши. Приедет даже королева-затворница из Менгу, и я не могу не гадать, каковы ее истинные мотивы.

При поддержке Тай Шуня я вернул себе трон и начал устранять священников Дийе, отовсюду вытесняя их сторонников. Но мы оба знаем, что среди нас все еще прячутся шпионы.