Чтение онлайн

— А-а-а, мать вашу!!!

Он дёрнулся, пытаясь уйти от змеи, и почти по самый корень загнал свой член в глотку ласкающей его близняшки. Та захрипела, но Поттеру было не до неё.

Извернувшись, он схватил змею и отбросил её подальше, но в процессе этого потерял равновесие и рухнул на пол, сбивая с ног вторую близняшку и ещё сильнее проталкиваясь в горло первой.

Приземление вышло мягким — он уткнулся лицом в девичьи груди и ещё секунд десять лежал ничком, чувствуя, как конвульсивно сжимается горло индианки вокруг его члена. Это совсем доконало его, и он с хриплым стоном излился, чувствуя необычайное наслаждение.

Лишённая возможности дышать близняшка возмущённо заколотила ладошками по его заднице. Гарри устало приподнялся, извлекая из неё свой член, и отвалился в сторону.

— Идиот! — отдышавшись, выпалила она. — Ты чего так без предупреждения, я же чуть не задохнулась!

— Хренасе без предупреждения! — возмутился Поттер, но как-то вяло, без огонька. — Это вы развели тут… Пачку змей вам задницы да без вазелина!

— Чтобы ты знал, — наставительным тоном сообщила танцевавшая до падения, — любовные игры с очковой змеёй — неотъемлемый элемент многих индийских ритуалов, завязанных на магии секса!

— Отлично, отлично. Тогда, может, покажите как это, я посмотрю, а потом поучаствую.

Две индийские красавицы улыбнулись Гарри сладчайшими из улыбок, и он на секунду опешил, а потом подумал, что не одна из них не сравнится с Гермионой. Её улыбки редки, но самые искренние, а этим…

«Так, что происходит?»

Они поглаживали его голый торс, пока он глазами искал свою палочку.

Найдя все вещи на привычном стуле с красной бархатной обивкой, Гарри сделал шаг назад и девушки, которые ласкали его уши, вызывая мурашки по всему телу и повторную эрекцию, столкнулись друг с другом губами.

Но вместо того чтобы возмутиться или удивиться, застонали и начали волнообразно двигаться, то и дело соприкасаясь голыми сосками, промежностью, губами. Вскоре они впивались друг в друга, орудуя во рту языками, а руками сжимая попы, обильно смазанные ароматическим маслом.

Гарри ещё некоторое время завороженно за этим понаблюдал, сжимая в кулаке свой стояк, но вдруг увидел змею, которая пробралась одной из девушек в попу и та, оттопырив зад, приняла её внутрь со стоном и словами:

— Видишь, как это легко и приятно.

Гарри содрогнулся, схватил вещи и ретировался из комнаты, от запахов в которой у него уже кружилась голова и подташнивало.

Он в считанные минуты оделся и добрался до Выручай-комнаты. Гермионы там не оказалось. Ему почему-то пришла в голову мысль, что она тоже неплохо бы смотрелась в экзотическом наряде, тем более, что тело, как выяснилось, у неё ничуть не уступает индианкам, но кожа молочно белая и такая гладкая.

— Лежать, — хлестнул он словом свой член и взял карту Мародёров.

Точку с именем Гермионы он нашёл сразу же, но увидев, кто рядом с ней, вскричал от ужаса и бросился в дверь, вниз по лестнице по коридору прямиком к кабинету, в котором были слышны звуки там-тама.

* * *

Голова болела нещадно.

«Что за чёрт так долбит!»

Она хотела уже позвать Гарри, но стук, отдающийся в голове, повторился. Руки онемели словно были… Связаны?

Она резко открыла глаза и чуть не умерла от ужаса. Руки были связаны и подняты вверх, ноги разведены в стороны, открывая всем на обозрение розовую промежность. Волос на ней не оказалось, и Гермиона почувствовала, как по всему телу стекает что-то липкое и горячее. Она сглотнула и сразу опустила глаза, с облегчением поняла, что это не кровь, и начала дёргаться, пытаясь снять верёвку. Но не тут то было.

Посмотрев вправо, она увидела свои вещи и палочку на всё том же стуле, как и обычно, но дотянутся до неё не было никакой возможности. Взгляд влево и она обнаружила зеркало во всю стену, в котором отражался коричневый столб до самого потолка, высотой больше восьми футов, и она, к нему привязанная. Если абстрагироваться от всего происходящего ужаса, то, надо отметить, выглядела она очень аппетитно и, возможно, такое ей могло когда-нибудь понравиться. Очевидно же, что к экспериментам она относилась неплохо, но не с кем попало, а например с Га…

Подумать дальше она не успела. Резкий стук повторился, внезапно леопардовая шторка сбоку открылась и оттуда вышел огромный чернокожий Кингсли Бруствер.

Гермиона закричала от ужаса, когда увидела дубину на месте члена, другого названия его огромному «орудию» она подобрать не могла. Он был чёрный, лоснящийся, испещрённый синими венами и мелкими волосками. На голой груди афро-англичанина висел барабан, в который тот периодически бил.

— Что ты кричишь, моя богиня? — удивлённо спросил великан. — Ещё немного и сможем слиться в экстазе совокупления, на радость богу ТРАХУ.

— Кингсли, развяжите меня! — пискнула Гермиона, дрожа от страха. Одна мысль о совокуплении с этим — вызывала судороги ужаса. Сейчас она была готова пережить всю битву заново, только не то, что приготовил его странный бог Трах.

— Ну конечно, развяжу. Я сейчас как раз взываю к богу наслаждения, чтобы ты смогла принять в себя мой могучий баобаб, после сразу развяжу, а то я знаю вас англичанок, вы сразу убегаете. Между прочим, это — настоящий мужской размер, а не то, что висит у ваших соотечественников.

Гермиона подумала о Гарри и решила, что его размер вполне её устраивает, она уже хотела возмутиться, но Кингсли начал пританцовывать, отбивая босыми ногами быстрый ритм, и бить в барабан, всё время напевая одну и ту же мантру.

Гермиона забилась сильнее, поражённо наблюдая, как покачивается его огромный фаллос, даже не собираясь опадать. Он приближался к ней, и она вдруг представила, что это проникает в неё и разрывает напополам, потому как член был размером, примерно, с её бедро.

Она мысленно воззвала к богу, в которого не верила, и к Гарри, которого, пожалуй, любила. Когда она это поняла — непонятно, но нельзя не полюбить человека, с которым тебя связывает столько общего. И лучше бы это он сейчас приближался к ней и собирался бы сделать её своей, чем этот невообразимый фриканет.

По ногам потекла смазка, и Гермиона поняла, что боги-то его настоящие, или это опять шуточки Выручай-комнаты, как те же тентакли, а, может, она сходит с ума.

Он подходил всё ближе, одной рукой продолжая бить в свой там-там, другой сжал её грудь.

Гермиона заверещала:

— Убери свои грязные руки от моих девочек. Не смей трогать соски! Куда полезла твоя рука! Не для тебя моя вишенка росла! Гарри! Гарри! Помоги! О боже, не надо! Только не это! Убери его! Убери его подальше!