Чтение онлайн

Он держал ее за одну грязную «руку» и, хмурясь, говорил:

– Тебе, старушка, нужна хорошая мойка. – Он швырнул ее на ручку стоявшего напротив креслица Мелоди, где она бессильно приземлилась, и продолжал: – Никакой помощи от тебя… – Закинув руки за голову и повращав шеей, что, впрочем, не сняло скопившегося в нем напряжения, Джек размышлял вслух: – Александр Великий увидел гордиев узел, который не могли развязать лучшие тогдашние умы. Он вскинул меч и с громким криком разрубил его надвое… – Голос Джека медленно стих. – Разрубил…

Что делать, когда у тебя нет разгадки загадке об узле?

Разделить загадку на две.

Что, если разгадка прячется в твоем сердце?

В лиловом свете предрассветного часа Лорел выскользнула из гостевой комнаты, предоставленной Джеку, и прокралась в собственную спальню. Она еле могла ходить, когда встала с постели Джека, где он забылся сном. Колени еле держали ее.

Это была опасная захватывающая дух игра – пробраться к себе через весь дом в одной ночной рубашке. Некоторые слуги наверняка уже поднялись с постелей, потому что в доме были гости.

Оказавшись наконец там, где ей полагалось быть, притом благополучно незамеченной, она прислонилась к двери и облегченно вздохнула.

Ее комната выглядела необычно. Это была комната ребенка полная книг, рисунков и ленточек для волос. Теперь это казалось ей неправильным.

Окружающий мир больше никогда не будет прежним. И она сама прежней больше не будет. Этой ночью она познакомилась и подробно изучила ту сторону себя, о существовании которой даже не подозревала.

Когда она была маленькой, у нее была гувернантка; единственная из всех людей на свете предпочитавшая ее Амариллис. Женщина эта казалась строгой и придирчивой, но, осознав любовь Лорел к книгам и знаниям, потеплела.

«Тихие воды глубоки», – как-то сказала ей учительница в ответ на жалобу Лорел, что Амариллис превосходит ее во всем.

– Тихие воды, – прошептала Лорел. Это было так верно. В их доме никто не думал ни о чем, кроме ранга и богатства. Лорел проводила свои дни, просто живя рядом со своими родными, думая, что, если б смогла понять их, наверное, сумела бы заставить их понять себя.

Но как она могла понять, что таилось в ее глубине?

Теперь она впервые осознала, что представляет собой отдельную, не похожую на других личность. Она сделала самостоятельный шаг, отворила дверь и теперь на мили отдалилась от той девчонки, которой была вчера. Заботы ее семьи казались ей несущественными, как ветер в листве деревьев.

Она выйдет замуж за Джека. Как можно скорее. Она уедет с ним отсюда и будет жить с ним и любить его всегда. Он заберет ее отсюда и станет каждую ночь ложиться с ней в постель, и они будут творить там свою темную прекрасную магию. Магию, преображающую все вокруг. Она будет его женой, лучшим другом и любовницей.

Он станет для нее всем!

На этом месте она громко зевнула и, встряхнувшись отчаянно уставшим телом, поковыляла к кровати. Садясь на матрас, она поморщилась.

Ну может быть, они не станут заниматься этим каждую ночь. Вместо этого они могут раз или два в неделю просто поспать. При мысли об этом красочном, переливающемся всеми цветами радуги будущем с Джеком она даже хихикнула. Затем она упала на подушку и провалилась в глубокий сон полного удовлетворения.

А всего четыре часа спустя она выбежала к парадной двери дома прямо в халате, судорожно сжимая его, чтоб не распахнулся, и увидела, как Джека вышвырнули из их дома на гравий подъездной аллеи!

Она повернулась к сестре, наблюдавшей за происходящим с надменным безразличием.

– Что случилось? Почему папа так поступил?

Острый взгляд Амариллис прошелся по ней, и Лорел поежилась, понимая, как выглядят ее спутанные волосы и вспухший от поцелуев рот. Она повыше подтянула ворот ночной сорочки, чтобы скрыть красные пятна-ссадины от его щетины. Глаза Амариллис злорадно сверкнули, она смотрела на Джека, с проклятиями поднимавшегося на ноги.

– Джек отказался освободить меня от нашей глупой помолвки. Он подумал, что я выберу его вместо моего дорогого графа! Можешь себе представить? – Она ехидно улыбнулась сестре. – Он умолял меня безотлагательно выйти за него замуж. Бедный Джек! Он надоел мне еще неделю назад.

Амариллис гордо прошествовала в глубь дома, оставив Лорел растерянно смотреть, как двое здоровенных слуг насильно вскидывают Джека на его коня и хлещут того по крупу, чтобы он скорее унес незадачливого поклонника прочь. Джек еле держался в седле.

Он вернется! Лорел смахнула слезы с глаз и вздернула подбородок. Она доверила Джеку свою жизнь, и он теперь никогда не покинет ее.

Он вернется за ней, когда успокоит своего коня. Это просто недоразумение. Папа думал, что Джеку нужна Амариллис, хотя было очевидно, что он любит Лорел!…

Она прижала руку к лицу и ощутила упавшие на лоб спутанные волосы. О Боже! Она выглядит чудовищно! Ей следует пойти и переодеться. Джек скоро приедет за ней!

Он ведь почти сказал прошлой ночью, что любит ее!

Ведь так?!

В ранние утренние часы Джек осторожно пробрался мимо кровати со спящими Эйданом и Мэдлин в детскую комнату Мелоди. Он вынул ее спящую и расслабленную из постели и, усевшись на стуле, положил ее к себе на колени, тихонько баюкая.

Она заерзала, острые локотки решительно уперлись ему в живот. А на ее оставленной кроватке проснулся котенок и помотал своей большой головой.

Джек держал на коленях свою маленькую дочку и слушал ее сонное дыхание. Она росла так быстро: ножки уже свешивались с его колен. Он поцеловал ее в блестящую макушку, вдохнув чистый детский аромат, которому тоже суждено было скоро исчезнуть.

Наконец она зашевелилась. Большие, еще растерянные и затуманенные глазки, заморгав, распахнулись. Она долгим взглядом посмотрела на свою постельку, видимо, удивляясь, почему она не там. Затем подняла глаза на него. Детские пухлые щечки разрумянились ото сна. У нее были глаза Лорел. Они всегда будут напоминать ему о любви, которую он разрушил собственными руками.

– Папа, ты спал в моей кроватке?

Ее кроватка была не более ярда длиной. Джек представил себя, свернувшегося кольцом, как селедка в банке, втиснутого в эту ее кроватку…

– Нет, леди Мелоди, я не спал в твоей кроватке. Я только хотел сказать тебе «Доброе утро» и поприветствовать твоего замечательного кота.

Мелоди протерла глаза.

– Папа, я не могу найти Горди Энн. Она ушла.

Джек сунул руку в карман и извлек оттуда свою тайную наперсницу. Мелоди со вздохом облегчения схватила ее и прижала подбородком.

– Она вернулась!

– О, слава Богу! – произнес чуть хрипловатый голос от двери. На пороге стояла леди Мэдлин, в халате, еще не причесанная. – Я встала пораньше, чтобы снова поискать ее. Мы вчера были в настоящей панике. Колин даже поклялся пожертвовать еще одним галстуком, но Эйдан ему не поверил.