Негодяйские дни
Шрифт:
– Около тридцати.
Такайра и Мара, все это время стоящая рядом, переглянулись.
– Много!
– тихо заметила она.
– Да еще собаки. Этим тоже кто-то стукнул?
– Вок!
– взревел Такайра.
– Тащи сюда пленника и лошадей. Надо разъезжаться, чтобы сбить след.
Мара сделала шаг и оказалась совсем близко от Коршуна. Закинула руки ему на шею, притянула к себе.
– Я уведу их, Айра. Как всегда. Мы ведь влипли, да?
– Да, девочка!
– он взял её лицо в ладони.
– Чутьё подвело меня в этот раз. Старею.
– Неправда!
– воскликнула она и прижалась к его губам прохладными губами.
– Это неправда, Айра! Разъезжайтесь в разные стороны. Кто-то может отправиться в Плесс, кто-то - уйти лесами.
Вок привел связанного. Тот стоял молча, прислушиваясь. Но вдруг насторожился, повёл головой. Тонкий свист взрезал воздух. Один из солдат последним усилием дотянулся до валявшегося рядом арбалета и спустил курок. С чмоканьем болт вошел в чью-то плоть.
Мара медленно оборачивалась. Цепляясь за неё, на землю сползал Малыш. По его рубашке растекалось красное пятно. Не закрой юноша Мару собой - болт торчал бы из её тела.
Малыш цеплялся скрюченными пальцами за руки женщины, словно она была его жизнью. Вскрикнула Дарина, соскочила с седла и бросилась к ним. Мара опустилась на колени, обнимая юношу и прижимая к себе.
– Люблю... тебя...
– прохрипел тот, глядя на неё стекленеющими глазами.
– Имя, - потребовала она и подтянула его повыше.
– Скажи мне свое имя!
– Ю...жин...
Мара наклонилась к нему, коснулась его губ своими, и шептала имя до тех пор, пока юноша не задрожал в последней судороге и не вытянулся.
Братья уже стояли над телом солдата, сделавшего выстрел. Впрочем, добивать его не потребовалось.
Бледность на смуглом лице Такайры выглядела устрашающе.
– Старина, бери Садака. Поскачете на юго-восток, затем по Холмскому тракту вниз - там будет монастырь, где и укроетесь. Братья возвращаются в Изирим и ведут себя тихо. Сначала поедете с Воком, на тракте разъедетесь. Дарина... Дарина!
Плачущая женщина сидела в пыли у тела Малыша и подняла глаза лишь на грубый оклик.
– Едешь со мной в Плесс. Мара, забирай пленника. Дождись гиримов и уводи за собой. Возьмёшь Амока, а мы сядем на твоего Бриза.
Такайра перекинул мешок с деньгами через седло солового жеребца и принялся закреплять.
Мара удивленно глядела на него.
– Ты отдаешь мне тайгадрима? Добровольно?
Такайра усмехнулся.
– Не желаю твоей смерти, женщина. Я еще надеюсь когда-нибудь сделать тебя своей кайри. Мне... доставляет удовольствие убивать вместе с тобой.
Расширившимся зрачками Мара пожирала Коршуна. Слова Такайры, услышанные всеми, дорогого стоили.
– Я признаЮ наш хаг состоявшимся!
– рявкнул тот.
– Чего встали? Быстро, вон отсюда.
Он сам подвел Амока, на мгновенье прижал его морду к себе, потрепал по холке.
Младший неожиданно смущённо кашлянул и произнес:
– Коршун, а как мы найдем тебя?
Такайра раздраженно дернул плечом.
– Сам вас найду.
– Найди, - вдруг подал голос Старший, и все изумленно воззрились на него.
– Мы пригодимся, увидишь!
– Да и долю хотелось бы получить!
– лукаво улыбнулся Младший.
– Во имя Пресветлой Суки!
– заорал Такайра, не выдержав.
Его люди шарахнулись в стороны.
Мара грубо толкнула пленника к Амоку.
– Залезай!
Блондин неожиданно повел носом и сморщился.
– Фу, какое амбре! Судя по голосу - ты женщина. Судя по - запаху...
Мара коротко ударила его в скулу и дала пинка, чтобы ускорить движение.
– Она кошка, - улыбнулся Такайра.
Взлетел в седло Бриза и помог забраться Дарине. Женщина прижалась к его спине, пряча лицо. Слезы всё ещё текли по пухлым щекам.
– Бешеная кошка! Поэтому не зли её, пленник!
На поляне остались только они. Остальные уехали, бросая прощальные взгляды через плечо.
– Айра, - Мара, не выпуская повода Амока из рук, подошла к ним.
– А что мне с этим делать?
Она кивнула на пленника. Тот в очередной раз слизывал кровь с разбитых губ.
– После того, как он тебе будет не нужен - что хочешь. Можешь прибить... можешь отпустить, пусть сам выпутывается. Деньги всё равно у нас.
Такайра протянул руку, подушечками пальцев коснулся её виска, завел слипшуюся чёрную прядь за ухо. Не говоря ни слова, развернул Бриза в сторону Плесса и послал в галоп. Мара долго смотрела ему в след. Затем отвернулась и несколько мгновений смотрела совсем в другую сторону, напряженная, вытянувшаяся в струну. По бледному лицу пробегали тревожные тени и не зря... Оттуда приближалось нечто, что было куда опаснее гиримов с собаками!
Опомнившись, Мара села в седло позади пленника. Тайгадрим нетерпеливо затанцевал - чуял погоню и волновался в предвкушении.
Она ткнула кулаком пленнику промеж лопаток.
– Будешь меня раздражать, убью, - сообщила буднично.
Тот пожал плечами.
– Понял. Молчу.
– Уже раздражаешь!
– заметила Мара и тронула Амока шагом - навстречу преследователям.
Среди деревьев, еще далеко, но неумолимо и целеустремленно, перетекала, летела, бежала, спеша сделать свою работу, обратная сторона бытия. Старуха с чёрными крыльями. Смерть.
ПЕРВАЯ КНИГА ОКОНЧЕНА