Чтение онлайн

Дверь, поддавшись толчку от метаморфа, медленно закрылась, всем своим видом показывая, что делать собирается все неторопливо. Охранная вязь, окрашенная цветом магии смерти, пробежалась по контуру, надежно охраняя как от вторжения, так и от проникновения посторонних звуков.

— Кровать есть, — выпустив из своих объятий, начал осмотр помещений парень, — Даже вполне мягкая. Что у нас тут? О, смотри, кто-то принес сюда бутылку вина и стаканы.

Я наблюдала за своим мужем, и неожиданно пришла мысль, что он специально отправил меня танцевать с вампиром, чтобы принести в эту комнату вина. Иначе, зачем бы перепившему, находящемуся без сознания некроманту алкоголь и пара бокалов?

— Отис, ты потому предложил мне танцевать с Дарвом, чтобы все здесь устроить? — чуть прищурившись в неверном свете одинокого огонька магического шара под потолком, спросила метаморфа.

— Ну, Женя! Ведь хотел тебе сюрприз устроить! — укоризненно, но все же весело ответил мне мой любимый муж.

— Устраивай! — разрешила ему, и пообещала, — Я больше не буду ничего расспрашивать.

Метаморф словно только этого и ждал. Отис улыбнулся, повел в сторону рукой, как будто приглашая оценить его старания. И комната отозвалась на его движение. Под потолком вспыхнуло множество магических шариков самых разных цветов, они превратились в бутоны, которые медленно стали раскрываться. С их лепестков медленно начали осыпаться разноцветные искорки.

Я смотрела на эту красоту, задрав голову к потолку и приоткрыв рот от восхищения. Так красиво еще никто за мной не ухаживал. Подняла руку и попыталась поймать хоть одну искорку, но от моего движения, слушаясь велению воздуха, светящийся дождь вдруг превратился в вихрь. Пространство вокруг нас насыщалось все новой порцией светящейся красоты, обволакивало и превращало скромную комнату во что-то волшебное. Искрящиеся, разноцветные волны переливались по воздуху, закручивались в водовороты и вновь рассыпались задорным магическим дождем на пол, который усеивался этим великолепием и создавал ощущение отрыва от реальности. Искорки опадали на наши волосы, лицо, одежду, высвечивая силуэты и тем самым нас так же изменяя восприятие.

Я смотрела на светящегося Отиса, и он мне казался одновременно ближе ко мне и одновременно дальше.

— Не думала, что некроманты могут творить такие чудеса. Неужели они умеют красиво ухаживать? — восхищенно выдохнула я, а от моего дыхания взметнулся целый фейерверк огоньков, устремившихся в сторону метаморфа.

Легкие, невесомые, они готовы были лететь, увлекаемые малейшим колебанием воздуха.

— А ты думаешь, что мы только мертвых понимать умеем? — от всей души расхохотался Отис.

Теперь искрящаяся канитель полетела в мою сторону.

— Некроманты всегда суровые, ходят во всем черном, трудно представить, что каждый из них способен творить такую красоту, — пояснила ему и повела рукой в воздухе, любуясь на танец разноцветных искорок. Они не только послушно следовали за моим движением, но и оседали на кисть, превращая ее в светящуюся руку волшебника.

— У меня здесь еще заготовлен любовный напиток, — хитро подмигнул мне Отис и начал разливать вино по бокалам, — Больше никто не помешает нам быть вдвоем.

Он шагнул ко мне и протянул наполненный бокал. Его глаза сверкали не хуже того волшебства, что сам сотворил. Искрились волосы, плечи, руки и тот бокал, что он протягивал мне. Но больше всего света излучала улыбка метаморфа, от нее кружилась голова, и хотелось вновь ощутить на своих губах вкус поцелуя.

Мы выпили хмельного и очень пряного вина, осушив все до донышка, а затем Отис шагнул ко мне, сжав в своих объятиях, приникнув к губам жадным поцелуем. Бокал за ненадобностью выпал из моих рук, со звонким стуком разогнав на полу присевшие и успокоившиеся искорки. Второй полетел вниз, своим звуком подтверждая, что мы не нуждаемся ни в каком любовном напитке, наши чувства слишком сильны и вскоре из этого поцелуя разгорится пожар.

Мы целовались иступлено, понимая, что возможно это будет последняя ночь, которую мы проведем вместе. Запретность брака, недовольство моего рода избранником и Бристан, ожидающий, что стану его женой. Все это похлестывало страсть и в тоже становилось неважным. Сейчас были в этом волшебном мире, своем, собственном только он и я.

Мы любили другу друга так, словно боялись разорвать наши дыхания хоть на мгновение, будто вся наша жизнь зависит от этого поцелуя, длившегося неимоверно долго, от крепких объятий и от головокружительной близости с любимым мужчиной.

Искорки осыпали наши обнаженные тела и больше покидали своих мест. Вскоре мы стали такими же нереальными, как эта комната, где царило волшебство некроманта. Мы смеялись над своими светящимися лицами, с удовольствием слизывая во время поцелуя искорки. Удивительно, но мне показалось, что у них вкус того самого любовного напитка — пряный и бодрящий. Светящаяся кожа манила, дразнила. Я целовала каждую искорку на теле своего любимого, и он отвечал мне столь же откровенными ласками. Наши руки сжимали в объятиях, ноги переплетались, а губы стремились познать вкусить сладость поцелуя.

Лишь только магия напоминала о том, кто мы, все остальное растворилось в ней, стирая границы, отрешая от всех проблем. Возбуждение становилось настолько сильным, что тела уже подтрусывало в предвкушении, а затем новый поцелуй, срывающий все ограничения. Мой муж принадлежал мне, я отдавалась ему вся без остатка, стремясь навстречу, с жадностью ловя его прерывистое, хриплое дыхание.

С каждым разом мы словно возносились в вышину, где нега расплавляла наши разгоряченные и опаленные страстью тела. Сердца стучали в унисон, пережив очередной взрыв, глаза устало прикрывались, дыхание выравнивалось медленно, разгоняя вокруг тучи искорок. Но мы не могли насытиться и вновь тянулись друг к другу, испытывая такой восторг, что сознание практически отключалось, а страсть разгоралась с каждым разом все сильнее.

Нежные и откровенные признания говорили тихо или кричали в экстазе, сжимая друг друга в объятиях, отчего возбуждались еще сильнее. Отис был неумолим и неутомим, он не мог оторваться от меня, давая лишь немного времени, чтобы прийти в себя и вновь начинал меня соблазнять.

Нежный, любимый, родной.

Мое сердце пело рядом с ним и дико кричало от восторга, когда мы срывались в пучину накрывающего экстаза. Мы боролись с дикой реальностью за пределами волшебной комнаты своей любовью и неистовостью, со страстью предаваясь любви. Огромной, всеобъемлющей и удивительной. Разве могла я себе представить, что в каком-то чуждом мне мире, где почти нет обычных людей, а живут вампиры, оборотни, айерханы, встречу свою судьбу и им окажется метаморф. Самый замечательный парень, дарящий столько нежности, что мне иногда казалось, что сердце разорвется от переполнявших меня чувств.

Я не понимала, сколько прошло времени, пока мы усталые и счастливые упали на кровать. Отис положил мою голову себе на грудь, и было очень хорошо слышно, как бьется в груди сердце моего любимого мужа.

Мой муж. Как же это здорово звучит! Любимый, такой дорогой и все понимающий. От испытываемой нежности на глаза навернулись слезы. Пальчиком их искорок, прилипших к коже, я рисовала затейливые рисунки на его груди, смешивая краски, обрисовывая каждую мышцу, а затем изменяя свое творение новой фантазией. Он терпел и рассматривал мои художества, а затем не удержался, перевернул на спину и пересел на бедра.