Чтение онлайн

– Привет, преподобный Макнэлли!
– весело сказал Роган.

Женщина обернулась, увидела двух незнакомых мужчин и завизжала. Вскочив, она схватила одеяло и поспешно прикрылась. Что же касается мужчины, то он сначала остолбенел, но быстро пришел в себя. Тряхнув головой, он сел.

Не обращая внимания на свою наготу, Макнэлли спокойно посмотрел на вошедших, затем, не глядя на женщину, сказал:

– Иди приготовь нам чаю, Линни. Да и оденься, потому что, боюсь, нам сегодня будет не до этого.
– Голос его был низким и проникновенным.
– Я полагаю, вы барон Маунтвейл. Мое почтение, виконт Деранкур.

– Не очень-то вы приятная личность, - подойдя к постели, сказал Роган и швырнул преподобному халат.
– Одевайтесь. Мы будем вас ждать в вашей гостиной.

– Полагаю, у меня нет выбора, - сказал Макнэлли, задумчиво переводя взгляд с барона на виконта, - Какая жалость, что отсюда можно выйти только через одну дверь. Вы ведь пришли, чтобы опозорить меня, не так ли?

– Сначала опозорим, а потом застрелим, - ответил Роган.
– Причем с превеликим удовольствием.

Через десять минут преподобный Блай Макнэлли медленно вошел в гостиную. Вслед за ним вошла Линии, неся в руках чайный поднос, который явно давно не мыли.

– Прошу садиться, джентльмены.

– Поставьте чай и уходите, - сказал женщине Роган.

^ - Да, Линни, ты можешь идти. Надеюсь, ты будешь держать язык за зубами?

– Да, милорд.

Филипп Мерсеро недоуменно поднял брови:

– Милорд? Она считает вас милордом? Неужели это срабатывает?

Макнэлли пожал плечами:

– Иногда. Не всегда нужны деньги. Линни не очень умна, бедная пташка. Как только она станет мудрее, то станет требовать от меня деньги. Итак, что я могу для вас сделать, джентльмены? Я полагаю, вы вряд ли хотите жениться законным образом? Я изготовил такие бумаги, которые даже вы в первую минуту не отличите от настоящих.

Роган только улыбнулся, глядя на преподобного, который находился в том возрасте, в котором был отец Рогана, когда погиб на той проклятой дороге. Макнэлли был худым как палка и носил густую бороду. Он походил на методиста. Вероятно, именно поэтому молодые девушки верили, что он действительно тот, за кого себя выдает. Роган подошел к Макнэлли, коротким движением схватил преподобного за руку и завернул ее за спину.

Макнэлли застонал, попытался высвободиться, но не смог.

– Что.., в чем дело, милорд?

– Это только для того, чтобы привлечь ваше внимание, Макпэлли. А теперь я попрошу вас напрячь вашу замечательную память и вспомнить о том, что было пять лет назад. Вы совершили фальшивый обряд венчания над моим братом Джорджем Каррингтоном и молодой леди по имени Сюзанна Холворт.

– Это было очень давно, милорд. Я уже немолод.

Вы должны понять, что трудно...

Роган подтянул руку Макнэлли повыше, заставив его застонать от боли.

– Я сломаю вам руку, если ваша память сейчас же не улучшится, прошептал Роган ему на ухо.

– Хорошо. Пожалуйста, отпустите меня. Я расскажу вам все, что знаю. Потирая руку, Макнэлли заговорил:

– А что случилось, милорд? После того, как ваш брат умер, молодая женщина пришла к вам и требует денег? Вы ведь, естественно, знали, что венчание было фальшивым? Она до сих пор считает, что вышла замуж за вашего брата, или он ее давно бросил?

– Пусть это вас не заботит, Макнэлли. Скажите же все, что знаете. Роган сделал движение, как будто вновь собирался схватить его за руку.

Макнэлли быстро попятился, выставив руки перед собой.

– Хорошо-хорошо. Теперь я припоминаю. Это было весной. Пожалуй, в мае. Стояла чудесная погода.

Каррингтон-младший пришел ко мне и попросил совершить весьма специфическую свадебную церемонию. Я согласился, поскольку этим занимаюсь, и получил от него шестьдесят фунтов - обычную плату, которую беру тогда, когда заинтересованный молодой человек имеет очень богатых и влиятельных родственников.

До дня венчания я ни разу не видел юную леди.

Совсем юная, она казалась очень испуганной. Юный Джордж обманул ее так же, как и все те отпетые негодяи, с которыми мне пришлось иметь дело. Он поцеловал ее в нос и сказал, что для них это единственный выход. Разве она его не любит? Разве не хочет быть с ним вместе?. Могу смело сказать, милорд, что Каррингтон-младший был на высоте.
– Макнэлли сделал паузу и налил себе приличную порцию бренди.
– Джентльмены?

Оба кивнули.

– Продолжайте!
– сказал Роган. Он думал, что сейчас его сердце вот-вот разорвется. Младший брат Джордж, которого он всегда считал серьезным и трудолюбивым, оказался негодяем.

– Ну, как я уже говорил, - продолжал Макнэлли, налив им обоим по стакану бренди, - юная леди была испугана, но она была также возбуждена. Я не перестаю удивляться невежеству и глупости этих молодых женщин. Однако в данном случае юная леди все же проявила зачатки ума. Ей было не больше семнадцати, и она была действительно леди, а не вертихвостка, которую можно купить за деньги. Настоящая леди, потому я ее и запомнил. Она не имела представления о том, как действительно заключаются браки, но тем не менее уже перед самой церемонией спросила меня, будет ли брак законным, поскольку ни у нее, ни у младшего Каррингтона не было согласия родителей, не говоря уже о возрасте венчающихся.
– Как вы понимаете, это довольно сложный вопрос. Однако, между нами, мы С Каррингтоном-младшим сумели развеять ее опасения.

Как я помню, он врал самозабвенно. Пожалуй, я потом даже испытывал легкие угрызения совести.

Макнэлли пожал плечами и налил себе еще бренди.

– По правде говоря, я много лет уже не испытываю угрызений совести. Всем нужно жить, а лучше даже с некоторым комфортом. Но она была очень, очень милым созданием. Может быть, милорд, вы все же скажете мне, что с ней случилось? Я знаю, что ваш младший брат - якобы ее муж - год назад утонул.

Это весьма печальный случай, и я приношу вам свои соболезнования. Что же с ней стало? Или он просто бросил ее, когда насытился? Знаете, многие молодые люди так и поступают. Наверное, она пришла к вам и чего-то просит?

– Я уже говорил, что это не ваше дело. А теперь я хочу узнать о тех, кто в этот день сопровождал моего брата.
– Роган бил наугад, но все же попал в точку.

Макнэлли кивнул.

– Кто сопровождал?
– повторил Макнэлли.
– Я помню, что они были не так молоды, как Каррингтон-младший, - лет на пять или шесть старше. Они были соответствующим образом одеты, но юный Джордж Каррингтон отпустил их до того, как появилась молодая леди. Я помню, что все гадал, кто они такие. Очевидно, это были его друзья.