Чтение онлайн

Итак, одно из основных противоречий капитализма заключается в том, что он должен производить все большее количество товаров и в то же время понижать покупательную способность населения, препятствуя тем самым сбыту этих товаров. Или, говоря словами Маркса, «последней причиной всех действительных кризисов остается всегда бедность и ограниченность потребления масс, противодействующая стремлению капиталистического производства развивать производительные силы таким образом, как если бы границей их развития была лишь абсолютная потребительная способность общества» 1.

В начале XX в. капитализм вступил в свою высшую и последнюю стадию — империализм, или монополистический капитализм Ленин указал различные признаки, которыми эта эпоха отличается от предшествующей ей эры промышленного капитализма, преобладавшего в XIX в Основные черты империалистической стадии — стадии паразитического и загнивающего капитализма преобладание монополий, картелей и трестов, играющих решающую роль в экономической жизни; появление господствующей финансовой олигархии, экспорт капитала и завершение территориального раздела мира между главнейшими капиталистическими державами

Замена свободной конкуренции монополией — вот главная экономическая черта империализма. Монополии стремятся ограничить производство, сохранять высокие цены и в то же время снижать заработную плату рабочих Монополистический капитал повсюду усиливает эксплуатацию рабочих. Финансисты и монополисты становятся хозяевами государства, они используют его для поисков

1 К. Маркс. Капитал, М, Госполитиздат, 1949 г, т III, стр. 498

новых рынков, новых колоний, новых возможностей экспорта капитала и новых источников сырья. Монополии обостряют капиталистические противоречия, ускоряя наступление кризиса относительного перепроизводства.

Кроме того, монополии повсюду наталкиваются, как на барьер, на ограниченную покупательную способность населения. Параллельно с ростом богатства и могущества монополий происходит обнищание масс во всем капиталистическом мире. Даже в США, которые не испытали на себе опустошительного действия империалистических войн, 70 % семей получают доход, не достаточный для обеспечения минимальных условий нормального существования (по данным комитета Геллера при Калифорнийском университете). При капитализме накопление баснословных богатств ничтожным меньшинством «.. есть в то же время накопление нищеты, муки труда, рабства, невежества, одичания и моральной деградации…»1 огромного большинства человечества.

Этим объясняется обострение борьбы между капиталом и трудом, все усиливающиеся противоречия внутри капиталистического хозяйства, лихорадочная погоня за рынками и, наконец, все большее упорство, с которым капиталисты-монополисты при помощи войны и фашизма стараются удержать свою власть и свои привилегии.

Итак, только марксистско-ленинское учение способно выявить взаимосвязь между колоссальным развитием капиталистической техники и производительности и все усиливающимся обнищанием масс, между ростом частных гигантских промышленных предприятий и стремлением монополистов к кровопролитным войнам, уничтожающим миллионы людей

1 К. Маркс. Капитал, М, Госполитиздат, 1949 г., т. I, стр 651.

В период, последовавший за первой мировой войной, международная реакция столкнулась с проблемами, во многих отношениях аналогичными тем, с какими ей приходится иметь дело сейчас. Прежде всего это был вопрос о том, как уничтожить молодую Советскую республику В 1917 г. русский народ совершил, с точки зрения реакции, непростительное преступление, он сверг феодальную и капиталистическую олигархию и национализировал землю и промышленность. За то, что Советы стали создавать новую систему политической и экономической жизни, на них немедленно обрушились армии интервентов всех главных капиталистических держав, включая США и Японию Политическим вдохновителем их был Уинстон Черчилль. Миллионы людей были убиты белогвардейскими войсками Петлюры, Деникина, Колчака, Врангеля, Пилсудского и других, войсками, вооруженными Англией, Францией, Голландией и Соединенными Штатами. Стальные тресты и финансовые объединения этих стран стремились сохранить в своих руках богатые сырьевые ресурсы России. Красная Армия вышла победительницей из долгой, ожесточенной борьбы Лондонские, парижские, амстердамские и уолл-стритовские банкиры были вынуждены ожидать «лучших дней»

Правда, они достигли большего успеха в подавлении вызванного войной революционного движения в других частях Европы. В Германии, Италии, Австрии и Венгрии рабочий класс готов был расправиться не только с марионетками — Габсбургами, Гогенцоллернами и Савойской династией, но и с господствующими классами, интересы которых представляли эти монархии. Международные тресты были крайне встревожены возможностью того, что рабочие Европы захватят банки и заводы и начнут

управлять ими на благо народа. Английские и французские армии организовали блокаду рабочего правительства Венгрии, которое в конце концов, было взято измором и уничтожено военной интервенцией при содействии «Комиссии помощи Европе», возглавляемой Гербертом Гувером. Когда свержение продажной Савойской династии в Италии и расправа со скрывавшейся за ней группой спекулянтов казались неминуемыми, дельцы лондонского Сити и Уолл-стрита поспешили им на выручку, дав средства на спасение «итальянской свободы» и «частной инициативы» при помощи чернорубашечников Муссолини. Изменническая политика правых социал-демократов во главе с Турати, предавших рабочий класс Италии, расчистила путь «походу на Рим» Муссолини и установлению в Италии фашистского режима

Но этого было недостаточно. Нью-йоркские, лондонские и парижские финансисты понимали, что им не устоять в решительной схватке между ослабевшим европейским капитализмом и растущим демократическим народным движением, если они не поддержат рурские монополии, этот оплот европейской реакции К 1918 г. в Германии назрели исторические условия для разгрома ее господствующего класса. Среди немецких рабочих и широких масс трудящихся нарастало озлобление против капиталистов-спекулянтов, наживавшихся на войне, двуличных политиканов Антанты и благодушной мелкобуржуазной интеллигенции, которая умела только говорить, но никогда не претворяла своих слов в дело. Германская реакция, поддерживаемая прямо и косвенно немощными веймарскими либералами и социал-демократами, в особенности Эбертом, Шейдеманом, Носке и другими правыми лидерами немецких социал-демократов, — разгромила революционные силы народных масс Германии.

В 1920 г. на совещании германских, английских и американских промышленников, происходившем в отеле «Кайзердорф» в Берлине, было собрано 500 млн. марок, «на истребление красных» в Германии. После этого начались налеты на собрания рабочих и демократических организаций под лозунгом борьбы с коммунизмом. Погибло много либеральных и прогрессивных деятелей: Ратенау, Эрцбергер, Роза Люксембург, Карл Либкнехт и другие. Позднее появились фашистские организации:

«Стальной шлем», «Легион ветеранов», «Черный рейхсвер» и, наконец, гитлеровские нацисты; всех их вооружала и финансировала германская и международная реакция. Установление гитлеровского режима в Германии и Европе было только завершающим эпизодом в длинном ряде организованных действий, направленных к тому, чтобы превратить Германию в антисоветский авангард мировой реакции.

Союзы, основанные на наживе и кровопролитии

Роль защитников и сподвижников европейской реакции как нельзя лучше совпадала с политическими и экономическими целями германских империалистов. Хозяева Германии — химические и металлургические магнаты Рурского бассейна и юнкерство — рассматривали свое поражение в 1918 г как временную неудачу Для того чтобы возобновить свою борьбу за захват мирового господства, им необходимо было построить более совершенные заводы, развить и модернизировать свою и без того передовую технику с целью начать производство мощного вооружения для очередной бойни. Средства для восстановления военного потенциала Германии были быстро найдены Без миллиардных кредитов, без санкции западных держав на нарушение Версальского договора и перевооружение германские планы натолкнулись бы на очень серьезные препятствия. Англо-американские капиталисты рассчитывали при помощи займов нажиться, участвуя в прибылях и частично контролируя германскую промышленность, и одновременно возвести укрепления против Советского Союза и растущего европейского прогрессивного и профсоюзного движения.