Чтение онлайн

Шестеро охранников, подняв пистолеты, бросаются ко мне, но, поняв, кто я, снова опускают оружие. Двое мужчин привязаны к стульям в комнатах по другую сторону стеклянных стен. Те двое, что убили моих родителей. Но я почти не замечаю их, потому что мои глаза прикованы к двум людям у стены.

Изабелла, в одном нижнем белье, стоит на коленях на холодном твердом полу. Ее запястья и лодыжки закованы в кандалы и прикованы к одному из толстых металлических колец, вделанных в пол позади нее. Изначально она смотрела только на моего деда, но как только я вошел, она перевела взгляд на меня. И ее глаза тут же расширяются от шока.

Я перевожу взгляд на Федерико, который стоит перед ней.

Во мне закипает ярость.

— Отпусти ее, — говорю я. Это не просьба.

— Энрико, — говорит мой дедушка. Выражение его лица суровое, но взгляд немного смягчается, когда он смотрит на меня. — Я собирался послать за тобой позже, потому что ожидал такой реакции. — Он бросает на Изабеллу ядовитый взгляд. — Этой змее удалось одурачить тебя...

— Не смей, — рычу я. — Говорить о ней так.

Он тяжело вздыхает.

— Ты только подтверждаешь мою точку зрения, Энрико.

Не сводя с него глаз, я протягиваю руку.

— Дай мне ключи.

— Нет. Мои охранники снимут с нее цепь, а затем прикуют вон к тому стулу. — Он кивает в сторону третьей комнаты, а затем снова смотрит мне в глаза. И когда он говорит, в его голосе звучат жесткие нотки, полные абсолютной властности. — А потом ты будешь стоять здесь и смотреть, как я буду пытать ее и двух ее коллег за убийство твоих родителей. Если, конечно, ты не захочешь помочь мне пытать их. Я с радостью позволю тебе это.

— Она...

— Шесть лет, Энрико, — огрызается он, перебивая меня. Его темные глаза вспыхивают гневом и болью, когда он смотрит на меня. — Мы ждали этого шесть лет! Шесть лет, чтобы отомстить. И я свершу нашу месть, заставив их заплатить сполна. — Он щелкает пальцами своим охранникам. — Взять ее.

Я реагирую чисто инстинктивно.

Выхватив пистолет, я направляю его в голову дедушки.

Шесть охранников вокруг меня тут же направляют на меня свои пистолеты.

Я даже не смотрю на них. Все мое внимание сосредоточено исключительно на дедушке, когда я пристально смотрю на него.

— Не. Трогай. Ее. — В каждом моем слове чувствуется сила и угроза. — Не смей прикасаться к ней.

Изабелла, стоящая на коленях на полу резко выдыхает от удивления. Я чувствую, как она смотрит на меня широко раскрытыми глазами, но сейчас я не могу отвести взгляд от Федерико.

Он тоже смотрит на меня. Но не выглядит сердитым. Приподняв брови, он выглядит искренне ошеломленным.

Взмахом руки он приказывает своим охранникам опустить оружие. Они опускают. Я же, напротив, продолжаю целиться ему в голову.

— Ты действительно наставил на меня пистолет? — Спрашивает Федерико. — На собственного деда. Ради нее.

— Да, — отвечаю я без колебаний.

— Почему?

На этот раз я прерываю зрительный контакт. Мой взгляд падает на Изабеллу, и я отвечаю:

— Потому что я люблю ее.

С ее губ срывается легкий вздох, а на лице проступают эмоции.

Я перевожу взгляд обратно на своего дедушку, который раздраженно вздыхает.

— Любовь делает из нас дураков, — в его голосе почти слышится тоска. Затем выражение его лица снова становится суровым, и в его словах звучит абсолютная уверенность. — Но это не так. Это иллюзия. Ложь. Она лгунья и убийца, и она использует тебя только для собственного выживания.

— Да, она лгунья и убийца, — отвечаю я. — Но не со мной.

Наконец терпение Федерико, похоже, лопается. В его глазах вспыхивает ярость.

— Хватит! Опусти пистолет и убирайся, если не можешь этого вынести. Но я все равно замучаю их всех до смерти.

— Ты совершаешь ошибку.

— Из-за них погиб мой сын! — Слова, вырывающиеся из него, полны боли и ярости.

Это только разжигает во мне гнев. Подняв другую руку, я тычу ею в сторону двух мужчин за стеклянными стенами.

— Из-за них погиб твой сын. — Затем я указываю на Изабеллу. — А она — причина, по которой твой внук все еще жив.

— Она одна из них.

— Она спасла мне жизнь.

— Потому что она струсила.

— Она не струсила. Она сделала выбор. Она решила оставить меня в живых, хотя и знала, что при этом рискует собственной жизнью. И после этого она еще дважды спасала мне жизнь.

— Она тебя одурачила.

— Посмотри на нее! — Кричу я, снова указывая рукой на Изабеллу. — Как ты думаешь, откуда у нее все эти травмы? Все эти порезы и синяки? — Не сводя глаз с Федерико, я взмахиваю рукой и указываю на Дерека и Себастьяна. — Они пытали ее, чтобы она сказала им, где я. Они пытали ее. И все же она не сдала меня.

В его глазах мелькает тень сомнения, прежде чем он снова стискивает челюсти.

— Возможно, таким образом она лишь просто хотела защитить себя.

— Защитить себя? Подвергаясь пыткам?

— Это...

— Хорошо, тогда как насчет этого? Ты знаешь, почему она пошла на ту парковку, чтобы встретиться с ними сегодня?

Мой дедушка просто молча смотрит на меня в ответ.

— Она пошла туда, потому что заключила с ними сделку, — начинаю я. — Сделку, в рамках которой Изабелла должна публично пресмыкаться перед их гребаным мастером, выдержать двести дней пыток, а затем позволить им казнить ее в обмен на то, что они вычеркнут меня из списка жертв и оставят в живых.

Удивление мелькает на лице Федерико, и он бросает взгляд на Изабеллу.

Я тоже смотрю на нее и вижу, что она в шоке смотрит на меня. Очевидно, она не ожидала, что я это узнаю.

— Кейден был в доме, — тихо объясняю я ей. — Он подслушал твой телефонный разговор.

— Она могла это подстроить, — протестует Федерико. Но теперь его голос звучит неуверенно. — Вполне вероятно, она даже и не звонила никому. А просто сказала все это, потому что знала, что Кейден подслушивает.

— Спроси их. — Я киваю в сторону Дерека и Себастьяна, закованных в кандалы в других комнатах. — Спроси их о сделке. И о пытках. Они подтвердят это.