Чтение онлайн

Ко всему прочему, Дэйзи понимала, что должна была действовать скорее, поскольку чем дольше она несла в себе это бремя, давящее и душащее словно изнутри, тем сложнее становилось ей. Девушка была уверена, что всё переменится в её жизни и та заиграет совсем другими красками лишь тогда, когда Дэйзи выполнит клятву, данную брату. А до этого ей не будет покоя, будет лишь хуже. Существовала даже вероятность, что всё это сведёт её с ума. Не зря же, в конце концов, вампир уже мерещился ей везде, даже в людях. Как, например, вчера в том незнакомце.

Эта мысль невольно вызвала в девушке воспоминания о вчерашней ночи, и Дэйзи быстро помотала головой, как будто стараясь стряхнуть с себя временное наваждение. Думать о каком-то человеке сейчас для неё было непозволительно. Даже проблему с Ричардом, которую надо было решить в кратчайшие сроки, Дэйзи отложила в списке своих дел. Сейчас все её мысли должны быть заняты только этими записями, чтобы найти в них хоть какой-то шанс на нормальный план дальнейших действий.

Колдун мало что писал о вампирской жизни Уильяма. Видимо, она не была известна ему точно, лишь в общих чертах, мало что значащих. Но Дэйзи и не искала другого, и, тем более, не ждала. Не мог же отшельник следить за каждым вампиром, о котором писал? То, что она узнала, уже было немало. Девушку разочаровало то, что Уильям оказался старше, чем она предполагала. С трёхсотлетним убийцей справиться будет сложнее, чем она могла себе представить. Но, к счастью, он всё же не был чистокровным, а это означало, что владеть гипнозом в совершенстве он сможет только после тысячи прожитых лет. Также это значило, что превращаться в летучую мышь, ворона или сову он не мог вообще, в отличие от тех, кто был рождён вампирами. Не мог он и обращать людей в себе подобных. Но в остальном, Уильям обладал схожими с чистокровными способностями, в числе которых были сверхъестественная скорость и сила.

Дэйзи вдруг посетила другая, страшная мысль: как вообще появились первые вампиры, такие, как Чарльз? Ведь монстры вроде них не могли иметь детей. Это и заставляло их время от времени обращать людей в себе подобных. Откуда же появились сами чистокровные – ответ на этот вопрос не укладывался в её голове, а различные предположения были слишком пугающими. Девушка отбросила всё более мрачные мысли на этот счёт из головы. Ни к чему ей было вообще об этом думать. Это едва ли помогло бы делу.

Услышав звук шагов по коридору, смежному с её комнатой, Дэйзи на всякий случай спрятала папку за юбками платья, оглянувшись. Тревога оказалась ложной, девушку никто не побеспокоил. Она снова вернулась к чтению, поймав себя на мысли, что её образ жизни с каждым днём становился всё более ненормальным. Бесконечные тайны от своей же семьи, сплетни о ней по всему городу, её собственные страхи и беспокойные мысли – всё это словно затягивало в страшный водоворот, выбраться из которого, казалось, было практически невозможно. Вздохнув, Дэйзи решила вовсе не думать обо всём, что происходило, в том числе и об абсурдности собственных действий. Сомнения – путь не к успеху, а к поражению, а для неё оно было непозволительно.

Среди бесполезных, как теперь ей казалось, записей о привязанностях Уильяма, включая вампирш, с которыми он когда-либо встречался, Дэйзи вдруг натолкнулась на одну любопытную новость. Выяснилось, что некий Энтони, вампир из клана Чарльза, взаимно недолюбливал её врага. У них были напряжённые отношения. То, что она прочитала дальше, обрадовало девушку ещё больше: этот Энтони оказался старше Уильяма. Следовательно, был сильнее. Сама собой в голове у Дэйзи возникла мысль о возможном сотрудничестве с данным вампиром против её врага. Да, скорее всего, Энтони убивал людей не меньше, а, возможно, даже больше, чем Уильям. Но в данной ситуации у девушки особо не было выбора. Ей, в общем-то, оказалось, не было до этого дела. Энтони ни в чём не провинился перед ней, он не убивал её брата. Да, она недолюбливала всех кровососов за их жестокость, но неприязнь к любому из них – это одно, а её ненависть к Уильяму – всё же совсем другое. Ради дела она смогла бы отступить от принципов и принять помощь даже такого нового и неожиданного союзника, если бы это было хоть немного реально. Всё же, как ни соблазнительно выглядела идея объединиться с кем-то сильным и тем самым достичь успеха, умом Дэйзи понимала, что это мало возможно. Куда больше вероятность, что, встань перед Энтони выбор – она или Уильям, тот выбрал бы второго, несмотря на какие-либо их разногласия. В конце концов, она человек, а вампиры, как правило, ни во что не ставили людей. Но, как бы там ни было, Дэйзи решила всё же не отказываться от подобного плана действий, отложив его как самый крайний, на тот случай, если никаких других надежд у неё не будет.

Вампирская жизнь Уильяма толком не была расписана и не давала никаких зацепок. Быстро пробежавшись взглядом по строчкам и не находя больше ничего, что могло бы подбодрить, Дэйзи дошла и до нового заголовка, гласящего, что дальнейшие записи будут о человеческой жизни её врага. Это, конечно, не значило ничего особенного, но всё же вселяло небольшую надежду. Всё-таки, в нём когда-либо должны были быть хоть какие-то положительные чувства, пусть и задолго до обращения. Вдруг, что-то ещё, хоть какие-то отголоски, остались и сейчас. Хоть что-то, на чём можно было сыграть.

Но то, что Дэйзи прочитала, значило, что она всё же ошиблась в своих позитивных предположениях. Судя по всему, у него и при человеческой жизни не было никакой совести, даже её подобия. Уильям, как и все обращённые вампиры клана Чарльза, жил в этих, родных для неё краях. Но место, которое раньше было маленьким пригородом к Торнтону, теперь разрушилось и покоилось в руинах. Однажды девушка была там, и помнила, какую мрачную картину оно представляло сейчас, в её время, в отличие от того, что было три сотни лет назад, когда там жил он. Дэйзи никогда не слышала прежде о причинах этого развала, но теперь она узнала: вампиры.

Какие именно, не уточнялось, но они, видимо, в то время не так осторожничали, как сейчас. Они просто группой напали на этот самый пригород однажды ночью, ещё в то время, когда Уильям был человеком, причём ребёнком семи лет. Всё тёмное время суток они напивались кровью, издевались над своими жертвами, убивали и насиловали. Закончилась эта резня тем, что на рассвете вместо домов были лишь руины, вместо жителей – гора трупов, включая и взрослых, и детей. Уильям в это время гулял с друзьями. Они, наверное, играли во что-то наподобие догонялок или вроде того. По крайней мере, вышло так, что он оторвался от других ребятишек и, когда вернулся к ним, застал страшную картину: вампиров, пожирающих его друзей. И, вместо того, чтобы хоть что-то предпринять или как-то попытаться спасти их, Уильям лишь спрятался, наблюдая всё происходящее собственными глазами. Судя по всему, в этой засаде он просидел до самого момента, когда всё закончилось. Впрочем, этот его поступок Дэйзи ещё могла понять. В конце концов, ждать геройских действий от детей в таком возрасте было бы странно. Тем более, в подобной ситуации. Хотя сама она была уверена, что на его месте хоть как-то попыталась бы спасти друзей. Пусть даже ценой своей жизни, но, по крайней мере, не умерла бы напрасно.

Как бы там ни было, гораздо больше поражал и ужасал Дэйзи другой факт: как, после всего случившегося, Уильям мог вообще стать вампиром?! У нормальных людей на его месте должна была зародиться сильная ненависть к этим монстрам после пережитого, а уж речи о том, чтобы стать одним из них, и быть не могло. На такое способно только настоящее чудовище, лишённое каких-либо чувств. Ведь, даже если допустить мысль, что Уильям мог быть обращён насильно, сейчас не было похоже, будто он этим не наслаждался. Если бы у него было хоть какое-то подобие совести, он бы сразу после обращения вышел к солнцу, чтобы сгореть заживо, а не продолжал жить, убивая людей. Включая и ребёнка – её брата, и Дэйзи была уверена, что не его одного из детей.

Судя по дальнейшим записям, рассказывающим вкратце о человеческой жизни Уильяма, он вскоре после случившегося перебрался непосредственно в Торнтон. Девушку передёрнуло от мысли, что её враг когда-то жил где-то совсем рядом, возможно, даже в её доме. Поскольку никто из его родных не уцелел, он устроился работать в довольно состоятельную семью. Которая, вероятно, взяла его из жалости, ведь от семилетнего мальчика вряд ли мог быть какой-то прок. Вместо того, чтобы с благодарностью принять это, он уже вскоре, повзрослев, начал вести беспечный образ жизни, тратя хозяйские деньги на пустые развлечения. Читая о его похождениях, Дэйзи удивлялась терпению семьи, принявшей его. Оставалось только недоумевать, почему они вообще не выгнали наглеца.

Причём они позволяли ему жить в своём доме вплоть до девятнадцати лет, пока Уильяма не забрали в войска Англии из-за обострившихся отношений и возможной угрозы со стороны Шотландии. К тому же, назревал и конфликт с Испанией. Судя по написанному, в одном из малозначащих сражений как раз и был обращён Чарльзом её враг. Уильяму тогда было двадцать пять.

Ещё раз перелистав папку, перечитав некоторые записи, Дэйзи задумалась. У неё вдруг созрел другой, странный и, возможно, неоправданно рискованный план. Места, которые теперь покоились в руинах, находились не так далеко от её родного города. Добраться до них было бы даже быстрее, чем, например, проехать весь лес до лачуги колдуна. Конечно, судя по всему, Уильяму не было никакого дела до того, что тогда случилось с ним в детстве, но всё же, девушка не могла в это поверить до конца. Она сомневалась, что он когда-либо возвращался туда, где всё произошло. Ко всему прочему, Дэйзи вдруг вспомнила его слова: «Не все вампиры спят на рассвете». Вообще-то, если подумать, это было странно, поскольку, по легендам о них, как выяснилось, правдоподобным, утро – самое подходящее время для их сна. Но не для Уильяма. А вдруг это было как-то связано с тем, что случилось с ним в детстве?

Девушка быстро поднялась с кресла, открыв сундук с вещами. Сейчас или никогда – она решилась, и, пока не передумала, нужно было хотя бы попытаться действовать. Дэйзи должна была любым способом заманить его туда. Застать его врасплох, навеяв ужасные воспоминания, сыграть на его чувствах, которые, возможно, ещё остались, и, наконец, покончить со всем этим. Она больше не могла ждать. И дело было не только в том, что Чарльз со своими вампирами мог в любой момент покинуть лес.

Дэйзи оделась в не стесняющий движения брючный облегающий костюм. Сверху она надела довольно свободную куртку, ту, что неплохо прикрывала спрятанный под рубашкой возле груди кол. Второй она засунула за пояс. Ещё один, мелкий, третий, спрятала в рукаве, закрепив его в предусмотрительно зашитый изнутри узел. На этом девушка не успокоилась, выудив всевозможные украшения, содержащие в себе серебро, и надела их на себя, не заботясь о том, как это выглядело со стороны. Волосы она оставила распущенными, чтобы скрыть часть из украшений. К тому же, в свободном падении чёрные локоны Дэйзи умело помогали куртке прикрывать своим видом один из спрятанных кольев.