Неизменный
Шрифт:
Она пристально посмотрела на меня.
— Не заставляй одиннадцатый домик ждать. Живо.
— Я вернусь через несколько минут.
— Не торопись, — сказала она, как всегда оставляя последнее слово за собой.
Я толкнула дверь, и убежала. Она понятия не имела, что значило пребывание Сойера здесь, на её курорте. К счастью для неё же. Я достаточно заботилась о Мэгги, чтобы держать её в неведении.
Но это также означало играть в эту игру так, чтобы она никогда не узнала, что её правила были сложнее, чем ей казалось. А я предвидела адский уровень сложности.
Запрыгнув в один из наших мини-картов, которые мы использовали, для перемещения по курорту, я направилась навстречу с самим дьяволом.
По дороге я на время забыла о монстре в одиннадцатом домике. Мне нравилась гора по утрам. Облака облепили её со всех сторон, покрывая туманом и заставляя золотой свет сверкать там, где он пробивался. И было так тихо. Там было благоговение. Тишина, которую понимали даже туристы. Они ходили на цыпочках в ранние часы, впитывая каждую секунду этого великолепия.
К моменту, когда я подъехала к дому Сойера, я немного оправилась от шока, вызванного встречей с ним в пятницу вечером, тем, что произошло вчера, и от звонка ему сегодня утром.
Не то чтобы я меньше боялась или перестала планировать вытащить нас с Джульеттой из этого как можно быстрее. Но нервничала я гораздо меньше. Шок от встречи с ним после всего этого времени, когда я действительно верила, что больше никогда его не увижу, прошел.
Или, по крайней мере, я перестала отрицать реальность происходящего.
Сойер был здесь. Сойер был во Фриско, и на моем курорте, и в моей жизни. И, похоже, никуда не собирался уходить.
Я не могла свернуться калачиком в позе эмбриона, и ждать пока он снова исчезнет. Так что пришло время встретиться с кризисом лицом к лицу и разобраться с ним. Я может и заржавела, но я знала правила игры не хуже других. Я могла бы быть умнее его. Я могла бы быть быстрее него. Я могла бы быть более изобретательной, чем он.
Мне просто нужно было преодолеть свой отрицательный настрой и начать пытаться.
Подхватив полотенца с пассажирского сиденья карта, я направилась по каменной дорожке к входной двери его домика. Наши коттеджи представляли собой живописное зрелище на фоне гор. С крылечками и сайдингом из бревна они были настолько очаровательны, насколько можно было себе представить. Они напомнили мне маленькие бревенчатые домики Линкольна с их наклонными зелеными крышами и выкрашенными в зеленый цвет дверями.
Сойеру лучше бы обожать своё жилье.
Дверь была приоткрыта и широко распахнулась, когда я постучала в неё. Я отступила назад, не ожидая, что Сойер оставит её открытой. Меня встретила только тишина. Его нигде не было видно ни в гостиной, ни на прилегающей кухне.
— Привет, — крикнула я.
Ответа не последовало.
Я постучала еще раз и крикнула:
— Привет, — на этот раз громче.
По-прежнему никакого ответа.
Посмотрев направо, я увидела, что его джип припаркован на подъездной дорожке, значит, он должен быть дома. Кроме того, возможно, я не обмолвилась с Сойером и словом за последние пять лет, но я знала этого человека достаточно хорошо, чтобы понимать, что он никогда случайно не оставит свою входную дверь открытой.
Этот человек был параноиком.
Как и я.
Это было влияние работы, она заставляла нас вечно оглядываться через плечо и предполагать, что у всех, кого мы встречали, были скрытые мотивы.
Я осторожно шагнула внутрь.
— Сойер! — крикнула я. Ответа так и не было.
Ладно, у меня было два варианта. Я могла бы предположить, что с ним всё в порядке, и оставить полотенца на пуфике рядом с дверью. Я могла бы уйти до того, как он заметит меня, и вообще избегать разговоров с ним.
Или я могла бы притвориться, что беспокоюсь о его благополучии, и осмотреться вокруг. Незаметно, конечно.
И без злого умысла — чтобы он не попытался меня убить.
Я выбрала второй вариант.
Зажав полотенца в руках, я вошла внутрь арендованного Сойером домика и пинком ноги тихо закрыла за собой дверь. В передней комнате я не нашла ничего из его вещей, кроме двух пар обуви — поношенной пары кроссовок и пары новых, красивых ботинок. На кофейном столике лежала книга неизвестного мне автора. Вроде как художественная литература.
Так Сойер теперь жил скучной жизнью. Интересненько.
Пробравшись на цыпочках в кухню, я обнаружила те же самые, вызывающие интерес вещи, которые не вязались с характером Сойера, которого я знала пять лет назад. Но все они оказались бесполезными для исследовательских целей. На стойке стояли шесть упаковок местного пива и английские кексы. Заглянув в холодильник, я обнаружила яйца, бекон, продукты для сэндвичей, маринованный кусок мяса, набор салатов «Цезарь» и бутылку воды.
Хм.
Я никогда раньше не видела, чтобы Сойер готовил бутерброды с арахисовым маслом и джемом. Когда он жил с Гасом, он позволял их экономке готовить для него, а позже, когда он начал жить один, он ел только в ресторане или покупал еду, которую можно было разогреть в микроволновке.
Отсутствие кулинарных навыков было одной из его наиболее печальных черт, на мой взгляд. У него никогда не было дома, никогда не было кого-то, кто готовил бы ему еду или показывал, как приготовить самому. Как только мы стали официальной парой, я готовила для него как можно чаще, чтобы исправить это, но он ни разу не проявил интереса к тому, чтобы научиться делать это самостоятельно.
Моё внимание привлёк ноутбук, стоящий на столе. Оглядевшись, я подошла к нему поближе. Он был закрыт и, по-видимому, выключен. Я прикусила нижнюю губу и взвесила последствия слежки. Вероятно, мне придется его включить, а на это потребуется время. И я не знала, что именно я собиралась искать. Я сомневалась, что его файлы с надписью «Коварные планы Сойера» были открытыми и готовыми для моего ознакомления.
Меня отвлёк звук в задней части дома, поэтому я решила отложить изучение его компьютера до лучших времён. Ему же придется идти на работу, не так ли? И у меня были отмычки от всех домиков.
Я ворвусь позже и узнаю все секреты, которые, как он думал, сможет от меня скрыть.
Минуя вторую спальню, я направилась прямо в главную. Я услышала движение, но из коридора никого не увидела.
— Сойер, — крикнула я в нерешительной попытке заставить его наконец ответить мне. Когда он этого не сделал, я вошла и приготовилась встретиться с ним лицом к лицу.