Неизмерима истина земли
Шрифт:
Запоздавшие коршуны высью
Уходили к речным берегам.
Не найти тут дорог…
К деревушке
Проторёна тропинка одна.
Отошла от еловой опушки,
Величава по-царски, сосна.
Ах, какая зима!..
Но не дело
Городские восторги сорить.
День кончается,
Яблоком зрелым
Над пригорком луна колесит.
Ах, еловая аллея,
Ах, еловая,
Протекает у елея
Тропка новая.
По снежку её тропили
Утром важенки [2]
И копёночку разрыли
Сена важного,
Зелен клеверок роняли
Со цветочками —
Словно ягодки играли
Красно точками.
Выходили тут косули
Из-за ёлочек,
Со снежка цветки скуснули,
Вроде с полочек.
А восток, морозно-алый
День расплёскивал,
И родник клинком из стали —
Всё поблёскивал.
Крутите, ветры, из метели пряжу,
2
Важенка – самка оленя.
Куделью обвивайте дерева.
Еловую задумчивую стражу
Оденьте в зимний цвет до Покрова.
Нет на опушке ни зайчат, ни сплюшки,
Нет снегирей, и белок не видать.
Сороку – балаболку и трескушку
Мороз загнал к избушкам промышлять.
Вей, снеговей! Крути метели круче.
Я так люблю, когда в лесу снега,
Когда сугробов островерхих кручи
Похожи на высокие стога.
Вей, снеговей! Зима щедра на сказки.
Их сладко слушать, сидя у печи.
Мечтать о том, как запряжёшь Савраску —
И в день погожий к лесу он помчит.
А там деревья в сказочном убранстве,
Там на опушке разное зверьё,
Зима в своём обычном постоянстве…
Затронет душу красота её.
Давно такого снега не бывало.
Декабрь в пути, земля черным-черна,
Ледком стеклянным лужицы сковало,
Мерцают звёзды россыпью зерна.
Вдруг хмары живо накатили,
Ещё темнее стала ночь,
Снежинки с неба густо полетели,
На шапочки похожие точь-в-точь.
Давно такого снега не бывало,
Стоишь на берегу, как в молоке,
Глаза прикроешь, кажется обвалом,
Тебя настигнет что-то налегке.
Откроешь взор, подумаешь о снеге,
О чистоте.
Забудешь черноту.
Салазки вспомнишь, старую телегу
И ночи непроглядной темноту.
С душевной лёгкостью направишься к избушке,
Хрустя снежком, как в новых сапогах,
А снег не шапки, а как будто стружки
Берёзовые виснут в проводах
В сумерках выпал снежок.
Небо вычистила голубизна.
Млечный путь, – золотистый стежок,
А под ним в полный лик луна.
Жёг мороз, а сейчас угас,
Только скрип под ногами нов.
В предвечерний погожий час
Я оставил уютный кров.
В лес иду,
Где сияет краса:
Ели, сосны – по кронам блеск.
На опушке мышкует лиса…
Зверь метнулся и в миг исчез.
Распахнулись просторы лугов,
Лунный свет пал на пух полей,
А под кручами вдоль берегов,
Колер зимних ночей синей.
Не скуплюсь на широкий шаг,
Ветер тут же со мной оплечь.
И поёт от восторга душа,
Обещая немало встреч.
Снега легли белы и ровные,
Бьёт солнце ярое в стекло.
С востока зарево багровое
В степи ложится на крыло.
Стога с боками поржавелыми,
Полозьев рядом тонкий след,
Плывут, качаясь каравеллами,
На пламенеющий рассвет.
На игольчатых опушках
Иней вспыхнул под лучами.
Ёлки плотно, как подружки
Встали ровными рядами.
Тучи в небе, – тени следом
На еловую опушку,
Не похрустывая снегом
С ветром взбили заварушку.
По игольчатым каскадам
Хрусталёвый иней падал:
Зелень в зимний день – отрада,
И для взгляда – то, что надо.
Солнце закрывала туча,
Мельтешил прощальный лучик,
Как испуганный бельчонок,
Он исчез среди сосёнок
Сумрак ночи луна задержала,
Над курганом зависла как шар.
Во всю ширь степь росистая ало
Заиграла, как в лёгкий пожар.
Вдалеке хуторок у дороги,
Хаты белые в тёмных садах.
Торопливые, быстрые ноги
Пустоту одолели и страх.
Полнолуние нас выручает.
Тьма крадется, —
луна за курган…
В хате белой хозяйка встречает,
Выключая московский экран.
Хорошо, позади переходы
По бескрайней херсонской степи.
Хорошо у огня, а невзгоды
За окном, будто псы на цепи.
Весна погожим февралём
Бродила утром по задворкам.
Капель синицей за окном
Клевала в ритме снега корку.
И снег позванивал слегка,
Звучал весёлым камертоном.
Лучило солнце свысока
Тепло, над ледяным затоном.
Меркли далёкие звёзды,
Стужа сковала ручей.
Жгучий морозный воздух
Вис на фонарном луче.
Улица,
Старые избы:
Вьётся дымок из трубы…
И на резных карнизах
Отблеск Полярной звезды.
Оранжево-палевы ветки калины,
На вырубке, между берёзок и ёлок.
Радеют, как будто они новосёлы —