Чтение онлайн

«Я видела это и не разрешала своему потомству трогать твою добычу. Часть твоей добычи из ловушек забрали чужие двуногие. Они ушли незадолго до твоего появления».

«Сколько их было?»

«Я видела только двоих, охотник, но плохой запах доносившийся из леса сообщил мне, что недалеко были ещё несколько чужих».

«Хозяйка, ты заметила куда они пошли?»

«Чужие ушли в сторону болота».

«Благодарю, хозяйка, за то, что присмотрела за моей добычей, а теперь подходите ко мне, я буду кормить тебя и твоё потомство».

«Почему ты так поступаешь, охотник?» — спросила рысь медленно подходя ко мне со своими малышами.

«Когда-то давно, я подобрал среди каменных осыпей совсем маленькую лесную кошечку. Ей было несколько дней от роду. Она издавала еле слышные жалобные звуки. Скорее всего, мать оставила её, как самого слабого котёнка в помёте. Забрав найденную малышку с собой, я принёс её к себе домой, согрел и накормил. Теперь она стала настоящей лесной красавицей. Я назвал её Мурлыкой».

«Я поняла о ком ты говоришь, охотник. Эта лесная кошечка часто появляется у нас в лесу. К ней издалека приходит большой пушистый кот. От неё очень сильно пахнет тобой, поэтому мы эту пару никогда не прогоняли».

Достав из мешка трёх зайцев, я положил их перед рысью и рысятами. Хозяйке достался заяц побольше, а котятам поменьше.

«Забирай еду, хозяйка. Думаю, что она поможет твоему семейству восстановить силы, а я пойду посмотрю на пришлых и постараюсь выяснить, почему они забрали чужую добычу…»

Рысье семейство аккуратно подхватило зубами за шкварник верещавших зайцев, после чего скрылось в кустах дикой смородины.

Чужаков удалось обнаружить примерно через полчаса на небольшой полянке. Их точное местонахождение выдавали запахи жареной зайчатины, которые донёс до меня легкий ветерок зародившийся где-то на вольных просторах за урманом и большим болотом. Меня поначалу очень удивило, где же чужие смогли найти сушняк для своего костра в промокшем лесу, но когда я осторожно приближался к месту их стоянки, то увидел две поваленных ветром берёзы на краю полянки, вершины которых скрывались под большим пушистым кедром. Мне было хорошо видно причину, почему именно верхушки этих двух берёз не намокли во время трёхдневного ливня, и теперь пошли на топливо для костра пришлых незнакомцев.

Используя многочисленные засевы дикой смородины, для прикрытия своего скрытного перемещения, мне удалось незаметно подобраться почти к самому месту стоянки чужаков. Сквозь ветки молодого кустарника, мне удалось увидеть рядом с костром троих пришлых незнакомцев. Один из них проворачивал ветку с нанизанным зайцем и внимательно присматривал, чтобы мясо не подгорело на огне, а двое других отдыхали расположившись на лежанках из елового лапника. Между двумя лежащими людьми я заметил три винтовки стоящие пирамидой. Неожиданно для меня, с противоположной стороны полянки появился ещё один чужак. Он был среднего возраста, с аккуратно подровненной докторской бородкой и с чёрными с проседью волосами. Едва ступив на полянку, он сразу же начал выговаривать своим спутникам:

— Вы чего тут маёвку устроили? Сказал же сидеть тихо и огня не разводить, пока я ищу тропу через болото.

— Слышь, Калёный, ты случаем рамсы не попутал. Ты из себя бугра не строй, понял? — грубо ответил чужак готовивший зайца. — Запомни, для нас ты всего лишь непонятный фраер, к которому фортуна передком повернулась. Хоть рывок у тебя получился зачётный, но вот непонятки за тобой имеются. Братва в присланной маляве нас просветила, что ты по жизни простой аптекарь, который собственные порошки как забугорные лоху-градоначальнику толкал, на чём и погорел. Вот только общество в непонятках осталось, с каких же это делов, ты с политическими на этапе объявился? Сечёшь фишку?

— И что с того?! Какая разница кто и каким макаром на этот этап попал? Что-то ты со своими братками особо про мои способности не задумывались, когда я конвойных своим зельем усыпил. Вы почему-то тогда больше радовались, что без каторжных браслетов на рывок по-тихому смогли из того болота слинять, да ещё винтари спящих конвойников с собою прихватить. Чем я по жизни занимался, то моё личное дело. Надо было, я из себя аптекаря изображал, а при желании мог бы и земским доктором в личной коляске по городам разъезжать. Тебя в непонятках чуйка гложет, что я политическим прикинулся и вместе с ними на этом этапе оказался? Так такой фортель для дела нужен был. Думаешь я не знаю, Рваный, как ты сам на этом этапе оказался? Знающие люди шепнули о тебе, что ты налёт на купеческий банк сварганил, и со своими подельниками куш не плохой поднял. Вот только вы не совсем чисто там сработали, на месте четырёх жмуров оставили. Вот вы и удумали за мелочь на ближайшей крытке заныкаться, чтобы вас за хоботки не взяли, как особо опасных мокрушников. Да вот не поверили в такой расклад городовые, что тебя и братков на карманах взяли, хоть вы и попытались масть сменить, да изо всех сил перед фараонами из себя матёрых щипачей изображали. Вспомнили фараоны про все ваши прошлые гастроли, по городам и весям, да и определили вас на этот «болотный» этап. Так что все твои байки обществу, о ходке по правильной статье, мимо кассы. Из-за тебя с братками я в том «болоте» оказался. Или ты думаешь, друг мой ситный, что я в непонятках был, когда тебя с дружками на рывок с этапа подбивал? Запомни, Рваный, кто тут из нас честный фраер, а кто законник нужной масти, не тебе решать. Тебе с братками дело с неплохим кушем предложили, а вы на него подписались. Так что не базлай тут, и не гни пальцы предо мной, а делай то что велено. Если я сказал огня не разводить, значит так надобно.

— Так лепени, шкары и прохоря насквозь промокли. Нам чё тут, намокшими чухарями под кедром сидеть? — не унимался Рваный, от неожиданно полученной отповеди. — Зараз все обсохнем малость, пошамаем горячей свежатины, и можно будет далее двигать через твоё болото. Так что от своего слова про дело мы не отмазываемся. Просто жрать охота, да и мясо уже готово.

— Да где же вы мясо надыбали, лишенцы?

— Так в лесу нашли, — по-простому ответил Рваный, и показав рукой на братка, лежащего на дальней от костра лежанке, пояснил: — Клест три ловушки с живыми ушастыми в кустах надыбал. Правда он ногу на ровном месте подвернул, теперь лежит и в себя приходит. Пока я свою добычу из петли вынимал, братки хлебалом прощёлкали, вот и не подфартило им, сбёгли их ушастые…

— Быстро собираем монатки и валим отсюда, — неожиданно резко объявил аптекарь.

— Ты чё, Калёный?! А пошамать?! Да и Клесту малость отлежаться надо, куда ему по болоту с больной ногой тащиться?

— Рваный, ты что не догоняешь? Скоро тут может объявиться хозяин этих ловушек с волыной, и за беспредел на его угодьях угостит вас свинцом, который вы вряд ли переварите. Или вы уже забыли что нас крупное дело ждёт в большом городе?

— Про дело все помнят, а вот свинцовой жратвой нас пугать не надобно, Калёный, у нас тоже стволы имеются. Так что неча тут кипешь подымать.

— Вы видать вообще не догоняете, где очутились. Тут недалеко Ведьмовская деревня средь урмана стоит, а живут в ней лишь ведьмы и колдуны. Чужих людей они вообще не празднуют. На этапе сидельцы рассказывали, что нанял кто-то из уважаемых людей большую группу жиганов и мокрушников на выгодное дело. Богатую деревеньку за вымя пощупать, да красного петуха в ней пустить. Вот только местные колдуны об этом как-то разузнали, всех лишенцев наземь положили и перестреляли, а потом, в виде упакованных жмуров жандармам отдали. Сказывали люди, что у самих ведьмаков в деревне даже легкораненых не было. А теперича сам подумай, Рваный, ежели вас местные ведьмаки заколдуют, да в статуи превратят, много вы из своих стволов настреляете?

— Может это всё байки и лажа, Калёный?

— Не думаю, что уважаемые люди стали бы туфту гнать. Вы как хотите, а я сваливаю отсюда. Думаю, что если всё будет нормалёк, то через пару-тройку дней доберусь до ближайшей станции, а там уже паровоз довезёт куда надобно, — сказав это, странный аптекарь подхватил заплечный мешок, поправил на плече винтовку, и быстрым шагом направился в сторону болота.

Остальная троица, тоже не стала задерживаться на месте. Быстро разобрав все свои вещи и оружие, чужаки покинули лесную полянку. Неизвестный поддерживал сильно хромавшего Клеста, закинув его руку себе на плечо. Последним уходил Рваный, унося с собой зажаренного зайца.

Выйдя на лесную полянку, я первым делом затушил брошенный чужаками костёр, а потом начал внимательно осматривать место их лёжки. Под примятыми ветками лапника, дальней от костра лежанки, обнаружился толстый бумажник, из хорошо выделанной кожи. Он до предела был набит денежными купюрами различного достоинства, но привлекло моё внимание совсем другое. Отдельно от всех денег лежала половинка «Катеньки», со странным узором сделанным ножницами по центру сторублёвой купюры. Либо Клест кого-то успел по-тихому ограбить уже после побега, либо, что ещё интересней, ему этот бумажник с деньгами кто-то дал на этапе перед самым побегом. Иначе зачем бы Клест скрывал от всех остальных подельников наличие крупной суммы денег. Ну что же, в любом случае придётся считать, что чужаки полностью расплатились со мной за трех зайцев в ловушках…