Чтение онлайн

Наркомат госбезопасности высоко оценивал агентурно-оперативную работу своего регионального управления по Ленинграду и области. В целом положительно о состоянии следственной работы УНКГБ ЛО отзывались и органы военной прокуратуры. Однако высшую оценку ленинградским органам госбезопасности поставили их противники — руководители немецких служб, признававшие твердую руку советской тайной полиции на протяжении всей блокады. Оценивая эффективность работы УНКВД НКГБ в период блокады, заместитель начальника Управления 18 марта 1944 г. отметил, что «несмотря на большие возможности за период 29 месяцев фашистам не удалось провести ни одного сколько-нибудь значительного мероприятия ни по линии террора, ни по линии организации населения на саботаж, волокиту или выступление против Советской власти»248.

Вполне закономерным итогом деятельности руководителя ленинградского управления органов госбезопасности П.Кубаткина в годы войны было его продвижение по службе — в 1946 г. он возглавил советскую разведку.

Подготовка и проведение суда над военными преступниками являлись важнейшими событиями послевоенного урегулирования, которые наряду с подписанием мирных договоров и формированием институтов международной безопасности были призваны подвести черту под самой жестокой войной и решить несколько взаимосвязанных задач: 1) осуществить функцию общей превенции, т. е. побудить находящихся у власти не использовать войну и угрозу войной в качестве инструмента достижения собственных целей; 2) вынести наказания конкретным преступникам с целью возмездия, а также проявления уважения к погибшим; 3) определить размер нанесенного ущерба и обеспечить механизм компенсации, который позволил бы жертвам агрессии хотя бы частично восстановить утраченное имущество в годы войны; 4) перевести жажду мести победивших в правовые формы; 5) сохранить коллективную память, т. е. воссоздать точную картину случившегося во избежание его повторения в будущем.

Тщательная оперативная работа с обвиняемыми в ходе процесса осуществлялась спецслужбами всех государств — США, Великобритании и СССР, о чем имеются соответствующие свидетельства участников процесса. Особенность приводимых документов из архива УФСБ ЛО в том, что они, во-первых, демонстрируют исключительную важность, которую придавали в Москве местному «ленинградскому» процессу над военными преступниками (требование ежедневной отчетности о подготовке к процессу и его ходе, требование привлечь лучших следователей, внимание к отбору «надежных» адвокатов, отслеживание настроений населения и т. д.), во-вторых, его предрешенность, поскольку еще до начала суда говорилось об обеспечении общественного порядка «при вынесении приговора и приведении его в исполнение». Показательна и роль городского партийного руководства на последнем этапе войны — фактических статистов в большой политической игре, которую вел Кремль249.

1Например, в довоенное время органы госбезопасности в армии и на флоте при поступлении пополнения получали специальные политические обзоры районов комплектования, в которых давалась характеристика населения по областям, районам, а иногда даже и по деревням. В этих обзорах отражалось экономическое и материальное состояние населения, его политическая благонадежность на различные периоды времени и по годам. В них отражались такие вопросы, как отношение к коллективизации, частичным изменениям в Конституции, новому трудовому законодательству, налогам, займам и иным мероприятиям правительства, ущемляющих интересы граждан. — BAR. Collection «Research Program — USSR», box 7. Артемьев В.П. Деятельность органов государственной безопасности в Советском Союзе. Очерк в двух частях. Бавария, 1950.С.24.

2В 1940 г. в составе 7-го отдела ГУПП РККА была создана служба информации о зарубежных странах и армиях. Аналогичные подразделения существовали в 7-х отделах приграничных военных округов, в том числе и в Ленинградском военном округе.— Бурцев М. Прозрение. М.: Воениздат, 1981. С.24. Информацию о деятельности рот пропаганды вермахта ГУПП РККА получало из Разведуправления Генштаба. — ЦАМО. Ф.32. Оп.11306. Д.8. Л.712—732.

3ЦАМО. Ф.32. Оп.11309.Д.89. Л.1—53.

4В фонде Главного политического управления РККА имеются немецкие журналы за 1940—1941 гг. со статьями о Сталине и сталинских репрессиях 1934-1938 гг. — ЦАМО. Ф.32. Оп.11306. Д.24. Д.Волкогонов показал, что Сталин интересовался материалами подобного рода, оценивал их как троцкистские, что, наряду с наличием значительного потока информации НКВД о негативных настроениях населения, несомненно, влияло на выбор форм борьбы с пропагандой противника. — Волкогонов Д. Триумф и трагедия. Политический портрет Сталина//Октябрь. 1988. № 12. С.66—67.

5См., например: Сергеев Ф. Тайные операции нацистской разведки, 1933-1945. М.: Политиздат, 1991.

6В материалах о работе секретного Восточного института в Ванзее, являвшегося частью Главного Управления СД (ЦХИДК. Ф.500. Оп.3. Д.253) дана оценка уровня работы по изучению СССР, а также настроений населения в Советском Союзе. Основные выводы состояли в следующем:

1) положение с изучением Востока катастрофическое (1937 г.) Об этом проинформированы все высшие чины, в т.ч. Гиммлер и Борман. Предлагается при возможности доложить об этом и Гитлеру;

2) для восполнения существующих лакун создан специальный секретный институт в Ванзее;

3) рассмотрена возможность получения литературы об СССР в случае войны с ним (главный канал — через Швецию. Вопрос рассмотрен 7 сентября 1938 г., л.71-72), как альтернатива Швеции выбрана Дания (8 сентября 1938 г., л.75—76, 78, 80). В материалах о Красной Армии (ЦХИДК.Ф.500. Оп.4. Д.197) представлены переводы статей из советских газет, вырезки из немецкой прессы, издававшейся в Москве, обзоры, брошюры с выступлением К.Ворошилова о проекте закона о всеобщей воинской повинности, сообщения германского посольства в Москве), а также доклад Теодора фон Биберштайна-Пасичунского об СССР (и главным образом о Красной Армии), 15 августа 1940 г. Главный вывод его доклада сформулирован следующим образом: oтношение Красной Армии и всего СССР к еврейскому коммунизму и большевизму в целом негативно.... — ЦХИДК. Ф.500. Оп.4. Д.197. Л.273.

«Россия — колосс на глиняных ногах. — писал Биберштайн-Пасичунский. — Все ждут с нетерпением приближающегося освобождения от жидовско-большевистского ига!... Против Советов выступят: 1) более 90 миллионов крестьян СССР; 2) почти 50 миллионов украинцев; 3) все народы СССР — почти целиком; 4) Япония; 5) Италия...»

Важно отметить, что оценка достоверности немецкой информации о дислокации и нумерации соединений и частей Красной Армии была приведена в Заключении Генштаба от 13 января 1953 г., подписанном заместителем начальника главного оперативного управления Генштаба генерал-лейтенантом Глебовым. В нем отмечалось, что в немецких материалах, изложенных 1 мая 1937 г., содержалось 40—70 процентов верной информации. — Там же. Л.386.

7Глава резидентуры абвера в Москве генерал Э. Кестринг, по его словам, вынужден был вернуться к использованию трех «скудных источников информации»: совершению поездок по территории СССР и выездам на автомобиле в различные районы Московской области, использованию открытой советской печати и, наконец, обмену информацией с военными атташе других стран. — См. Сергеев Ф. С.161. Сотрудник абвера Д.Каров, работавший в годы войны на ленинградском направлении, впоследствии отмечал, что защита советских границ от проникновения через них агентуры и работа НКВД достигли в предвоенное время (начиная с 1939 г.) «небывалого в мире размаха и совершенства», что «район Ленинграда охранялся особенно тщательно» — Bakhmeteff Archive (Columbia University). Karov, D. Nemetskaia Kontrrazvedka...1941-1945. P .1—2.

8Об истории создании, структуре и деятельности Айнзатцгрупп, см. книгу немецкого историка Хельмута Краусника «Айнзатцгруппы Гитлера» — Krausnick, Helmut. Hitlers Einsatzgruppen. Die Truppe des Weltanschauungskrieges 1938—1942. Fischer Tagebuch Verlag, Stuttgart, 1981.

9Krausnick, Helmut. Hitlers Einsatzgruppen. Die Truppe des Weltanschauungskrieges 1938—1942. Fischer Tagebuch Verlag, Stuttgart, 1981. S.153.

10Ibid.