Чтение онлайн

— Звать-то как?

— Евдокимом кличут.

— Живешь в этом доме? Соседи, значит. Меня — Сергий. Я у господина Исаака снял угол до весны. Слушай, что же ты в одной рубашке выскочил, синий уже… Давай домой, пока не заболел.

— Мамка заругает.

— Почему?

— Она послала узнать, не вернулся ли дядя Гец и дров занять. А я…

— Отставить реветь. Пойдем в сарайку, посмотрим запасы…

Усталая женщина с тонкими лучиками морщинок по краям глаз оглянулась на брякнувшую дверь и заволновалась. Похоже, младший опять набедокурил. С чего бы вдруг незнакомому человеку с ним в избу входить?

— Вечер добрый, хозяйка. Прошу простить, что подзадержались чуток. Евдоким помог вещи в дом перетаскать. Вот, дрова, как и просила. Если еще надо, я могу пару охапок принести… Сосед ваш, Сергий Макаров. Приятно познакомиться.

— Снежана Рущева я, прачка. И вам вечер добрый… Вы уж извините, что мальца послала, думала, господин Гец приехал.

— Нет, дядя его был. Домик у него теперь снимать буду. Ладно, если что нужно, заходите. И собаку мою не бойтесь, она не тронет. Я ее предупредил.

Перед сном Евдоким рассказывал матери:

— Служивый он, вот те крест! Тюфяк на полу раскатал, подушку и одеяло из мешка достал. Потом у печки остальное сложил, котелок там и пара мисок. А из котомки с ремнями — форму военную, палочку внутрь продел, а палочку на колышек на стену подвесил. Все расправил, сапоги снизу поставил. Сразу видно, хорошим воином был.

— Форма-то с погонами?

— Не, не видел. И медалей не видел. Зато собака у него — иностранная. Говорит — африканская. Гына зовут… Или не гына?.. Но зубастая — страсть! Морда — с половину меня будет! И пахнет от нее вкусно. Сергий сказал, что купать ее надо, очень любит в грязи валяться. Глаза — во! Как плошки. И нос теплый… Я ее испугался сначала, а она добрая. Если хозяин скажет… Можно я завтра еще в гости пойду?

— Дай человеку обустроиться сначала. А потом, если позовет, то почему бы и не сходить. Только сам не напрашивайся. Я тебя дома днями не вижу. Не хватает еще, если ты соседу надоесть сумеешь… Чего люди не придумают — африканскую собаку завести…

***

Поднялся Сергий рано утром. В доме было тепло, дров не пожалел и печку протопил как следует. Надо будет еще трубу в баньке поправить и вообще хорошо. Удачно он вчера с ашкенази встретился. Мыкался бы еще неделю по гостиницам, угол искал. Одному бы сдали, а вот с гиеной… Кусака сидела у ног и лениво потягивалась. Можно на улицу выбраться. Заодно место выгула определить.

— Слушай сюда, рожа мохнатая. Вон там слева — тебе. В других местах не гадить. Поняла?

Конечно поняла, между зверем и хозяином давно установилась прочная связь, можно даже вслух ничего не говорить, а транслировать образы и ощущения. Прекрасно все понимает. Не зря была вожаком стаи.

Забросив рубаху в сени, молодой человек босиком пробежал до баньки, заглянул внутрь. Нашел там одинокое ведро и с ним потопал уже к калитке в заборе. Открыл, осмотрелся. Отлично, летом вообще должно быть хорошо. По левую руку — заросший деревьями остров. По правую — детинец с его красными кирпичными стенами. Плотки в две доски шириной, можно или постирушку по теплу устроить, или воды набрать помыться. Например, как сейчас.

Зачерпнув полное ведро, парень прошел назад, прикрыв калитку. Сделал зарядку, задержал дыхание и вылил на себя ледяную воду.

— Етить тебя в коромысло! — в избе очутился буквально за долю секунды, настолько хорошо прихватило. Растерся докрасна старым полотенцем, которое привез с собой еще из Африки, переоделся и перевел дыхание. Бодро. Зато точно проснулся.

Кусака аккуратно носом приоткрыла дверь из сеней и с подозрением покосилась на хозяина. Не сдурел, часом?

— Не, тебе это не надо. Это я для себя. Все, давай доедать, что с поезда осталось и пойдем по делам.

Снежана собиралась накрывать на стол, когда услышала, как брякнула калитка у соседа. Нагнулась, посмотрела в окно. В самом деле, сын не врал, похож молодой парень на воевавшего. Жилистый, ни жиринки лишней. Шрамов мелких у него точно не сосчитать — вся грудь, плечи и спина в отметинах. Попрыгал, руками-ногами помахал и водой окатился. Судя по лицу, высказался нелицеприятно в свой адрес и удрал домой. Ну, так ведь ноябрь на улице, не май месяц. Хотя на окно надо будет занавесочки приделать. А то срамота — забор одно название. Скажут еще, что специально подглядывает, будто других дел нет.

— Евдоким, Настя, Павел! Вставайте, каша поспела!..

Старшему скоро в школу, младшие дома будут помогать по хозяйству. Главное, самого шустрого отловить, пока он в город не удрал. Иначе до позднего вечера не вернется.

***

До обеда Макаров успел разобраться с кучей дел. На рынке сразу направился в дальний правый угол. Там мастеровые товары выкладывали. У них и сторговался насчет стола, лавок и стульев. Стулья были готовые, четыре штуки купил и объяснил, куда отвезти. На остальное оставил мерки, обещали уже к трем часам все сладить. Материалы были, работа простая. Потом со старшим артели обсудил последнюю моду в городе, прошлись на пару по барским глупостям и свернули на обсуждение правильных кроватей. В итоге — еще и ее заказал. Шкаф и полки — надо было смотреть отдельно у соседей, в другом квартале. Уточнив адрес, Сергий оставил задаток и пошел дальше.

Через час уже щеголял в приталенном овчинном полушубке, теплой шапке с ушами на завязках и с большим мешком, куда уложил сменные брюки, две пары валенок, верхонки и меховые охотничьи рукавицы, пять пар вязаных носков и прочую мелочь. На левом плече покоилась свернутая рулоном тяжелая шуба. Уже когда, отдуваясь, выбирался с рынка, услышал рядом:

— Я же говорил! Вон, гына настоящая! Зубастая!

Знакомые все лица. Евдоким со товарищи, такими же пацанами. Но одеты уже по погоде — в обтрепанных курточках, штанах, ботинках и картузах на вихрастых головах.

— Не позорь зверя, сосед. Ее зовут ги-е-на. Услышал? Если трудно, можно по имени: Кусака… Так, вы здесь вроде как все углы-выходы знаете?

— Знаем, — гордо выпятил худую грудь вперед пацаненок.

— Тележку сможете найти? Или взять на время?

— Пятак за это просят. У зеленщиков есть.

— Тогда вот тебе пятак. За телегу. Тащите сюда. Потом я вам мешок отдам, в сени ко мне отвезете, там оставите. Телегу хозяевам вернете. За работу — с меня гривенник. Пряников или петушков купите на всех. Справитесь?

Пять копеек тут же поменяли хозяина и вся ватага наперегонки рванула в другой конец рынка.

— Пойдем, Кусака, передохнем. Что-то устал я с непривычки по городу шлындать.

На гиену, дремавшую рядом с лавкой, оглядывались. Но, полюбовавшись сонной мордой и куцым хвостом, шли дальше. Охота кому-то дома собаку-уродину держать, его дело. Главное — хозяин рядом, на зверем присматривает. Дожидаясь обратно пацанят, Сергий заметил еще одного старого знакомого, встал и поприветствовал первым: