Чтение онлайн

Это должно подбодрить расстроенную собеседницу.

К сожалению, вкусный завтрак закончился гораздо быстрей, чем непрочитанные сообщения, так что, где-то ещё минут десять после того, как тарелка опустела, пришлось провести, тыкаясь пальцем в различные чатики, чтобы, не дай Семеро, не упустить ничего серьёзного.

И ведь не зря же! Ведь если бы Даркен решил плюнуть на парочку призывно подмигивавших чатиков, он вполне мог бы упустить крайне важную информацию о том, что Глашек, оказывается, вчера словила берсерка: Туна, вроде как, говорила, что по данным диагностики никаких серьёзных сдвигов у Броньки не наблюдалось, однако… последующее поведение “номера четыре” довольно слабо вязалось с образом зануды, от которой сложно ожидать выкрутасов, вроде разговоров с рептилиями и похищения животинок из зоомагазина.

Поскольку заняться было всё равно нечем, молодой человек решил лично проведать змею, которую в самом прямом смысле этого слова пригрела на груди штатный палач. Бр-р-р, вот незадача-то. И как теперь мысленно обзывать Глашек, если и она сама змеюка, и ручная зверушка у неё точно такая же? Путанница ведь возникнет!

Но шутки шутками, а ведь дело-то было довольно серьёзным. Состояние, в котором некромаг, не имея под рукой другого источника силы, начинает перерабатывать на заклинания свои собственные воспоминания, не просто так называют берсерком. В зависимости от того, что именно попало в жернова магии, можно было как отделаться потерей знаний обо всех музыкальных альбомах любимой группы, так и заработать серьёзное изменение личности. И, самое страшное, что нет ни единого способа точно сказать, чего именно лишился бедолага, словивший подобное состояние. Иногда даже нельзя с уверенность утверждать, лишился ли он чего-то вообще: сложно судить о целостности мозаики, если ты с трудом представляешь, что именно должна была эта мозаика изображать.

Дарк, если честно, сам не был уверен, что он рассчитывал увидеть в образе змеи, которую унесла с поля боя Глашек. Наверное, он надеялся найти хоть какое-то повреждение, что “берсерк” не сильно изменил сознание Брони. В конце концов, образ зануды был всего лишь маской, а под ней скрывалась милая девушка, которая даже в девятнадцать лет не расставалась с плюшевым енотом. Другой вопрос, что маски имеют обыкновение прирастать к лицу.

А это значит, что в змее должно быть хоть что-то особенное, что могло бы побудить серьёзную ответственную некромагичку на время забыть о правилах и опасной боевой обстановке, чтобы совершить столь ребяческий поступок, как похищение зверушки. Ну не могла, просто не могла Броня Глашек выкинуть нечто подобное, повинуясь лишь сиюминутному желанию.

Именно с этими мыслями молодой человек и зашёл в служебные помещения аквариумной, где и гостила чешуйчатая гостья. Как оказалось, не один лишь Дарк хотел навестить животину: помимо водоплавающих соседей, проходящих здесь свою акклиматизацию, змее приходилось терпеть общество пани Ковальской и сурового Вольдемара.

Присутствие последнего, кстати, всегда нервировало и самого Маллоя-младшего. Всему виной был весьма своеобразный образ дворецкого. Он чем-то неуловимо напоминал стереотипного нацистского учёного. Сложно сказать, чем именно, помимо весьма характерного акцента: высокий и широкоплечий брюнет с квадратной челюстью совершенно не подходил по абсолютному большинству формальных признаков. В конце концов, он банально был слишком молод и силён, чтобы соответствовать классическому представлению герра доктора, изображающегося как бесноватой сухой старичок.

Вот только одного лишь акцента крайне мало, чтобы объяснить столь странную ассоциацию. Ведь общаясь с другими выходцами из ныне не существующей Пруссии, Дарк не замечал за собой ничего подобного. Во многом это объяснялось тем фактом, что форгерийские немцы-прусаки являлись, в первую очередь, дворянами и их образы были больше похожи на те, что рисует воображение при воспоминаниях о кайзеровских силах земной Первой Мировой Войны. Ей богу, многие до сих пор носили эпичные бакенбарды, что были в моде прежде, чем государство пало под пятой ЕССР.

Когда-то их носил и Вольдемар, однако, прибыв в Форгерию, быстро перенял местные воззрения на мужскую красоту: сбрил лишнюю растительность на лице и стал каждое утро аккуратно зачёсывать чёлочку на бок. Пожалуй, получившийся образ, сочетающий чисто арийские черты лица с избыточной педантичностью и вызывали у Дарка стойкую ассоциацию с нацистами, а постоянное участие дворецкого в различных медицинских процедурах как раз дополняло образ до полноценного фашистского эскулапа.

Вот и сейчас этот герр доктор выполнял функции ветеринара, которому поручили осмотр чешуйчатого питомца слечны Глашек, а потому бедной рептилии приходилось на время забыть о покое и терпеть чрезмерный интерес к своей персоне.

— Не ожидать вац здесь увидеть, герр Маллой, — Вольдемар не забыл о приличиях и первым поприветствовал юного господина. — Добрый вам утро. Как вы себя шувствовать?

— Вашими стараниями, герр Кёстер, — улыбнулся ему в ответ Даркен. — Я тоже не ожидал вас здесь увидеть. Что-то не так со змеёй?

— Йа, — уверенно кивнул головой мужчина. — Я шувствовать холодный контур в змея, и не знать, што контур делать. Есть предполошений, што змея быть магически изменённый.

— Простите… что? — молодой человек решительно двинулся к столу за широкой спиной дворецкого, на котором и находилась подозрительная хвостатая пациентка.

Подойдя поближе, Дарк с удивлением обнаружил нечто, крайне плохо совместимое с биологией зверюги: а именно стеклянную баночку, полную слегка желтоватой прозрачной жидкости, куда по стеночке капля за каплей стекала выделяемая железами рептилии отрава. И, нет, плохо совместимым с биологией животного был не известный с древних пор процесс дойки ядовитых змей, а то, сколь много удалось собрать.

Не менее ста грамм.

Это было физически невозможно.

Дарк не выдержал и усмехнулся.

— Странно, что увидев нечто подобное, вы не считаете магическое изменение свершившимся фактом! — взмахнул руками молодой человек. — Такое количество яда не могло бы поместиться в железах змеюки: его пришлось бы заливать ей в череп вместо мозга. Очевидно же, что некто изменил рептилию, чтобы получить верного сторожевого зверя!

— Не спешить с выводы, герр Маллой, — строго ответил Вольдемар, не обращая внимания на колкое замечание юного господина. — Мы не мошь быть уверен в степень изменений.

— И никто не может быть уверен, — добавила пани Ковальская с самым серьёзным выражением лица. — Я сегодня общалась с администрацией магазина: данная змея — найдёныш. Её обнаружил около полугода назад на пороге своего дома один из сотрудников и решил отнести в магазин. Уже там выяснились ряд необычных повадок и свойств животного, а также факт магического изменения, но сказать больше не смог никто.

Дарк махнул рукой.

— Оставьте бедную зверюгу в покое. Она шесть месяцев жила среди челяди и не причиняла никому неудобств, — молодой человек аккуратно взял животину за голову, ровно у основания челюсти, и принялся ослаблять зажим, фиксировавший черепушку пресмыкающегося. — Зато теперь я точно знаю, что заставило Глашек подобрать бедную рептилию: после берсерка Броня чувствовала себя особо уязвимой, а потому подсознательно тянулась к приятному потустороннему холоду змеиного магического контура.

И вот, освободив жертву бесчеловечных экспериментов герра доктора, Даркен понёс её к выглядевшему обжитым пустому аквариуму.

— Кстати, я крайне разочарован тем, что вы оба так и не смогли опознать изумрудную тигровую змею.

— М-м-м… у администрации магазина данная особь записана просто как тигровая змея, пан Маллой, — неуверенно ответила экономка. — А ведь они привлекали специалистов.

— Грош цена специалистам, не заметившим очевидное сходство необычной магически изменённой рептилии с одним из двух гербовых животных УСиМ, — презрительно фыркнул молодой человек, задерживаясь у жилища зверюги, чтобы почесать той макушку указательным пальцем. — Кстати, это могла быть ещё одна причина, почему Глашек так привлёк данный занятный экземпляр: схожесть с главным символом её учебного заведения подкупает.