Чтение онлайн

Фай с рогатой проводницей зашёл в небольшую шахту, уходящую высоко вверх и ветвящуюся в разные стороны.

— Подожди секундочку, — произнесла девушка и прикоснулась к потёртой кнопке на панели, на которой было написано: “Начальница”.

Ничего не произошло, тогда она внезапно со всей силы долбанула по кнопке кулаком, от чего Фай даже немного дёрнул головой. Их начало поднимать вверх, будто к чему-то притягивая, а девушка повернулась с напряжённой улыбкой и сказала:

— Извиняюсь, кнопка с недавних пор заедает, а Ляпургия только смеётся над этим и ничего не ремонтирует. Эта мелкая засранка меня когда-нибудь доведёт.

— «Зачем она мне это поясняет? Абсолютно бесполезная информация. Разве что теперь я точно уверен, что эта Ляпургия — легкомысленный человек… или кем она там является», — задумался Фай.

Наконец их подняло на самый верх, а под ногами образовался пол, похожий на магический барьер, на который они благополучно опустились. Впереди они увидели древесный коридор, через него девушка провела Фая прямо к круглой двустворчатой двери, у которой не было ручки, вместо неё находился рот, а по обе стороны от него торчали уши. Сбоку от двери висело устройство, похожее на спирально-закрученные вглубь часы под стеклом, светящегося светло-красного цвета. Над ними Фай увидел надпись: “Тут нужно жертвовать важность бедной, но скромной милой девушке Ляпургии”.

— Про какую “важность” здесь идёт речь? — поинтересовался Фай.

— Это здешняя валюта. Переменные, опустошённые, демоны и все остальные могут обмениваться различными вещами между собой, а могут продавать вещи Ляпургии через обменники, которые оценивают важность вещи с точки зрения обладателя и начисляют соответствующее количество очков важности, после чего за них можно там же купить практически всё что угодно, даже продлить свою жизнь. Ладно, теперь нужно открыть эту чёртову дверь перед нами.

— «Переменные? Помню, так назвал нашу группу Кант. Оустошённые… Какие-то обменники… Важность… Что такое “Чёртова”? Чем дольше я нахожусь в этом месте, тем больше мне непонятно всё, что вокруг происходит», — задумался Фай, а затем спросил: — Кто такие переменные и опустошённые?

— Разве ты не один из опустошённых? Твои глаза выглядят именно так, насколько я знаю. Переменные — это общее определение для всех одушевлённых рас, привязанных к мирам. Почему закрепилось именно такое название, мне не понятно, оно очень странное.

Видя, что девушка не двигается и о чём-то задумалась, Фай задал вопрос:

— Почему мы всё ещё стоим перед дверью?

Она безнадёжно выдохнула, пощекотала дверные губы и ответила:

— Смотри.

Губы зашевелились и издали ленивый стон, после которого вдруг заговорили то ли женским, то ли высоким мужским голосом:

— Опять грязными руками меня лапаешь, дорогуша? Шутка, мне нужна шутка, чтобы похихикать. Но твоё чувство юмора меня уже нервирует. Даже учитывая то, что я хорошая дверь, всё равно не собираюсь так просто открываться. Напряги свою творческую иссохшую извилину и пошути, не используя уже всех доставшие анекдоты, от которых у меня даже петельки не вздрагивают.

— Сейчас нет времени на шутки. Мне срочно нужно попасть к Ляпургии, откройся, — немного приказным тоном молвил Фай.

— Ой, прямо удивил, умник. Да каждый, кто ко мне подходит, хочет к ней попасть. Шути или катись куда подальше.

— У тебя припасены шутки на такой случай? — без особой надежды взглянула девушка на Фая.

— Припасена, — ответил он и обратился к двери бесчувственным голосом: — Если ты не откроешься, то я тебя выбью.

— И таких видали, — высокомерно подметила дверь. — Пробуй на здоровье. Только настроение подпортишь, и мне сложнее будет рассмеяться.

Фай попытался сформировать в руке кинетический заряд, но сразу же заметил, что магическое ядро не смогло поглотить и преобразовать окружающую энергию.

— «Ладно, тогда придётся применить чёрную материю», — подумал Фай и послал в дверь чёрную волну.

Увидев её, девушка резко отскочила назад.

Чёрная материя развеялась, а дверь как стояла невредимая, так и осталась стоять, лишь недовольно высказавшись:

— Ты понимаешь, что только что хотел сделать? Эта сила выходит за рамки миров, полностью стирает из существования всё, чего коснётся… Её нельзя применять налево и направо, тем более в этом месте она запрещена для всех, кроме смотрителей, госпожи и её друзей. Если бы моя госпожа не защитила меня от неё, то я исчезла бы навсегда. Теперь тебе придётся серьёзно постараться, чтобы рассмешить меня, ведь настроение моё изрядно испортилось.

— «Дверь не пострадала и всё ещё требует шутку. Зачем делать дверь, требующую такое от всех входящих? Ладно, надеюсь, что шутка, которую я в ранние годы услышал от Освальда, является смешной…», — обдумал произошедшее Фай и стал своим обычным унылым тоном рассказывать двери: — Если у вас не заладились отношения с дамой сердца, то распилите Юнону и всё срастётся.

Дверь немного помолчала, а затем спросила:

— И в чём здесь шутка? Я даже не знаю кто такая Юнона. Ты в курсе, что когда рассказываешь что-то смешное, то надо, по меньшей мере, интонацию менять?

— Юнона — королева, которая съела плод вечной молодости и приобрела регенеративные способности, позволяющие отращивать части тела или срастаться с отрезанными. Здесь присутствует игра слов. Срастаются её половинки и срастаются взаимоотношения. Насколько я понимаю, это должно вызывать смех.

Рогатая девушка промычала, снисходительно покивав головой.

Губы двери застыли в отвращении, а спустя пару секунд дверь внезапно прорвало на смех, и она заявила:

— Это настолько плохо, что даже хорошо. Мало того, что ты сухо рассказал шутку, не позаботившись о том, чтобы её поняли. Так ещё после провала зачем-то рассказал её смысл. Такого неумелого шутника я ещё не встречала. Или же ты специально так всё обставил, выставив неумение шутить за шутку?

Фай просто промолчал.

— Как бы то ни было, условие выполнено, можете пройти, — молвила дверь и распахнулась.

Они вошли в просторную комнату. Дверь за ними сразу же захлопнулась. Дальняя стена представляла собой резервуар с водой и золотыми рыбками. Задняя стенка его подсвечивалась мягким розовым цветом, который являлся единственным источником освещения в комнате. Возле него стоял т-образный массивный стол, за которым находился стул обитый кожей, а вместо ножек у него была всего одна, разветвляющаяся в конце и имеющая несколько маленьких колёсиков.

На стуле сидела, откинувшись назад, молодая человеческая девушка в коротких чёрных шортиках с тоненьким чёрным пояском и белой рубашке с закатанными по локоть рукавами. На ногах надета мягкая белая обувь с переплетёнными между собой тонкими верёвочками и толстой резной подошвой, которая сразу же бросилась Фаю в глаза. Волосы у неё были чёрного цвета со светло-серыми кончиками, собраны сбоку в коротенький хвостик, а на правый глаз небрежно свисала чёлка. Радужки широких глаз у неё были разного цвета, правая светло-каряя, а левая голубая. На маленьком носике висели очки с линзами под цвет глаз.