Чтение онлайн

Винсент удивлённо взглянул на него и сомневающимся тоном произнёс:

— То есть ты наденешь вот это недоразумение вместо меня?

— Нет. Я создам себе шорты из чёрной материи.

— Тебе же всё равно, что о тебе подумают, так почему не наденешь их?

— Мне не всё равно, что я о себе думаю, так что надевать эту вещь я не собираюсь, из личных соображений о стиле, — молвил Фай, снял робу со штанами, причём под ними уже сформировались чёрные шорты.

— Ну, раз так, то спасибо.

Винсент снял с себя доспехи, одежду и положил в шкафчик, после чего надел шорты, взял полотенце, надёжно захлопнул шкафчик и вместе с Фаем вышел через дверь в общую просторную купальню, где парилось не так много существ.

Возле входа их уже ждала Моника в нижнем водонепроницаемом белье чёрного цвета, а рядом с ней стояла коротышка Ляпургия в полосатом чёрно-белом невинном купальнике, прикрывающим всё от бёдер до ключиц.

— Никто их не надел… — разочаровалась Ляпургия, глядя на нижнюю половину тел парней.

Винсент немного засмотрелся на Монику, но сразу же отвёл взгляд, посчитав такое поведение неприличным. Однако девушка заметила это, подпархнула к нему поближе и, заведя ручки за спину, начала пытаться поймать его взгляд, после чего кокетливо спросила:

— Как ты считаешь, мне идёт?

— На тебе слишком мало одежды, чтобы она шла…

— Меня не обманешь, я вижу, что тебе понравилось, — не растерялась Моника. — Пошли скорее купаться, — взяла она Винсента за предплечье и потащила за собой к воде, от которой валил пар.

Тем временем Ляпургия обратилась к Фаю, всё ещё хмуро стоящему возле двери:

— Чего стоишь и не заходишь в воду, кого ждёшь?

Ответа не последовало.

— Ну признайся честно, подглядываешь за девушками при помощи особого зрения?

Фай и на этот раз промолчал, совершенно не обращая на неё внимания.

— У тебя есть регенерация, тогда почему шрам на губе не залечиваешь?

И снова в ответ молчание.

Девушка поняла, что её попросту игнорируют, поэтому сменила тему на более провоцирующую:

— В отличие от Рэя, я сильно сомневаюсь, что вы способны справиться с Мором. Если расценивать ваш нынешний боевой потенциал, то шансы примерно один к ста в его пользу. Хотя он довольно слабый оппонент. Если бы я хотела его убить, то и глазом не моргнула, как он уже был бы превращён в горстку пыли.

Но даже такой подход ей не помог обратить на себя внимание, что весьма задело её эго, но она решила этого не показывать и продолжила пытаться наладить контакт:

— Ты всегда такой? Или я тебя чем-то обидела? Может быть, тебя что-то не устраивает?

Фай взглянул в её недоумевающие глаза и ответил:

— Я отрицательно отношусь к легкомысленности, праздности, некомпетентности. Из-за таких качеств приближённые Бога моего мира даже спустя полтора тысячелетия не в состоянии грамотно распоряжаться дарованными силами.

— Наконец-то ты ответил, — сжала губки Ляпургия. — Поняла, к чему ты клонишь. Но знаешь, тяжело быть серьёзным, когда живёшь уже вечность. Это может свести с ума.

— Оправданий я не просил, а всего лишь сказал тебе, что меня не устраивает, чтобы ты наконец отвязалась. Сейчас я трачу время на праздность, вместо того, чтобы осуществлять свою цель. Раз это неизбежно, то я бы предпочёл помолчать, так как не люблю болтать, особенно попусту с теми, кто больше ничего полезного предоставить мне не может или поведение которых ни на что не повлияет, и в манипулировании ими нет нужды. Вместо этого я лучше займусь планированием и обыгрыванием боевых ситуаций с личами в своей голове.

Ляпургия почувствовала, что совсем теряет сильную позицию в разговоре и попыталась взять ситуацию под контроль:

— Я на самом деле не такая легкомысленная и страшна в гневе, просто такое внешнее поведение мне доставляет удовольствие. Так что на твоём месте я бы лучше не грубила.

— Ложь. Ты, по всей видимости, любишь внимание, и тебя нервирует то, что всем ты интересна, а разрисованному нет, вот и пытаешься парадировать поведение Рэя, ведь он, как ты сама говорила, “любимчик” разрисованного. Я тебя разочарую, но тебе это не поможет заполучить внимание.

— «Ну конечно, Рэй, как обычно, решил поиздеваться, специально сказал мне, что этот парень отличный собеседник. Вот засранец…» — промелькнула мысль у Ляпургии, после чего она заявила: — Ты сам напросился, я тебя за язык не тянула.

Фай ощутил, что замер и больше не способен пошевелить даже глазом.

Ляпургия с показушной надменностью рассмеялась, прикрывая пальчиками рот и сказала:

— Ну что, мой личный холоп, пора веселить свою госпожу.

Фай того не желая склонился перед ней и произнёс:

— Такой смерд, как я, не достоин чести даже думать о том, чтобы служить вам.

— Ну что ты, не унижайся так уж сильно, — присела она на корточки, приподняла рукой его голову за подбородок и злорадно улыбнулась ему в лицо.

— «Она полностью контролирует моё тело, нет, мою душу, и я ничего не могу с этим сделать… Зачем я вообще ей это сказал? Приобретённые чувства только мешают. Как остальные умудряются контролировать ещё больший их спектр? А эта девчонка, неужели думает, что меня таким способом можно унизить? Тщетное занятие, ведь всё это делаю не я, а пустая оболочка. Только касания могут доставлять неудобства, но я просто не буду акцентировать на них внимание, раз альтернатив у меня нет», — поразмыслил Фай, снова взяв под контроль свои чувства, и спокойно смирился с происходящим.

— Я знаю, как ты можешь загладить свою вину, — сказала Ляпургия и залезла к Фаю на спину, после чего выставила руку по направлению к купальне и воодушевляюще произнесла: — В атаку, мой верный конь!

Затем она пришпорила ножками бёдра Фая, и тот послушно пополз на коленях к купели.

Тем временем Моника с Винсентом уже отмокали в тёплой воде.

— Ах, какая хорошая водичка, скажи, — Моника элегантно двигала руками по воде.

— Наверно, — безучастно сказал отступник.

— Наверно? Ты всё ещё слишком напряжён, расслабься, подумай о чём-нибудь хорошем, — молвила девушка и щёлкнула по воде, обрызгав лицо Винсенту.

— Я стараюсь, — ответил он, даже не проморгав глазом, в который попала капля.

— А в том-то и дело, что стараться здесь совсем не нужно. Давай, повернись ко мне спиной.

— Что ты задумала?

— Доверься мне, я знаю, что делаю.

— Ну а я-то не знаю, — сказал Винсент, но всё же повернулся спиной.

Неожиданно она обхватила его руками и прижала к себе. Винсент ещё сильнее напрягся, но отодвинуться не смог.

— Лежи спокойно, не дёргайся!

— В таком положении мне… ещё сложнее будет расслабиться.