Чтение онлайн

Давая время семье немного прийти в себя, я медленно и как можно неторопливее поднялся наверх, почти наслаждаясь скрипучей мелодией старой лестницы. На последней ступеньке намеренно задержался, слегка беспокоясь за исход эксперимента, но потом все же не вытерпел и заглянул в тесную комнатушку, переоборудованную из старого чердака.

Женщина полулежала на том же топчане, прикрытая до подбородка одеялом. Возле нее на коленях сидел согнувшийся в три погибели муж и растерянно всматривался в ее посвежевшее лицо, на котором уже не так жутко выделялись выпученные глаза. На его губах гуляла робкая улыбка. Его руки бережно придерживали тонкую кисть супруги и машинально поглаживали ее худые пальцы, словно пытаясь придать им немного сил. Рядом, почти забравшись на топчан с ногами, с непонятно изменившимся лицом неотрывно смотрел на мать взъерошенный мальчишка, который, кажется, не знал, что ему делать — то ли плакать, а то ли смеяться от облегчения.

Неожиданно у меня под ногой предательски скрипнула половица.

— Господин лекарь? — тут же повернула на шум голову женщина.

Я чуть не сверзился вниз, когда на мне остановился ее осмысленный взгляд, а на губах расцвела неуверенная улыбка.

— Господин лекарь? Это вы?

Вот же демон! Неужели она снова ВИДИТ?! Так быстро?! Невозможно!

— Э-э… — промямлил я, не совсем понимая, что происходит. — Как вы себя чувствуете, сударыня?

— Хочу есть, — смущенно опустила взгляд Рада и залилась румянцем, добив меня окончательно. — И, кажется, мне стало гораздо лучше.

— Рад за вас, — механическим голосом отозвался я, испытывая сильное желание ущипнуть себя за какое-нибудь чувствительное место. Нет, я решительно не понимал, в чем дело! Заклятие исцеления было стандартным! Простым, как табуретка, и таким же надежным! У него только один недостаток — рунная магия всегда ОЧЕНЬ МЕДЛЕННО работает! Я вообще рассчитывал, что раньше, чем через пару часов, она не проснется! А каких-нибудь заметных результатов ждал не раньше, чем через неделю! А она уже сама сидит! И… демон ее задери… улыбается! Мне! Той чистой и открытой улыбкой абсолютно безгрешного существа, которую невозможно подделать!

Неужели этот мир сошел с ума?

— Лекарь? — недоуменно переспросил Норош, сильнее сжав руку супруги. — Милая, ты себя хорошо чувствуешь?

— Он молод, ты прав, — снова улыбнулась Рада, не отводя от меня лучащегося искренней признательностью взгляда. — Но я узнала его голос. Это он меня вылечил, любимый. Именно он.

Кузнец ошеломленно моргнул.

— Что?!

— Я еще не вылечил, — мрачно буркнул я, заходя в комнату и с неудовольствием оглядывая счастливое семейство. Упаси небо, кто-нибудь прознает, что я помогаю простым смертным. Позора потом не оберешься. — Вам необходимо как минимум несколько сеансов. Таких же неприятных и болезненных. Честно говоря, не ожидал столь быстрых результатов, но, вероятно, у вас просто хорошие резервы.

— Какие резервы? — окончательно растерялся Норош. — Что за сеансы? Милая, о чем говорит этот мальчик?!

— Он — маг, — ласково улыбнулась женщина, бережно погладив щеку мужа. — Самый настоящий маг, которого привел в дом наш с тобой сын и который почему-то взялся за мое лечение. Он всего за полчаса сделал то, на что оказались неспособны никакие травницы. Мне действительно лучше, дорогой. И я впервые за много дней по-настоящему хочу есть.

— Принеси корзину, — со вздохом велел я мальчику, почему-то чувствуя, что еще поимею с этого немало проблем. — А вы…

Мой потяжелевший взгляд остановился на удивленно отпрянувшем мужчине.

— Вы дадите мне слово, что никто и никогда не узнает о случившемся без моего на то разрешения. Даже самым близким вы не обмолвитесь о том, что именно я помог вашей супруге. Даже если вас будут об этом умолять или угрожать. Именно это станет платой за мою помощь. Ничего иного я с вас не спрошу.

— Но я не понимаю…

— Вам и не нужно ничего понимать, — тяжело вздохнул я. — Просто поклянитесь своей жизнью и здоровьем, и закончим этот разговор.

Норош переглянулся с супругой и неохотно кивнул.

— Хорошо. Я клянусь вам в этом. Ни одна душа не узнает о том, что именно вы для нас сделали.

— Благодарю. Теперь вы, сударыня…

— Конечно, я тоже клянусь, — удивленно отозвалась заметно окрепшая женщина и, не выдержав, тут же спросила: — Но почему, господин маг? Что плохого в том, что вы сумели мне помочь?!

Я только хмуро отвернулся. А про себя подумал, что теперь мне придется в кратчайшие сроки нанимать сведущего в целительной магии «светлого», потому что несколько сотен людей, среди которых полно стариков и детей, не смогут долго обходиться без полноценной помощи лекаря. Кому-то живот прихватит, кто-то лихоманку подцепит, кому-то лицо разобьют, кого-то нежить поцарапает… да стоит только кому-нибудь пронюхать, что я, оказывается, умею лечить, как в замок тут же повалят толпы просителей! И каждый — непременно по неотложному делу, которое никак не может потерпеть хотя бы до завтра!

А я что, дурак — напрашиваться на такую кабалу и превращаться в «добрых дел» мастера, к которому будут приходить все кому не лень из-за всяких пустяков?!

Нет уж, увольте. Пусть лучше никто не подозревает, что их молодой хозяин обладает такими талантами. И вообще, надо будет сказать Вигору, чтобы придержал язык и поменьше распространялся о моем даре.

Жаль, сразу об этом не подумал. Но хорошая мысля…

Придется что-то придумывать и искать человека, который смог бы вместо меня обихаживать это человеческое стадо. Тем более, что со временем я рассчитываю увеличить поголовье своего ско… э, то есть, людей, чтобы максимально полно использовать доставшиеся мне земли.

Тем временем в комнату вернулся Шмыг с почти пустой корзиной, на дне которой, к счастью, завалялся хлеб и крынка свежего молока. Пока болящей этого хватит, а там надо будет подумать, как обеспечить ее полноценным питанием. Выдать мальчонке, что ли, плату вперед, чтобы им снова не пришлось занимать еду у соседей? Или шепнуть по возвращении Горту, чтобы перед уходом незаметно отдавал мальцу остатки моего ужина?

«Ладно, подумаю, — решил я, наблюдая за тем, как накинулась на еду изголодавшаяся женщина. — Надо будет Норошу сказать, чтобы за раз много не кормил. Еще перенапряжется или заворот кишок заработает и помрет во цвете лет… что я, зря старался, что ли?!»

— Мне пора, — обронил я вслух, отводя глаза от счастливой семьи. — Шмыг, можешь остаться на ночь дома — до утра ты мне не понадобишься. Но чтоб к рассвету был на месте, понял?

— Спасибо! — поднял на меня влажные глаза пацаненок, порываясь сказать что-то глупое и совсем неважное.

Я только отмахнулся и поспешил покинуть этот дом, чувствуя какую-то странную опасность, исходящую от этих радостных лиц. Я — некромант. Мне не положено заботиться о других и размякать от зрелища умиленных физиономий. Мое дело — создавать и уничтожать зомби, упырей, умертвия и всякую иную пакость. И вообще, я пришел сюда не за этим.

Раздраженно хлопнув входной дверью, я почти бегом помчался к выходу из деревни, не обращая внимания на удивленные взгляды прохожих. Проскочив мимо двора, где парни под руководством безногого вояки все так же упорно ковырялись в земле, поспешил отвести взгляд и опустить голову, пока меня не заметили. Проскользнув между домами, прошмыгнул под стеной к самым воротам и равнодушно отметил, что одну створку мужики уже успели приладить, а теперь пытались навесить на громадные петли вторую.

Работа шла не так чтобы очень, потому что створка была тяжелой, а сильных и здоровых мужчин собралось у стены немного. Всего-то с пяток бородатых, красных от натуги крепышей, которые раз за разом пытались надеть на железные штыри специально приделанные дужки на торце створки, но то и дело промахивались и устало отдувались, вытирая залитые потом лица.