Чтение онлайн

— Сергей, что бы вы хотели подарить вашей избраннице?

Юля хотела было попросить отключить запись, но потом подумала о том, что дело может оказаться далеко не семейным. Да и Харт не станет подставлять корону, постаравшись максимально избежать публичного скандала.

Брат зацепился взглядом за Юлю, просветлел лицом и заявил без колебаний:

— Украшения. Много украшений.

Харта с Кайлесом он, похоже, не признал, с тревогой отметила Юля. Значит, Кайлес прав. Разум Сергея разрушается. И тревога заставила до боли сжать ладони.

— А куда бы вы отправились, чтобы познакомиться с ее семьей? — все так же мягко, с сочувствием задал следующий вопрос Харт.

— На Такию, — с удивлением — словно ему кто-то подсказывал ответы — отозвался Сергей. И его лицо тут же скривилось.

— Не хочу на Такию, — плаксиво пробормотал он, взгляд забегал, нижняя губа затряслась. Смотреть на такого брата было невыносимо больно, но Юля заставила себя не отводить глаз.

— Она здесь. Я хочу к ней. Пустите меня, — вскочил он вдруг распрямившейся пружиной и рванул к двери.

Добежать не успел. Мрачный, как грозовая туча Кайлес махнул рукой, и Харт еле успел подхватить рухнувшего на пол Сергея.

Третий грязно выругался и твердо пообещал накормить пеплом дурную девицу, невзирая на статус ее отца.

Юля стояла, со стоном спрятав лицо в ладонях. Чувство беспомощности разрывало сердце. В случившемся она винила себя: не уследила, не обратила внимание на поведение брата, а наверняка были какие-то сигналы и можно было предотвратить, уберечь.

— Не вини себя, — Кайлес считал ее состояние. Обнял. Сочувственно погладил по спине.

— Мальчики, вырастая, должны выжить, пройдя при этом огонь и воду. Иначе они не станут мужчинами.

Утешение было так себе, но Юля благодарно кивнула, вытирая слезы.

Они устроили брата на диван, и она заботливо прикрыла его пледом. Подложила под голову подушку.

— Утром берем всех четверых, — принял решение Харт. — Он сам укажет на нужную.

— Я вызову их к себе, — согласилась Юля. — Да и повод есть — обсудим праздник Огня и их каникулы.

Она пришла сама. Постучалась утром в кабинет. Вошла, глянула с вызовом. И Юля поспешно отбила на браслете сообщение Харту, чтобы отвел брата пока в академию Ментала. Похоже, у нее намечалась явка с повинной.

— Вы уже знаете, да?

В зеленых глазах плескались решительность, отчаяние и тревога.

— Знаю о чем? — Юля заставила себя успокоиться, хотя первым порывом было вскочить и хорошенько потрясти нахалку. Вряд ли ей удалось бы напугать ту, кто переборол упрямство собственного отца и поступил в академию Асмаса, но попробовать стоило.

— Что я общаюсь с вашим братом, — вызов в голосе стал еще отчаяннее. И Юля вдруг поняла: девочка боится. И, похоже, не только за себя…

Она склонила голову, разглядывая студентку так, словно видела ее впервые.

Что сказать… Природа щедро ее одарила.

Изумрудные глаза — такие бывают лишь у водников. У магов земли они с серым отливом, болотные, а тут — яркая зелень, слегка потемневшая от страха. Черные, ниже талии, волосы, заплетенные в десяток косичек и перевитые жемчужными нитями. Длинное, до пят, платье. Бусы на шее и серьги-кольца в ушах. Женственность в каждом движении. Воплощение изящества и буйства водной стихии.

Дочь Тавриса была красавицей и, конечно, знала об этом. Ее воспитывали как драгоценную жемчужину, оберегая от чужих взглядов. Так зачем ей бездарь? Бунт ради бунта? Показать отцу, что если он будет настаивать на замужестве, она выберет самого «уродливого» с точки зрения магии мужчину?

— Он не пришел вчера на пляж, — прошептала Касмейра, и в глазах задрожали едва сдерживаемые слезы.

Неужели не притворяется и правда расстроена?

— С ним что-то случилось? Или вы его просто не отпустили?! — звякнули браслеты на вздёрнутых в вопросительном жесте руках.

Диалог приобретал оттенок абсурда. Она что, не понимает — или не хочет понимать того, что натворила? Еще и обвиняет. Это уже ни в какое пламя.

— Случилось, — злым голосом подтвердила Юля. — Многое случилось.

— Это из-за меня, прошу, не наказывайте его. Моя вина. Мы всего лишь общались, — она жгуче покраснела. — Знаю, он без дара, и вы против его отношений с кем-то из нашего мира, но ваш брат… Я никогда таких не встречала. Он смотрит на меня… как на равную, понимаете. Не как на будущую жену, мать или невестку. Ему интересно со мной. Просто так, а не потому, что я дочь капитана. И он столько всего знает!

Тонкие руки двигались, помогая словам, танцуя отражение эмоций. Мелодично позвякивали браслеты. И Юля поймала себя на том, что зачарована этим танцем и смотрит, не отрываясь, словно на течение воды в реке.

«Общались»? Для девочки чей мир был ограничен домом и редкими, под охраной, походами на рынок простое общение с нормальным мужчиной с Земли действительно было диковинкой. Буквально открывающей новый взгляд на мир, где женщины на самом деле могли быть капитанами…

Понятно, почему Касмейра заинтересовалась Сергеем — он был великолепным рассказчиком и внимательным собеседником, но приворот-то зачем?!

— Сергей при смерти, — Юля решила, что пора все же вернуться к насущному: у брата каждая минута на счету.

— Что? Как?

Девушка пошатнулась, с испугом прижала руки к груди. С лица схлынула краска, а глаза стали прозрачными

— Из-за тебя, — пояснила Юля, не собираясь щадить ее чувств. — Ты утаила, что владеешь менталистикой?

— Нет, — замотала головой Касмейра. — Я нет. Лишь вода. Она может помочь. Увидеть отражение истинных мыслей человека.

Даже так? Интересно, знает ли Пятый о такой способности своей жены. Или это особенность лишь такийских женщин? Нужно будет уточнить.

— Сэрьгей… Что с ним? Прошу скажите! — Касмейра в мольбе протянула к ней руки.

Юля нахмурилась. Что-то не сходилось. Девушка казалась искренней в своем беспокойстве.

— Идем, — Юля поднялась из-за стола и поманила ее за собой.

До академии Ментала они дошли в молчании. Юля все еще была полна подозрений, ей не хотелось разговаривать с той, кто могла причинить вред брату.

— Сама пришла? — удивился, встретив их, Кайлес.

— Странное тут что-то, — тихо проговорила ему Юля, хмурясь.